Критическая масса - Дэниэл Суарез

объявила: — После этого импульса дрейфуем шесть часов одиннадцать минут, затем ещё один короткий импульс для выхода на встречный курс с «Розеттой». — Она помолчала. — Космическая погода хорошая. Остаётся надеяться, что не зацепим обломки. За последние пять лет мусора здесь стало значительно больше.

— Как обидно было бы проделать всё это только для того, чтобы тебя снёс кусок краски на скорости Мах 34?

Но тут они вышли на ночную сторону Земли с её сверкающими городами — и открылось новое, совершенно иное чудо.

— Ах, вот это да…

—

Тай не спал — впрочем, накануне ночью он тоже почти не спал. Часы таяли незаметно, пока он смотрел, как поверхность Земли проплывает мимо — полный оборот каждые девяносто минут. Хотя в его HUD отображалось время UTC, он предпочитал считать каждое пересечение терминатора. Грузовой модуль медленно вращался, так что каждый из них мог наблюдать Землю примерно по тридцать минут за раз.

Наконец последовал внезапный толчок, и корабль слегка завибрировал — началось очередное ускорение.

— Финальный импульс, тридцать две секунды. — Чиндаркар сверилась с дисплеем. — Если повезёт, выйдем на встречный курс вовремя.

Джин добавил: — И выживем.

Тай сжал ближайший поручень. — Давай, милая!

Джин указал на далёкую светящуюся белую точку. — Вон! — Она была впереди и выше.

Чиндаркар сверилась с дисплеем. — Это должна быть «Розетта».

Тай понял, как сильно был напряжён всё это время, лишь когда разжал пальцы, державшиеся за поручень. В космосе расстояния печально известны тем, как сложно их оценить на глаз, но он прикинул, что до цели оставалось несколько километров.

Двигатели ориентации грузовой капсулы дёрнули корпус, разворачивая корабль — пока ракетный двигатель продолжал работать.

— Главный центр управления корректирует курс на траекторию «Розетты». Пока всё в норме.

Через минуту-другую они оказались в нескольких сотнях метров от цели и чуть ниже неё, и двигатель отключился.

Чиндаркар выдохнула с облегчением и схватила руки Джина и Тая в перчатках, крепко сжав их. — Мы добрались! — Она повернулась к Джину. — Хан, готов перехватить управление стыковкой вручную, если понадобится?

— В готовности. — Джин достал небольшой джойстик на кабеле.

Двигатели ориентации грузового модуля время от времени работали в режиме автопилота, поднимая их выше и ближе к «Розетте». По мере приближения Тай испытал ностальгию при виде округлого белого корабля, проявлявшегося перед ними. Он не видел его с 2033 года.

«Розетта» была одним из надувных, похожих на капсулу космических жилых модулей покойного миллиардера Реймонда Хальсера, но несла логотип обанкротившейся компании Натана Джойса — Lunargistics, LLC. Корабль был известен как лунный циклер: он двигался по циклической траектории между Землёй и Луной, и притяжение Луны увлекало его по орбитальному узору в форме розетки вокруг Земли — отсюда и имя корабля.

С момента последнего визита Тая миссионный центр скорректировал орбиту «Розетты». Теперь корабль за семь дней уходил с низкой околоземной орбиты на дальнюю сторону Луны, затем семь дней возвращался на НОО, после чего следовала ещё одна четырнадцатидневная орбита, при которой он не достигал Луны вовсе, — и цикл начинался заново. Это означало, что «Розетта» проходила через точку L2 на дальней стороне Луны раз в двадцать восемь дней.

По мере приближения на корпусе проступили чёрные буквы слова «Rosette», а рядом — лицензионные номера и небольшой флаг Люксембурга. С дальнего конца корабля выдавались солнечные панели на кольцевом креплении, а с ближнего был виден стыковочный узел (хотя Тай знал, что на дальнем конце есть ещё один, значительно больший, а также небольшой двигательный модуль). Грузовой модуль выполнял автоматическое маневрирование, всё ближе сближаясь со стыковочным узлом.

Рука Джина в перчатке зависла над джойстиком: — Автостыковка идёт хорошо.

Капсула замедлилась, и её стыковочный порт беззвучно заскользил к ответному порту «Розетты». Хотя воздушного уплотнения при открытом обтекателе не будет, стыковка по крайней мере обеспечит более безопасный переход на корабль.

Мгновение спустя Тай почувствовал — вернее, почти не почувствовал — глухой толчок и рывок: два аппарата состыковались.

Чиндаркар засмеялась с облегчением. — Это войдёт в историю.

— Это также одно из самых безопасных дел, которые нам предстоит сделать в этом полёте. — Джин пристегнул страховочный фал к раме клетки и дёрнул, проверяя. — Давайте перейдём на борт. — Он отстегнул привязной ремень кресла.

Тай и Чиндаркар сделали то же самое и, перебирая руками по конструкции, двинулись к своим ранцам жизнеобеспечения, закреплённым в стеллажах в центральном ядре модуля.

— Не знаю, как вы, а я влюблён в этот костюм МКД. — Тай повернулся и продел руки в лямки ранца жизнеобеспечения. — Манёвренность — выше всяких похвал.

Чиндаркар затянула свои лямки. — Да, ни в какое сравнение с ЕМУ не идёт. И тепловую нагрузку от солнца я пока почти не ощущаю. По крайней мере пока.

Шланги жизнеобеспечения всё ещё были подсоединены к шлемам, поэтому они аккуратно смотали лишний шланг и убрали его. Теперь, надев ранцы жизнеобеспечения, они двигались по конструкции грузового аппарата, перебираясь к стыковочному узлу «Розетты».

Джин добрался первым и упёрся ногами в ботинках в раму, открыв небольшой металлический кожух рядом с портом. Он повернул массивный ключевой переключатель.

— Цикл шлюза запущен. — Тридцатисекундная пауза — и загорелся красный огонь. — Разгерметизация завершена. — Джин изменил положение и потянул рычаг люка «Розетты» — затем толкнул внутрь. Он повернулся к ним.

Тай и Чиндаркар одновременно показали большой палец вверх.

Джин скользнул в люк.

Чиндаркар и Тай проплыли следом.

Шлюз «Розетты» был просторным и тускло освещён аварийными светодиодными огнями. Вдоль изогнутого корпуса в стеллажах располагались два громоздких скафандра xEMU, пояса с инструментами, аварийные дыхательные аппараты и видеодроны.

Этот корабль пробудил в Тае острые воспоминания, но он отогнал их и попытался сосредоточиться. Он толкнул люк, закрывая его за собой, и задвинул запорную рукоять. — Люк задраен.

— Цикл шлюза…

Тай скорее увидел, чем почувствовал, как вокруг них закружился воздух, и вскоре над внутренним люком шлюза загорелся зелёный огонь.

— Давление в норме. — Джин сдвинул рычаг внутреннего люка, толкнул его внутрь и скользнул в проём. Мгновения спустя все трое вплыли в просторный открытый отсек «Розетты» — который, в отличие от их астероидного горнодобывающего корабля «Константин», не имел перегородок, лишь углепластиковая решётчатая конструкция разграничивала отдельные секции. Они оказались на одном конце тускло освещённого цилиндрического отсека длиной двадцать метров и высотой тринадцать, где аварийные огни выхватывали из темноты мастерские,