Осколок звезды - Лилия Олеговна Горская

– Ну… здравствуй, – неловко сказала Айраэль, поглядев на осколок звезды, видневшийся через прозрачные грани ларца. – Давно мы с тобой не виделись.

Фиолетовый огонь играл на его рельефе, из-за чего казалось, что звезда мягко сияет. В голову заползли отзвуки чужих голосов, и сознание немедленно отбросило ее в ту судьбоносную ночь, когда небо разрезали золотые нити, а землю поднял огненный взрыв, оставивший вокруг огонь, запах сгоревших цветов… и осколок звезды, сияющий всеми цветами радуги.

Айраэль вдруг ощутила невероятное волнение и страх. Ладони похолодели, сдавило горло. Она опять слышала эти голоса, зовущие на помощь.

Паника накатывала волнами. В какой-то момент Айраэль поняла, что ей трудно дышать. Воздуха отчаянно не хватало. Стены начали давить, и комната словно стала в разы меньше.

– Мне это кажется, просто кажется…

Айраэль стиснула зубы, впилась в ладони ногтями и сделала решительный шаг к ларцу. Чем быстрее она возьмет осколок, тем быстрее покинет это место!

Знак звезды встал в в очередную форму-ключ, как влитой. Заклинание, запирающее нерушимый ларец, проявилось сияющими знаками-рунами и истончилось, растворяясь прямо на глазах. Айраэль резко открыла крышку. Голоса стали явнее.

Осколок звезды был точно таким же, как в ее воспоминаниях. Как самый красивый на свете минерал – кусочек физического воплощения Богини. Но…

Он не сиял. В отличие от ярких детских воспоминаний, осколок не исходил искрами и не переливался светом. Он оставался холодным и безжизненным. Как обычный минерал.

– Так ты остыла, – растерянно пробормотала Айраэль.

Впрочем, метеориты не остаются горячими после падения. Может, со звездой вышло так же. Она ведь тоже своего рода «космический камень».

Айраэль потянулась к осколку. Но тут ее поджидал новый сюрприз.

– Ай!

Ошеломленно одернула руку. Уставилась на осколок широко распахнутыми глазами. Почувствовала, как в груди что-то сорвалось и рухнуло.

Осколок ее обжег. Обжег! Причем не жаром – а холодом!

– Как же так?

Айраэль вновь запустила ладонь в ларец, и вновь, стоило ей прикоснуться к звезде, как та ужалила подушечки пальцев нестерпимым холодом. Что происходит?

Сигнальный камень оповестил людей сверху о том, что она дошла до цели. Двери храма наверняка уже открылись, впуская Служителей, архиепископа и свидетелей будущего таинства. Все ждут, когда она поднимется наверх и загадает желание, что спасет весь мир. И Айраэль не собиралась отступать всего лишь из-за того, что…

Что звезда ее отвергает…

– Зачем ты так? Это из-за того, что именно я хочу загадать? Или из-за того, что мы тебя здесь заперли одну на пять лет?

Звезда молчала, а голоса продолжали шептаться, как ни в чем ни бывало. Скользкие пальцы страха схватили за горло, вызвав новую волну головокружения, но Айраэль задавила ее взрывом гнева. Поджав губы, Айраэль схватила ларец, приближая к нему лицо, и сказала:

– Я – твоя Хранительница, и нам с тобой мир спасать, хочешь ты этого или нет! Поэтому мы идем наверх и загадываем желание! – вытерев холодный пот со лба, она неловко добавила: – Хорошо? Хорошо. И извини, что давно не виделись. Отец… запрещал…

Чувствуя себя невероятно жалкой, Айраэль схватила весь ларец целиком. Если не удается донести его в руках, осколок поедет в персональной карете. Может, ощущения изменятся, когда осколок поймет, что он вот-вот воссоединится со звездой-матерью на небесах. Кто знает, что у этих осколков на уме.

Начался изнурительный подъем. Айраэль почти не чувствовала, как поднимается: борьба со страхом оказалась более изнурительной, чем с лестницей. У нее тряслись руки. Ноги почти не держали. Что, если осколок не послушает ее в самый ответственный момент? Что если у нее – у человечества – ничего не выйдет?

Когда на лестнице стало ярче, а череда фиолетовых огней сменилась яркостью храмовых свечей, храм уже роптал, сливая сотню голосов в один.

– Почему так долго? Что-то случилось?

– Луна вот-вот уйдет, нужно торопиться!

По обе стороны от выхода стояли служители. Завидев принцессу, они протянули ей руки, помогая взойти.

– Ваше Высочество, вы в порядке? – спросили они, наскоро поправляя ее платье, вуаль и косы.

– Д-да. Наверное, – сбивчиво сказала Айраэль, пытаясь отдышаться.

– Тогда идите, – служители поймали ее под локти, торопливо выводя из-за статуи. Не ожидав, что настолько опоздала, Айраэль панически прижала ларец к груди и попыталась упереться пятками в пол:

– Стойте, мне нужно кое-что сказать наставнику!

Но глашатаи подняли трубы, возвещая о начале церемонии. Служители вытащили ее на свет, и сотня свидетелей уставилась на нее. В голове вспыхнуло, как деревья из Темнолесья глядели на нее точно так же.

Жадно.

У Айраэль сбились мысли и задрожали губы. Напускная бравада разбилась о твердыню зловещего «пора». Ей надо срочно сказать учителю…

Как она может сказать учителю, что осколок ее не слушается? Может, она уже не справилась?

Архиепископ коротко улыбнулся ей, когда она встала рядом. Айраэль хотела взвыть. Неужели ей уже никак не предупредить его?!

– Братья и сестры. Друзья и союзники. Представители всех государств и религий! Я, милостью матери нашей Навеккой, архиепископ храмов Ардании, Даррагона и ныне трагически павшего государства Варракем, приветствую вас здесь, на празднике в честь восхода голубой луны! Вы видите, как в это время беспокоится вода, волнуются животные и даже солнце тускнеет. Это время, когда Луна и Земля приближаются друг к другу. Это время воссоединения с нашими истоками…

Айраэль глубоко дышала, чтобы успокоиться.

«Спокойно. Попробуем, как есть. Нужно взять с собой ларец, – быстро думала она, оценивая, насколько долго ей предстоит держать осколок голыми руками. – Когда войду в воду, поставлю ларец на бортик, открою его и возьму осколок. Останется лишь повернуться к мосту и терпеть, пока не смогу загадать желание».

О том, что будет, если сотня свидетелей узрит, что принцесса-Хранительница не может держать в руках божественный дар, лучше не думать. Айраэль присела, обнимая ларец, и прошептала:

– Пожалуйста, у нас должно получиться. Не упрямься.

Спокойный голос Вегарона тем временем возвестил:

– Да начнется церемония!

Хор служителей вознесся к искусственным звездам, и свечи в храме разом затухли. Единственным источником света осталась луна. Огромная, светлая, с отчетливым голубоватым отливом, она заглядывала в витражи и обнимала храм, казалось, со всех сторон.

Айраэль выступила из-за статуи Богини, поднимая хрустальный ларец над головой. Зрители ахнули. Осколок поймал лунный свет и засиял изнутри ларца, а грани хрусталя умножили этот эффект, создав видимость того, что принцесса несла настоящую звезду, утопая в ее сиянии.

– Какая красота!

– Потрясающе!

Айраэль едва видела, куда