Король старьевщиков - Кассандра Клэр

Корабль приближался, и Кел вытянул шею, чтобы лучше разглядеть его. Приютский мальчишка, который когда-то со своим лучшим другом Касом мечтал стать пиратом, ликовал при виде отполированных до блеска медных частей, сверкающих деревянных бортов и перил, огромных парусов, ярко раскрашенной носовой фигуры, изображавшей мангровое дерево. На палубах толпились мужчины и женщины.

Чужеземный корабль бросил якорь на некотором расстоянии от берега. Гвардейцы за спиной у Кела неуверенно перешептывались. Кел стоял, не зная, что делать, и чувствовал себя дураком.

Через несколько минут на воду спустили небольшую лодку-дау. Гребцы заработали веслами, и лодка понеслась к пристани. На берег сошел мужчина среднего роста, с гладко выбритой головой и приятными чертами лица. Его туника и штаны были сшиты из белой льняной ткани; поверх туники была надета длинная одежда из бордового материала с золотой нитью. Насыщенный цвет мантии подчеркивал смуглый оттенок кожи.

Золотая оправа очков блеснула на солнце, когда мужчина по обычаю Кутани поклонился Келу; Кел ответил поклоном.

– Меня зовут Кураме Ируваи, – представился мужчина. – Эта пристань слишком мала.

– Вы брат Анжелики? – догадался Кел. Ему следовало понять это сразу, когда он увидел багровую одежду и золотые браслеты, украшенные кровавым камнем – гелиотропом. Кроме того, лицо Кураме показалось ему знакомым; разумеется, он был похож на сестру. – Значит, вы воин Кровавой гвардии.

Кураме утвердительно кивнул.

– Верно. Но, как я уже сказал, эта пристань слишком мала. Моя сестра не сможет сойти на берег здесь.

– Не сможет? – Кел был искренне удивлен. – Я видел ее портрет, и мне показалось, что она обычного роста. Не великанша.

Кураме улыбнулся уголком рта.

– Вы увидите, что я имею в виду, если проблему с пристанью можно решить. Если нет, – задумчиво добавил он, – то, возможно, нам стоит вернуться в Кутани?

Кел обернулся к командиру отряда и произнес своим самым надменным голосом, имитируя Конора:

– Необходимо перенести пристань. Сейчас же.

Люди недовольно заворчали, но пристань была подвижной. Кел вернулся на берег, а солдаты Эскадрона стрел принялись за дело, яростно бранясь из-за того, что морская вода испортила их алые с золотом мундиры. Довольно долго они возились в воде и на берегу, тянули за канаты, но в конце концов все сооружение было сдвинуто в сторону, и путь был расчищен.

Тем временем Кураме вернулся в свою лодку, достал книгу и углубился в чтение. Бенасет, сидящий на коне, злобно глядел на него с берега. Кураме игнорировал происходящее с поистине царственным безразличием. Кел, который взмок от пота в своем плотном, тяжелом костюме, размышлял о том, что Кураме, пожалуй, может стать для него образцом для подражания.

Когда переносную пристань убрали, гигантский корабль приблизился к берегу. С корабля спустили широкие сходни, и солдаты в изумлении уставились на сверкающие деревянные ступени. По обе стороны сходней выстроились придворные из Кутани; каждый держал в руке ветвь огненного дерева [4], усыпанную алыми цветами. Женщины были одеты в простые прямые платья из хлопчатобумажной ткани с яркими узорами и широкими декоративными полосами на подолах и воротниках, вышитыми золотом и серебром; мужчины были в белых льняных костюмах, манжеты их рубах и края штанов были украшены цветной тесьмой.

Лодочка Кураме тоже подошла к берегу, он спрыгнул в воду и направился к Келу. Двое воинов Кровавой гвардии, красивые молодые люди, похожие на Кураме, спустились по сходням, высоко держа головы; у каждого на поясе висел меч в сверкающих ножнах. Как и их брат, они носили золотые браслеты, знак высокого статуса. Достигнув подножия, они поклонились Келу и отступили в сторону, один – влево, другой – вправо. Почему-то они напомнили Келу священнослужителей храма Лотана, которые расступаются, чтобы позволить простому народу увидеть священное пламя.

На палубе началось какое-то движение, и Кел поднял голову. Там двигалось что-то – что-то огромное, такое огромное, что оно на мгновение заслонило солнце. По деревянным сходням спускался слон – массивное животное серого цвета, с большими темными глазами, обрамленными ресницами, как у девушки. Его бока были покрыты чепраком из желто-оранжевой парчи; бивни были выкрашены серебряной краской, а голову и ноги украшали гирлянды серебристых колокольчиков, которые негромко позвякивали.

Кел разинул рот. Кураме довольно рассмеялся.

– Я же вам говорил, – сказал он.

Когда животное приблизилось, Кел увидел, что у него на спине укреплено сиденье, сплетенное наподобие корзины, из веток мангровых деревьев. В этой «корзине» сидела принцесса Анжелика, совершенно неподвижная, с прямой спиной.

Она тоже была одета в платье простого покроя, но из золотой парчи, а ее хрупкие плечи были прикрыты полупрозрачным плащом из алой с золотом маракандской ткани сеф, и казалось, что за спиной у нее трепещут крылья, как у стрекозы. Темные волнистые волосы были собраны и прикрыты сверкающей сеткой. Она повернула голову к Келу, и он на миг встретил взгляд ее темных глаз.

Он резко втянул воздух сквозь зубы; он не смог совладать с собой. Она была так прекрасна, что видеть ее было больно, как будто его ударили. Разумеется, Кел видел ее портреты, слышал рассказы о ее красоте. О ней говорили во всем мире – и, видимо, не напрасно.

Но Кел всегда считал, что красота – нечто такое, чем можно восхищаться, наслаждаться. Он не знал, что существует красота, которая причиняет боль. Ему вдруг захотелось плакать, словно он слушал приятную, но невыносимо печальную музыку.

«У нее грустный вид, – подумал он. – Нет, встревоженный».

Она оглядывала гавань, словно ждала чего-то. Он видел, что она напряжена.

«Она тоже боится нападения этого отвергнутого ухажера».

Но на горизонте не было ни одного корабля; в море между Тиндарисом и берегом Кастеллана не было ничего крупнее рыбацкой лодки.

Она поднялась на ноги и поклонилась – не Келу, а людям Кастеллана, которые вышли приветствовать ее. Раздались оглушительные вопли. Горожане в восторге бросали в воздух хризантемы, и над толпой поднялось пушистое желтое облако.

Потом девушка резким тоном произнесла одно слово – это явно была какая-то команда, – и слон медленно опустился на колени перед Келом, ловко вытянув одну переднюю ногу.

– Она желает, чтобы вы присоединились к ней, – объяснил Кураме, коснувшись плеча Кела. – Забирайтесь.

«Сейчас принцесса встретится с нищим», – подумал Кел и полез вверх по ноге слона.

Лин несколько часов провела за чтением в Черном особняке, пока не наступило время навещать больных. Сегодня у нее было немного пациентов, но она знала, что улицы в городе будут забиты народом, и боялась не успеть вовремя.

Она удивилась, обнаружив, что Андрейен ждет ее на крыльце Черного