Рассвет и лед - Хелен Мерелль

Я предпринимаю еще одну попытку убедить деда:

– Даже если Мики или кто-то другой согласится поехать со мной в воскресенье, пожертвовав своим выходным, это не изменит того, что я могу там найти. Если духи в самом деле разгневаны, Мики не сможет помочь их успокоить. Я же шаманка, или ты забыл?

С суровым видом Атак грозит мне указательным пальцем.

– Не дерзи, нивиарсиак!

«Девчонка?»

Я бы могла напомнить ему, сколько мне лет, но спорить бесполезно. Дедушка не уступит. Он протягивает мне пустую кружку, чтобы налила ему еще кофе.

– Наасии нужна твоя помощь. В эту пятницу соседи хотят устроить праздник в честь моего дня рождения.

Да, хотят. Мама уже рассказала мне об этом.

– Мне казалось, ты не собираешься праздновать. Неужели наконец решил признаться, сколько тебе на самом деле лет?

Когда родилась моя мама, дедушка уже был в возрасте. Он до сих пор утверждает, что потерял документы, а год рождения держит в тайне. Однако Атак частенько вспоминает, как американцы поселились на Икатеке, но в таком случае ему точно больше ста лет… Дедушка вновь уклоняется от ответа и смеется. Он знает, что я сделаю так, как он скажет.

– Я достаточно стар, чтобы согласиться организовать каффемик, и все еще достаточно здравомыслящий, чтобы понять, что это просто очередной повод устроить праздник.

Он прав…

Я оставляю за дедушкой последнее слово и отправляюсь прогуляться по гавани и тайком позвонить Свену и Леноре. С самого начала расследования они оказались крайне ценными союзниками. Я решила, что их можно пригласить на день рождения Атака. На празднике не будет ни подарков, ни шампанского, но жители деревни точно споют несколько традиционных песен и расскажут истории, которые могли бы понравиться гостям.

Судя по голосу, Свену приятно, что я о нем вспомнила. Но, к сожалению, у него уже есть планы с женой на эти выходные. А вот Ленора, напротив, охотно соглашается.

Глава 12. Торжество жизни

Наконец наступил день рождения Атака. Я пустила в ход все свои скудные кулинарные способности, чтобы помочь кузине, моей маме и другим соседям, которые готовили пир на всю деревню.

Как правило, май балует нас теплой и солнечной погодой, будто лето наступило на месяц раньше. Болотистая местность вокруг Унгатаа усыпана цветами. Дети достали свои каяки и борются веслами, пытаясь опрокинуть друг друга в воду. В небе парят крачки, чайки и бакланы.

Ленора приехала утром. Она очень удивилась непрерывному щебетанию птиц и веселому детскому смеху, решив использовать каждый час этого теплого дня по максимуму. Мы отправились на прогулку вдоль фьорда, чтобы понаблюдать за кольчатыми нерпами, которые грелись в лучах весеннего солнца на другом берегу. Я решаю повременить с расспросами о «Полярной звезде», но Ленора сама заводит разговор на эту тему:

– Я еще толком не закончила анализ показаний, собранных в ночь кораблекрушения, а Маркс уже спешит с выводами. Приборы на судне работали исправно до самого конца, но записи с них не имеют особого смысла.

– Что ты имеешь в виду?

– Трансполярный дрейф должен был отбросить их на юг. И, в целом, я бы поняла, если бы порывы ветра, зафиксированные в ту ночь, отнесли корабль на восток, но они повернули на юго-запад. Против ветра…

Ленора – специалист по течениям, а вот я – совсем нет, поэтому могу только осторожно предположить:

– Этой весной лед начал таять рано. Воды в такой период могут быть крайне неспокойными. Вдруг дело в этом?

Ленора кивает и указывает на поверхность фьорда с ныряющими зимородками[47].

– Из-за таяния морского льда образуется пресная вода, которая встречается с солеными водами океана. Эта смесь… Ну, сложно объяснить. Оба типа вод имеют разную плотность и температуру. К тому же на восточном побережье Гренландии ветры усиливаются, а морское течение становится быстрее. Невозможно назвать конкретную причину, но…

Предчувствуя, что Ленора вот-вот уйдет в рассуждения на излюбленную тему, я прерываю ее:

– Поэтому тот шторм кажется тебе странным?

Ленора на мгновение замирает и затем спрашивает меня:

– Ты когда-нибудь слышала о волнах-убийцах[48]?

Я сажусь на старый деревянный понтон и нерешительно отвечаю:

– Гигантская волна, которая появляется из ниоткуда? Я думала, это просто легенда.

– Они абсолютно реальны. И теперь мы можем быть в этом уверены, поскольку все современные корабли оснащены приборами для измерения длины волны. В прошлом году на нефтяную вышку обрушилась волна высотой в двадцать пять метров. А средняя высота остальных была не больше десяти. Волны-убийцы не только длиннее обычных, но и давление в них в разы выше. Очевидцы говорят, что они похожи на гигантские утесы.

Я смотрю, как легкая волна бьется о берег, и пытаюсь представить себе ее высотой со скалу.

– Думаешь, именно это и произошло с «Полярной звездой»?

– Другого объяснения я не вижу. Судя по показаниям приборов, в судно что-то врезалось и сбило с намеченного курса. Рулевой пытался исправить положение, но они находились слишком близко к берегу, где дрейфовали льды.

Ленора продолжает анализировать другие гипотезы, но ни одна не кажется ей достаточно правдоподобной, кроме варианта с волной-убийцей. Я пытаюсь представить себя на месте Камги, пробирающегося по палубе «Полярной звезды» в то время, когда между матросами разгорается яростный спор. Темно. Море охватил шторм. Видел ли он волну высотой с гору, несущуюся на корабль? Даже если юноша и догадывался об опасности, ему не хватило бы времени сообщить об этом остальным. Он оказался смыт за борт в считаные мгновения…

Я гляжу на мирные воды фьорда, не в силах позабыть о несчастном. Если причина кораблекрушения действительно такова, как предполагает Ленора, то я всем сердцем надеюсь, что Камги не видел той огромной волны. В противном случае последние минуты его жизни были наполнены ужасом.

– Как думаешь, какой все же будет официальная причина? Волна-убийца?

– В этом регионе подобное происходит впервые, – неохотно отвечает Ленора, – но, как по мне, этот вариант самый правдоподобный. В отличие от айсберга, который якобы пробил двойной корпус корабля, но не был засечен бортовой системой. Если, конечно, Свен не найдет какую-нибудь техническую неисправность!

Мы возвращаемся в деревню, где всюду играет музыка. Ленора тут же начинает подпевать, а я погружаюсь в свои мысли. Волны-убийцы – большая редкость. Могла ли одна из них возникнуть в одно и то же время, что вспышка агрессии, охватившая моряков?

Кому под силу создать волну размером с гору и обрушить ее на судно?

*