ЭнергоМорф V. Холпек Том II. Мёрзлый Фронтир. - Максим Балашов

Глава 13

И тут его чуть не сбил с ног шквалистый ветер. Не просто ветер, а ледяная, дикая, разъярённая стихия. Она несла миллионы мелких, острых ледяных кристаллов, которые очень больно секли открытые участки кожи, оставляя на щеках и руках тысячи мелких, кровоточащих порезов. Сергей зажмурился, пригнулся и сделал шаг назад, но потом, скрепя сердце, шагнул вперёд. Он понял: сегодняшняя ночёвка станет настоящим испытанием его силы, выносливости и умения грамотно, экономно распределять энергетические ресурсы. Одна ошибка и он превратится в ледяную статую. Красивую, но очень, очень мёртвую.

Он не стал высоко забираться по скале, сил на альпинизм не осталось. Вместо этого Крас отыскал в каменной стене небольшое углубление на высоте примерно пяти метров. Тесная, но уютная ниша, в которой мог поместиться один взрослый человек, если тот не страдал клаустрофобией и был готов провести ночь в позе эмбриона. Таким образом герой оказывался частично укрыт от суровой непогоды и, что немаловажно, защищён от голодных белых медведей. Медведи, конечно, лазают по скалам, но не на такую же высоту, правда? «Будем надеяться, что нет», — подумал Крас, втискиваясь в каменный карман.

«Ладно, — продолжил он свою мысленную речь, устраиваясь поудобнее на холодном, неровном выступе. — Что он там сказал? „Думай, юноша. Думай и анализируй“? По всей видимости, это какой-то тупой, избитый, но неизбежный тест. Ну ладно, давай проанализируем, раз больше нечем заняться. Все нападения происходят утром, после безрезультатной тренировки по зарядке кристалла. Именно в тот момент, когда я наиболее уставший, разбитый и уязвимый, как котёнок перед стаей голодных такс. А ещё он говорил, что начинает на меня воздействовать, как только я захожу в пещеру. Ага! Чую дым. Кажется, я догадался. Сегодня, пожалуй, поступлю по-другому. Не буду играть по их правилам».

С этими мыслями Крас принял соломоново решение: сегодня он не прикоснётся к кристаллу. Не будет бесполезных, изматывающих попыток. Вместо зарядки он просто плотно укутался в свою шубу, старую, драную, но невероятно тёплую, оставил лёгкую, минимальную энергетическую подпитку для обогрева, так, чтобы не замёрзнуть насмерть, но и не привлекать внимания лишними вспышками, и лёг спать. Сон пришёл мгновенно, как обморок, только без фиолетового дыма и противных голосов.

Проснувшись утром, Крас чувствовал себя очень бодрым. Невероятно, почти подозрительно бодрым. Ни один мускул не ныл, ни одна кость не скрипела. Голова была ясной, как горный ручей. Правда, имелся один маленький нюанс: он был безумно, до тошноты, до боли в желудке голоден. Казалось, его кишечник связался с мозгом и устроил забастовку с требованием немедленной выдачи провизии. Погода стояла просто замечательная… если не учитывать мелкую деталь: температура за бортом перевалила за минус сотню. Может, даже за минус сто двадцать. Сергей не был уверен, потому что все его термометры давно сломались и были сданы на металлолом.

Спрыгнув с уступа (прямо в сугроб, по пояс), Крас сделал небольшую, энергичную зарядку. Размял затёкшие мышцы, похлопал себя по щекам, чтобы восстановить кровообращение, и неспешно, даже с некоторым вызовом побрёл в пещеру. План был прост: никакого удивления, никаких обмороков, никакого фиолетового дыма. Сегодня он будет умнее. Сегодня он — охотник, а не дичь.

«Так, — размышлял он на ходу, переключая спектр зрения на энергетический режим. — В прошлый раз, когда я подходил к лагерю, он даже не был замаскирован. Как будто меня специально ждали, как гостя на собственном юбилее. И почему каждый раз я оказываюсь в объятиях фиолетового дыма? Трогательные, но очень противные объятия. Может, всё на самом деле не так, как кажется? Может, мне это только чудится из-за хронического недосыпа и голодных галлюцинаций?»

С тягостными, почти философскими мыслями Крас начал переключать спектр зрения. Он настраивал глаза на улавливание скрытых энергий, тех самых невидимых глазу потоков, что искажают обычную, привычную мирную картину. И тут его удивление не знало границ. Оно выросло до космических масштабов, заполнило всю грудную клетку и чуть не выпрыгнуло наружу вместе с сердцем. Из глубины пещеры, из тёмного, влажного зева, тянулась тонкая, едва заметная, почти призрачная струйка фиолетового дыма. Она была похожа на паутину, только ядовитую и живую.

Подойдя к струйке вплотную, движимый жгучим любопытством, но и не забывая об осторожности (пальцы-то ему уже ломали, хватит!), Крас попытался дотронуться до неё.

Идиотский поступок, конечно. Что нормальный человек делает с подозрительным фиолетовым дымом? Правильно, обходит за километр. Но Сергей не был нормальным. Сергей был героем, а герои, как известно, лезут туда, где умные люди даже не садятся.

Струйка дыма, словно безжалостный, хорошо обученный хищник, мгновенно накинулась на него. Она не спрашивала разрешения, не представлялась и не предлагала чаю. Она просто атаковала. Холодная, чужая, агрессивная, пытаясь вторгнуться в энергокаркас Краса. Ощущения были такими, словно ему внутрь залили жидкий азот: холод, пустота и полная потеря контроля.

Встревоженный, но при этом жутко заинтригованный, Крас мгновенно перешёл во внутренний мир. В это особое, сакральное место, где его сознание могло соединиться с энергетической сущностью окружающего пространства, не отвлекаясь на внешние раздражители вроде голода, холода и надоедливого смеха Марика. И тут его озарило. Так первый, долгожданный солнечный луч прогоняет ночную темноту: резко, ярко, не оставляя сомнений.

«Значит, вот как это работает! — мысленно воскликнул Крас. — Он вёл меня под дурманом от самого входа! Завладел моим рассудком ещё до того, как я увидел его рожу! А снаружи, там, где концентрация фиолетовой энергии слишком мала как капля яда в океане, мои маленькие, прожорливые паразитики вполне себе справляются. Потому что на свежем воздухе я — бог. А в пещере — мокрое место. Так, с этим разобрались. Теперь нужно понять, как фиолетовому безобразию противостоять?… И всё же я придурок. Решил, что не стоит сканировать заледенелые пустоши. Думал, что тут может быть интересного или опасного? Вокруг же ни души, одни мы да белые медведи. А вон оно как, опасность везде. Имя ей — Марик. И он прав: нужно всегда быть начеку. Даже когда кажется, что вокруг безопасно, под твоим стулом может оказаться фиолетовая бомба замедленного действия».

Находясь во внутреннем мире, там, где существовал только он и его энергокаркас, а всё остальное отсекалось безжалостной стеной, Крас начал лихорадочно искать решение проблемы. Он внимательно, со всех сторон, как ювелир бракованный бриллиант, ощупал чужеродную субстанцию и понял: фиолетовая энергия, пытавшаяся проникнуть в его ядро, была холодной и чужеродной. Ей здесь было не место.