Отставной экзорцист 5 - Михаил Злобин

— Так вот, значит, как они устроены… — пробормотал монстр в людском обличии. — Чего не отнять у вашего презренного вида, так это измыслительного таланта и лукавства разума. Порой вы изобретаете весьма занятные игрушки…

И тут вдруг автомобиль тронулся. Сам. Без какого-либо вмешательства. Стрелка спидометра поползла вверх, а руль медленно крутанулся, выравнивая ход движения. Рита попробовала себя тайком ущипнуть, надеясь, что такой нехитрый приём вырвет её из объятий кошмара. Ну ведь не может же всё это происходить взаправду?

Но почему-то жестокое наваждение никак не желало рассеиваться…

— В… вы у… убьёте м… меня? К… как Б… Борю? — жалобно пролепетала пленница, не выдержав гнетущего безмолвия.

— Что? Конечно же, нет! — рассмеялся незнакомец.

— П-правда? — мелькнула наивная надежда во взгляде несчастной.

— Разумеется. Тебя ждёт куда более незавидная доля, смертная.

— Ч… что⁈ — выдохнула Рита, ощущая, как от страха накатывает дурнота.

— Видишь ли, ничтожное создание… Это вместилище не успело сформироваться должным образом, дабы стать моим полноценным сосудом. Как ни прискорбно, но мне придётся его покинуть. А для этого требуется энергия, которую я по капле стану выжимать из ваших никчёмных тел. Однако просто убивать вас — недостаточно. Ибо лишь та жертва ценна, что сама отрекается от права жить. Когда доведённый до исступления человек всем своим жалким естеством жаждет смерти, аки спасения.

— Я… я не понимаю… — выдохнула перепуганная женщина.

— От тебя, глупое создание, этого и не требуется. Подожди, и скоро всё увидишь сама…

* * *

Мой вопрос застал комиссара Самсонова врасплох. Он явно опешил и не знал, что ответить. Ему потребовалось секунд пятнадцать, чтобы напустить на себя привычный важный вид и почти невозмутимо уточнить:

— А кто вам вообще такое сказал?

Однако после его первоначальной реакции выглядела эта актёрская игра откровенно слабо.

— Приснилось, пока в коме отдыхал, — фыркнул я.

— Я спросил на полном серьёзе, Максим Александрович, — нахмурился офицер.

— Да и я не пошутил.

Самсонов недовольно запыхтел. И вот когда я уже решил, что услышу посыл в далёкое-предалёкое путешествие, он вдруг выдал:

— Мы фиксировали несколько подобных случаев ранее, но происходило это так редко, что не оказывало значимого влияния на анализ. Буквально полтора десятка феноменов за семьдесят лет системного мониторинга. Зато обнародование информации об этой аномалии грозило спровоцировать в и без того запуганном обществе повальную паранойю. А то и чего похуже. Волну кровавых линчеваний, к примеру.

Я внимательно посмотрел на комиссара, пытаясь понять, говорит ли он правду или же темнит и деликатно занижает масштабы проблемы. Но собеседник мой взгляд выдержал уверенно, глаз прятать не стал.

Лисёнок, сидевшая рядом, словно почуяла сгущающееся напряжение и придвинулась ко мне ближе.

— Значит, существует определённая вероятность, что одержимые всё ещё находятся среди нас? — озвучил я свои мысли.

— Увы, это не вероятность, а суровая действительность, — развёл руками Самсонов. — Зачистки ещё идут. Но стоит заметить, что после победы над Валаккаром количество инцидентов снизилось на восемьдесят процентов в первый же год. На сегодняшний день интенсивность аномальных проявлений не превышает одного процента от показателей периода активной фазы. И сущности, которые нам попадаются, относятся к низшим классам угрозы.

— А меня Комитет проверял? — хрипло спросил я.

— Естественно, — согласно прикрыл веки собеседник. — Вы находились под жёстким контролем на протяжении двух последних недель. Причём для этих целей привлекались оперативники не только из других регионов, но ещё и иностранные специалисты. Чистота вашей души, Максим Александрович, не вызывает сомнений.

— Ну хоть это радует…

Самсонов, как мне показалось, облегчённо перевёл дух. То ли обрадовался, что я воспринял всё относительно спокойно, то ли что не стал копаться в вопросе глубже. Мне почему-то казалось, что второе. Потому что сразу после этого диалога он приказал водителю притормозить, а затем, сославшись на занятость, сбежал куда-то в хвост кортежа.

И чего хотел, спрашивается? Обсудить моё триумфальное шествие на костылях?

Оставшись с Лисёнком вдвоём на просторных задних сиденьях, мы обнялись и практически не разговаривали до возвращения домой. Потом мне предстоял долгий и изнурительный подъём по лестнице, который я с честью преодолел.

Показалось даже, что мне он дался если не легче проходки по ковровой дорожке, то уж точно не тяжелее.

А затем Алиса напекла своих фирменных блинчиков, которые я уплетал с величайшим аппетитом. Всё-таки есть какая-то магия в еде, приготовленной руками любимой женщины. Необъяснимо, но спорить с этим не получается. Ведь в обоих мирах я не сумел отыскать ничего более вкусного.

Пока я подкреплялся, супруга заняла другой край стола и с мягкой улыбкой наблюдала за тем, как блины исчезают с тарелки.

— Максим, можно спросить тебя кое о чём? — неуверенно произнесла она.

— Что за вопросы, Лисёнок? Конечно, можно!

— В больнице ты обещал рассказать о каком-то месте, где война с демонами только начинается. Ты… ты видел его в своих снах?

Я перестал жевать и медленно отложил недоеденный блин. Пожалуй, от Алисы мне действительно не имеет смысла что-либо скрывать.

— Не просто видел, Лисёнок. Я прожил эти три года. Прожил их в чужом теле, под чужим именем, в чужом мире.

Я сделал паузу и посмотрел на супругу, ожидая снисходительной улыбки, а то и вовсе скептического смешка. Но Алиса, кажется, восприняла мои слова предельно серьёзно.

— И как тебя звали… там? — поинтересовалась она и задержала дыхание от волнения.

— Пётр Бугров, — не стал я утаивать. — И знаешь, я там был тем ещё красавчиком. Рост — под метр девяносто! Челюсть квадратная, а ладони, как вёсла!

— Да что ты? И женщины, поди, за тобой табунами бегали? — хитро прищурилась Лисёнок.

— Не, ну не прям бегали… — смущённо поскрёб я подбородок. — Некоторые пытались, но быстро исчезали, стоило мне рот раскрыть. И вообще, я тебе верность хранил, чтоб ты знала! Кольцо обручальное носил. Из ломбарда, правда…

— Я в тебе и не сомневалась, — ласково отозвалась супруга. — А чем ты занимался там? Тоже был ликвидатором?

— Эм-м… не совсем. Большую часть времени я пробыл обычным специалистом финансового отдела. Бумажки разные печатал, таблички всякие рисовал, отчёты лепил…

Алиса не сдержалась и фыркнула в кулачок, за что снискала от меня самый суровый взгляд, на какой я был способен.

— Извини, Макс, я просто попыталась представить тебя в образе клерка, — виновато улыбнулась она.

— Согласен, обхохочешься, — тоже ухмыльнулся я. — Но, к сожалению, самым паршивым было не это…

— А что?

— Валаккар, — мрачно буркнул я.

— Он… он тоже был там? — тревожно выдохнула супруга и непроизвольно вцепилась в край стола.

— Хуже. Он был здесь, — постучал я пальцем по виску. — Каждую