ЭнергоМорф V. Холпек Том II. Мёрзлый Фронтир. - Максим Балашов

И тогда парень сформировал в своём сознании чёткую команду. Он представил сложную, многослойную конструкцию, по типу энергетического фильтра. Тонкий, изящный, почти невидимый. Устройство, которое будет пропускать через себя чужую энергию, отсеивать всё ядовитое и враждебное, а остатки, перепрограммировать, перекраивать на свой лад, делать их собственными и дружелюбными. Как переработка мусора, только полезная и не вонючая.

«А теперь посмотрим, кто кого», — усмехнулся Крас и приступил к сборке.

«Так-так, — мысленно потёр руки Крас, чувствуя, как в груди разливается тёплая, почти пьянящая волна азарта. — Теперь распространим эффект на весь энергощит и отдадим команду на поглощение энергии из окружающей среды. Жадность не порок, а метод выживания. Отлично, теперь я могу захватывать чужую энергию. Чужую, враждебную, фиолетовую, всю, какая попадётся под руку. Так, а что делать, когда её станет очень много? Когда она повалит валом, как туристы на бесплатную раздачу сувениров? А создадим-ка мы ещё один защитный барьер. Второй. Или третий. Сколько влезет».

Вдохновлённый гениальной и, главное, собственной идеей, Крас отдал команду паразитикам. Мелким, прожорливым, вечно голодным тварям, обитавшим в глубинах его энергокаркаса. Приказал им сформировать собственный энергощит, одежду из чужеродной силы. И маленькие нахлебники послушались: они «оделись» в защитный слой из фиолетовой энергии, той самой, что Крас теперь добывал извне, как старатель золото в мутной реке. Таким образом паразитики стали менее доступны для захвата. Теперь врагу пришлось бы попотеть, чтобы выкурить их из уютных, обжитых щелей.

Защитный слой энергоядра тоже получил своё: Сергей обновил его новыми паразитиками, свеженькими, голодными и злыми. Но на этом парень не остановился. Он усилил эффект дополнительной мерой: окружил всю сферу паразитиков ещё одним щитом.На этот раз из простой, обычной фиолетовой энергии ментала. Той самой, которая после тщательной фильтрации становилась почти родной и дружелюбной, как пёс, которого ты покормил с руки.

«Так-то лучше, — Крас хищно, по-волчьи улыбнулся в темноте. — Теперь посмотрим, кто кого. Играем по моим правилам, господа хорошие. Фокусник при деньгах и при всём при параде».

С наглой, самоуверенной мыслью он начал спускаться в недра пещеры, туда, где его ждали товарищи. Те самые люди, которые устроили ему вчера цирк с конями, обмороками и фиолетовыми клоунами.

Дойдя до стоянки, Крас обнаружил, что картина разительно отличается от вчерашней. Лагерь снова был надёжно защищён барьером, той невидимой, но вполне осязаемой стеной. Она стояла глухой, непроницаемой для звуков, запахов и любых посторонних взглядов. Словно гигантский мыльный пузырь, только вместо радужных переливов, серая, унылая пелена смерти.

По мере приближения Краса концентрация фиолетового тумана только увеличивалась. Он окутывал героя со всех сторон, липкий, холодный, назойливый, занимая уже почти весь объём пещеры. Туман напоминал густой кисель, только вместо ягод там плескалась неведомая Сергею, чужая энергия. Он создавал магическую, почти потустороннюю атмосферу. Превращал обыденное место привала в сцену из другого измерения, тёмного, враждебного и слегка пьянящего. Где границы между реальностью и мистикой стирались до полной неразличимости, как старая надпись на камне.

Пройдя сквозь энергобарьер (это ощущалось как проход сквозь студенистую, холодную стену), Сергей оказался свидетелем картины, резко контрастирующей со всеми его ожиданиями. Вместо шумного лагеря с уютным обеденным столом, уставленным дымящимися мисками, его взгляду предстало нечто иное. Марик, задумчиво ковыряющийся в своей курительной трубке маленьким ржавым гвоздём, с видом человека, погружённого в глубокие, невесёлые мысли о бренности бытия, и Кожи, мирно, по-детски беззаботно храпящий в своём спальном мешке. Храп звучал на две пещеры вперёд, создавая лёгкую вибрацию пола. И всё это великолепие разворачивалось на фоне пары густых, почти твёрдых сгустков фиолетового дыма. Сгустки занимали именно то место, где обычно кипела жизнь вокруг обеденного стола: там, где обычно сидели люди, сейчас висели эти мёртвые, пульсирующие сгустки, похожие на злые, застывшие мысли.

Сменив спектр зрения на обычный, (человеческий, привычный), Сергей увидел кардинально иную картину. Сгустки дыма, словно по мановению волшебной палочки безумного фокусника, трансформировались в точные, почти идеальные копии Марика и Кожи. Двойники были настолько живыми, настолько детализированными, что в глазах рябило. Они сидели, двигались, дышали и, что самое забавное, начали оскорблять Краса. Грязно, витиевато, с фантазией, на которую способны только настоящие, живые мудаки. Словно наделённые собственной душой, чёрной, злой и очень разговорчивой. Двойники нарывались на драку, хамили, смеялись и провоцировали на ответные действия.

Эта иллюзия вызвала у Сергея целый фейерверк смешанных чувств: от глубочайшего изумления до лёгкого, щекочущего раздражения. «Ну и клоунада», — подумал он, сдерживая усмешку. — «Декорации — люкс, актёры — под стать. Осталось только попкорн достать и наблюдать за спектаклем».

Решив немного подыграть странному, почти сюрреалистическому зрелищу, Сергей вступил в словесную перепалку с иллюзорными оппонентами. Его ответы были остроумны, язвительны и точны, как хирургический скальпель. Он использовал все свои навыки в риторике, от сарказма до откровенного, неприкрытого издевательства, чтобы парировать каждый выпад фантомов. Несмотря на полную абсурдность ситуации: разговор с дымом, который принял обидную форму людей, Крас решил использовать сей момент для тренировки своего ума и реакции. Он видел в дурацком представлении не только вызов и провокацию, но и возможность укрепить свои навыки общения, контроля над собственными эмоциями и словесной эквилибристики перед лицом любых провокаций. Хорошая практика перед большой дракой. Даже если драться придётся с воздухом.

Когда же дело практически дошло до рукопашной, один из двойников (Кожи) замахнулся на Краса своей огромной серой лапищей, Сергей устал играть. Он снова сменил спектр одним быстрым, отработанным движением. Фиолетовые туманы рассеялись, двойники превратились обратно в безобидные, хоть и мерзкие сгустки. Крас ловко, по-кошачьи обогнул их, сделал шаг в сторону живого, настоящего Марика и отвесил ничего не подозревающему бармену смачный, звонкий щелбан по затылку. Палец приятно заныл от удара.

— Не ожидал, командир? — Крас ухмыльнулся во весь рот, довольный как слон после купания. — Спасибо за наводки. Типа «думай и анализируй». А то так и получал бы люлей до конца экспедиции, как боксёрская груша с ножками. Ну, где мой заслуженный завтрак? Желудок уже требует возмещения морального ущерба за последние двое суток.

— А ты хорош, юнец, — Марик потёр ушибленное место, но в его глазах не было злобы. Только холодное, профессиональное одобрение. — За два дня справился. Быстрее, чем я ожидал. Быстрее, чем большинство моих учеников. Но стой! — он поднял ладонь, останавливая ликование Краса. — Не расслабляйся раньше времени.

Бармен помолчал, внимательно осматривая Краса с ног до головы. Его взгляд