Похитительница Ночи - Холли Блэк

– Моя бабушка отбывает срок за убийство, – начала она, решив быть предельно откровенной, если хочет завоевать доверие Фионы. Рискованно, конечно, но она надеялась, что сработает.

Судя по ее виду, подобная откровенность пожилую даму не шокировала.

– Мой бывший муж был чудовищем, так что если я плохо подумаю о тебе, то буду обязана думать еще хуже о себе самой. А у твоих родителей тоже криминальные наклонности?

– Папа живет на ферме со своей новой женой, мама зарабатывает на жизнь гаданием на картах, очень редких волшебных картах. – О собственной связи с преступным миром Чарли благоразумно умолчала. – А моя сестра может предсказывать будущее.

– Понятно, – сказала Фиона.

– Но если вы думаете, что я из тех людей, кого можно отвести в сторонку и предложить денег, чтобы держалась подальше от вашего внука, не трудитесь, поскольку у вас ничего не выйдет.

Это заявление рассмешило Фиону.

– Уж не намекаешь ли ты на то, что это ты развращаешь Реми Винсента Карвера? Приучаешь его есть сырный соус или подталкиваешь рисовать граффити на стенах зданий? Порочишь его доброе имя?

– Вы двое не забыли о моем присутствии за столом, верно? – спросил Ред, которого этот разговор несколько смутил.

Чарли закатила глаза.

– Ладно, ладно. Вчера вечером друзья Аделины говорили то же самое.

– Она очень ревностно к нему относится, – дипломатично сказала Фиона, бросив на Реда быстрый взгляд. – Так было всегда. Полагаю, до приезда Реми она была совершенно одна в том большом доме. Я привыкла считать, что она боится снова остаться в одиночестве. И боится того, что мой бывший муж сделает с ней, если Реми перестанет служить мишенью для его гнева. Это единственное оправдание, которое я могу придумать для ее выбора.

Говорила ли Фиона об адвокатах и о том, какие условия Аделина навязывала Реду для получения им наследства? Знала ли об оборотной стороне медали?

Чарли поняла, что нет. Фиона злилась совсем по другой причине. Она поверила в историю, что ее внук целый год томился взаперти в подвале особняка, пока все считали его мертвым, и что Аделина не обратилась в полицию, не связалась с Фионой, ничего не сделала, чтобы помочь ему.

– К тому же вы двое всегда прекрасно ладили, – продолжила она.

– Именно так, – согласился Ред, тоном голоса придав своим словам другой смысл.

– Я что хочу сказать. – Пожилая дама посмотрела на свой напиток. – Тебе не нужно щадить мои чувства. Пойми, что я не слаба, даже если и стара. Я похоронила дочь. Ты все, что у меня осталось в этом мире.

– Нет, – возразил Ред. – Это не так.

Официант принес еду и принялся расставлять перед ними тарелки. Не обращая на него внимания, Фиона схватила Реда за руку и сжала.

– Именно так, – настаивала она.

– Что тебе известно о теневой магии? – спросил он, высвобождаясь из ее хватки.

Сердце Чарли отчаянно заколотилось. Конечно, он ей не расскажет. Будет хранить молчание.

Лицо Фионы заострилось.

– Не очень много, но кое-что. Мой бывший муж питал нездоровый интерес к оккультизму, и мне было любопытно, что такого он в этом находит. В моих кругах есть связанные с Теневой ложей люди, которые покупали тени на устраиваемых для подобных целей мероприятиях.

– Теневая ложа карает своих членов, замешанных в продаже теней, – сказала Чарли.

Фиона сделала еще глоток.

– Ну, это ужасно дорого, так что, полагаю, с их стороны есть определенный риск. – Затем она повернулась к Реду. – Мне не следовало разрешать тебе переселяться к Солту. Этого он от тебя и хотел, да? Заполучить твоего приятеля, того, с которым ты все время разговаривал? И которого сама я считала ненастоящим?

Чарли обмакнула ломтик картошки фри в трюфельный соус и отправила в рот. Вкус был не совсем приятным, но почему-то захотелось еще.

Воцарившееся молчание снова нарушила Фиона.

– Только спустя много лет после того, как ты вышел из-под моей опеки, я наконец поняла, что ты владеешь теневой магией. Не знаю, хотел ты этого или нет и что мог с ее помощью сделать, но очень сожалею, что поставила тебя в такое положение. – Она нахмурилась. – Ты все еще часть того мира?

– Мне никогда из него не вырваться, – сказал Ред.

– Что бы Солт ни просил тебя сделать, – подхватила Фиона, – и что бы ты ни сделал, я хочу, чтобы ты знал: я всегда на твоей стороне.

– Прекрати, – отрезал Ред.

– Даже если бы ты был виновен в смерти той девчонки, Розы Аллабанд, я все равно осталась бы на твоей стороне. Мне бы это не понравилось, но я бы помогла тебе.

– Прекрати, – повторил Ред тверже, в его голосе слышалась паника.

Пожилая дама потянулась через стол, словно опять собиралась взять его за руку.

– Я понимаю, что у тебя есть все основания злиться на меня…

Он поднялся на ноги, перебивая ее.

– Я не злюсь. Я люблю тебя. Однако я не Реми.

Фиона беззвучно открывала и закрывала рот. Чарли почувствовала, что не может дышать, когда Ред вдруг превратился в тень, которая расползлась от того места, где он стоял, и погрузила комнату в жуткую тьму. Со всех сторон зазвучали вздохи.

– Объясни мне, что только что произошло, – потребовала Фиона дрожащим голосом, обращаясь к Чарли.

– Он ваш внук, – ответила та, вставая. – Точно так же, как когда-то был Реми.

Фиона в ужасе покачала головой. А Чарли, как истинная трусиха, поспешила к дверям.

Глава 22

Не домашний питомец

Пошатываясь, Чарли подошла к Porsche и увидела лежащие на переднем сиденье ключи. Резко сев на место водителя, она увидела свое отражающееся в лобовом стекле лицо. Никакого макияжа, как у актрисы вне сцены. И синяк вокруг глаза не совсем поблек.

«Что ты натворил?» – мысленно обратилась она к Реду.

Он находился рядом, в виде тени, которую она должна была отбрасывать, однако ничего ей не ответил. Скорее всего, не хочет говорить о том, как облажался и оттолкнул единственного человека, который мог бы помочь ему избежать юридических ловушек Аделины. Чарли положила руки на руль, но не могла заставить себя завести двигатель. Эмоции бушевали, мысли никак не желали успокаиваться. После происшествия с Марком она бросила мошенничество, поскольку терзалась угрызениями совести и чувствовала вину перед парнем, погибшим от предназначенной ей пули. Но спустя некоторое время все-таки вернулась к аферам, потому что отлично преуспела в этом ремесле.

Кем бы она стала, если бы Рэнд не взял ее под свое крыло? Была бы она менее травмированной? Более скучной? У Рэнда был дар заставлять