Критическая масса - Дэниэл Суарез

предрассветной темноте он видел её широкую улыбку и думал, что она никогда не бывает красивее, чем в такие моменты ожидания. Каждое её движение говорило: Ну, вперёд. Никаких колебаний. Их прошлый роман вдруг обрёл совершенный смысл.

Тай посмотрел поверх её плеча на Джина — тот тоже смотрел в сторону горизонта. Через мгновение Джин повернулся к Таю, и по его лицу скользнула лёгкая улыбка. Казалось, все сомнения, терзавшие Джина накануне отлёта «Константина» — столько лет назад, — рассеялись без следа. Ни тени сожаления о том, что он пошёл наперекор отцу и своему правительству. Вместо этого — решимость. Теперь он знал, кто он такой — и куда держит путь.

Как, впрочем, и они все.

Тай повернулся к горизонту и глубоко вдохнул утренний воздух.

Земля ему будет не хватать, но жить по-прежнему они уже не смогут. В космосе их ждали срочные дела — срочные ради друзей и ради всего остального человечества. А если быть с собой совсем честным, он ещё и безумно радовался предстоящему полёту на Луну. Безумно.

В этот момент луч солнечного света скользнул по пробежавшей ряби. Потом ещё один. Через несколько мгновений вода вокруг и впереди засверкала красноватым светом зари.

Тай наклонился вперёд и посмотрел на спутников. — Ну что, начнём?

Улыбка Чиндаркар стала шире. Она протянула руки — Джину и Таю — и они сжали её ладони в перчатках. — Господа, что бы сегодня ни случилось, я не поменялась бы местами ни с кем на свете.

Тай и Джин улыбнулись — они явно чувствовали то же самое.

С этим они отпустили руки друг друга, подняли ноги из воды и встали на колени на своих коротких прорезиненных сёрфбордах. Каждый сжал в одной руке триггер беспроводного пульта — и доски беззвучно рванули вперёд.

Тай отрабатывал этот манёвр сотни раз на протяжении последних нескольких недель и теперь с удовольствием ощущал, как легко поднимается из коленопреклонённой позы в низкий присед — нажимая на ручку газа, набирая скорость, — а затем встаёт на доску, которая взмывает из воды на крыле гидрофойла. Вскоре он уже несётся со скоростью 40 километров в час, в полуметре над поверхностью, а электромотор Lift-борда едва слышен — лопасть режет волны. Он обернулся: Чиндаркар и Джин скользили рядом. Чиндаркар засмеялась, раскинула руки и закричала от восторга, пока они мчались к далёкому берегу, почти не оставляя следа — доски скользили по морю, как бритвы.

До берега они добрались меньше чем за полчаса; как и показывал радар «Нэчжа», патрульных катеров они не встретили. Тай вглядывался в линию пляжа, пытаясь разглядеть вдали стартовые и молниезащитные башни, чтобы сориентироваться. Без HUD шлема ему пришлось бросить взгляд на встроенный наручный дисплей, чтобы уточнить своё положение по GPS.

13°45’30”N, 80°15’18”E

Всё точно, они там, где надо.

На острове Шрихарикота имелось несколько водных каналов для транспортировки ракетных компонентов, — однако трое собирались проникнуть через значительно более узкую протоку.

Вот. Тай заметил узкий водный путь, рассекающий пляж. Его углубили для прохода небольших судов, и ворота у входа тоже были открыты.

Чиндаркар подала знак рукой и взяла на себя лидерство, пока Джин и Тай пристроились у неё в хвосте — гуськом. Они на скорости мчались к белопесчаному пляжу, и Тай на мгновение встревожился, увидев охранный грузовик, припаркованный у входа в канал. Однако стоявший там охранник в форме помахал рукой с улыбкой, когда Чиндаркар ответила ему тем же и пронеслась мимо.

Тай не мог сдержать смеха, представив, какое впечатление она произвела — какое впечатление, должно быть, произвели все трое, — когда проносились мимо, словно гости из другого мира.

Охранник прокричал им вслед, торопясь закрыть решётчатые ворота водного канала:

— Суракшит яатра!

Мгновение спустя их поглотили прибрежные мангровые заросли, и Тай сосредоточился до предела, несясь вслед за Чиндаркар и лавируя по узкому извивающемуся каналу — Джин держался у него на хвосте. Оставалось лишь не сбавлять скорость, если они хотели, чтобы гидрофойлы работали. Иначе винт уйдёт слишком глубоко и ударится о дно. Быстро — единственный способ пройти это игольное ушко. Они пригибались и уворачивались от нависавших ветвей, мчась на досках по петляющей протоке. Однако вскоре они вырвались из теснины в значительно более широкий пруд с отделанными пологими берегами — часть системы водоснабжения стартового комплекса.

Прямо впереди располагался Коммерческий стартовый комплекс номер один — и первый взгляд на их ракету GSLV Mark III, верхние ступени которой освещало солнце. Вдоль борта тянулся логотип Vestar — ведущей индийской коммерческой космической компании. GSLV была около 50 метров в высоту и 4 метра в диаметре — конструкция тридцатилетней давности, переданная из государственной космической программы и переориентированная на коммерческое применение. Не самая передовая и не многоразовая, но тем не менее надёжная рабочая лошадка, способная вывести полезную нагрузку в 2500 килограммов на лунную переходную орбиту.

Хотя за последнее десятилетие индийское правительство запустило несколько пилотируемых капсул на низкую околоземную орбиту, ни одна из частных компаний страны не отправляла людей в космос. Индийского аналога Джека Мейси или Джорджа Бёркетта не существовало. По крайней мере пока.

И то, что происходило этим утром, официально не происходило вовсе. Особенно в случае неудачи.

А неудача… что ж, Тай не хотел думать о неудаче.

Трое теперь мчались на своих гидрофойлах по трое в ряд по пруду, осматривая поросший травой берег в поисках своих контактов. Джин указал на белый микроавтобус на дальней парковке. Рядом с ним стояло несколько человек, машущих им руками.

Команда изменила курс, и, приближаясь, сбавила газ. Гидрофойлы погрузились в воду, и вскоре они соскользнули на мелководье и выбрались на берег.

Группа индийских мужчин в лабораторных халатах и защитных касках широко улыбнулась и протянула руки, помогая команде выбраться. Они быстро заговорили на хинди с Чиндаркар. Трое исследователей прошли сквозь толпу инженеров и техников — среди которых были и мужчины, и женщины, — а один пожилой мужчина в рубашке с коротким рукавом и галстуке жестом пригласил их следовать за ним к открытой двери микроавтобуса. Хинди или нет, нетрудно было догадаться, что он говорил…

Быстрее. Быстрее!

Когда они добрались до двери микроавтобуса, Чиндаркар внезапно остановилась и присела. Тай налетел на неё и увидел, что она разговаривает с двумя детьми — мальчиком и девочкой лет восьми, — стоявшими рядом со своим отцом, одним из инженеров. Дети взволнованно говорили с Чиндаркар на хинди, и она улыбнулась, наклонившись поближе и произнося слова, которых