Земля: Выживание. Том V - Михаил Ран

Глава 18

В тот момент, когда во мне лопнула последняя преграда, сдерживающая от сопротивления, мир перестал существовать в привычных для него категориях пространства.

Звук ревущей подземной реки, до этого оглушавший меня своим первобытным неистовством, вдруг превратился в далекий, невнятный гул, словно я находился под толщей густого масла.

Зато всё остальное… От капель плотного тумана, до микроскопических трещин в бетонных опорах под генераторами, каждая серебряная искра, падающая из пульсирующего разлома, все это становилось пугающе, до рези в глазах, четким.

Тем временем внутри тела распространялось чувство, как энергия, густо замешанная на багровой, кипящей ярости, превращает мою кровь в раскаленный свинец, обжигающий внутренние органы.

Это не походило на обычную боль, скорее тотальное разрушение плоти. Но в этом разрушении я парадоксальным образом черпал силы для сражения и сопротивления. Такие, о каких до этого не приходилось мечтать.

Мои собственные каналы, обычно напоминавшие пластиковые трубочки, теперь превратились в пылающие трубы, по которым несся податливый поток пси.

— Алекс! Прекрати разгонять силу, энергосистема на грани критического перегрева! — голос Вейлы вибрировал прямо в моем мозжечке, становясь неотъемлемой частью сознания. — Ещё чуть-чуть, и твои каналы буквально начнут испаряться. Я едва ли успеваю латать имеющиеся повреждения!

Ответить словами ей никак не успевал. В начинающемся безумном танце смерти они были больше не нужны и только мешали бы. Так что я просто рванул вперед, срываясь в ускорении, и выбивая каменную крошку из-под ног.

Псиарх, этот величественный и жуткий монстр Изнанки, плавно вскинул свои длинные, суставчатые руки, формируя перед собой щит из плотно сжатой энергии, как если бы пространство повиновалось его воле, и искажалось одной лишь силой мысли.

Это слегка застало врасплох, потому что остановить разогнанное тело у меня просто так не получилось бы. На это не хватало времени, да и расстояние между нами слишком быстро сокращалось. Так что возведенный противником барьер встретился с кинетической энергией движения, которую я успел набрать до этого.

Б-БАХ!

Ударная волна сокрушительной силы разогнала молочный туман, сформированный над рекой. Тот, не выдержав, мгновенно испарился, обнажая черную, маслянистую поверхность воды, прогнувшуюся под весом нашего столкновения.

Мой кулак, окутанный бушующим пламенем, столкнулся с его барьером. Воздух между нами застонал и заскрежетал, как ржавый металл по тонкому стеклу. Я видел, как зеркальное, абсолютно лишенное осмысленных черт лицо псиарха, на мгновение подернулось рябью, словно отражение в грязной осенней луже.

— Тебя… просто так… не отпущу. — прохрипел я сквозь стиснутые зубы, чувствуя, как во рту скапливается солоноватый привкус крови, одновременно с этим совершая разворот, и вкладывая во вращение всю доступную физическую силу, концентрируя ту в одной единственной точке удара.

Серебристый барьер не выдержал усиленной атаки и лопнул с сухим треском. Противник, погасив энергию, отбросился назад на добрых пять метров, а его ноги, закованные в причудливую защитную броню, пропахали глубокие борозды в бетонном основании.

Но даже так он не упал и не замедлился в движениях. Лишь замер в воздухе, словно для него не существовало законов гравитации. Когда как его парящая корона, венчающая голову, вспыхнула с новой, ослепляющей силой, окрашивая стены коллектора в мертвенно-бледные тона.

В этот критический момент двое оставшихся глумеров, эти верные псы и личная охрана псиарха, решили, что их господину требуется помощь, без которой тому вот никак не справиться.

Они синхронно сорвались со своих мест, превращаясь в два стремительных черных пятна, за которыми тянулся шлейф едкого дыма из груди.

Один из них решил зайти по широкой дуге справа, целясь конечностями прямо в меня, второй, более приземистый, пытался подрезать мои ноги, скользя по самому краю обрыва, где ниже бурлила вода.

— Справа! — мгновенно среагировала Вейла, приблизительно подсказывая мне траекторию атаки. — Уклоняйся! На сорок пять градусов, сейчас же!

Простое уклонение тут не сильно могло помочь, как бы не кричала наставница. Поэтому, использовав инерцию собственного движения, повернувшись вокруг своей оси в коротком, яростном пируэте, у меня получилось выпустить несколько мощных огненных лезвий со стороны локтей.

Глумер, летевший справа, не ожидал такой маневренности от жертвы, все время до этого убегающей. Его когти, замешкавшись, прошли в десятке сантиметров от моей одежды, распоров воздух с противным свистом, и в этот краткий миг мне удалось мертвой хваткой вцепиться в его упругую плоть с обратной стороны шеи.

— Удачного посмертия! — буквально вбил его тело в траекторию следующей атаки псиарха.

Серебряный здоровяк в этот момент как раз заканчивал формирование серии тонких, как бритвенное лезвие, лучей, нацеленных прямо в мою грудь. У него было время остановиться, но он об этом даже не подумал. Видимо, его собственные слуги были лишь расходным материалом, пылью под ногами высшего разума, тем более, если их смерть могла приблизить достижение поставленной цели. Какой бы та ни была.

Росчерки лучей с легкостью прошли сквозь глумера, как будто тот был обычным листом бумаги, попавшим под острый самурайский клинок. Тварь даже не успела издать звук удивления, её тело моментально превратилось в дуршлаг, тут же воспламеняясь белым огнем.

Второй ублюдок, увидев мгновенную и столь бесславную смерть своего неудачливого сородича, на долю секунды замешкался. Мне показалось, что он даже удивился произошедшему.

И это стало его роковым просчетом.

Псиарх, явно раздраженный моей дерзостью и необходимостью отвлекаться на «мусор», просто небрежно махнул рукой в мою сторону, создавая сокрушительную волну гравитационного давления.

Я же успел среагировать, подставляя под себя щит из пси, используя тот, чтобы оттолкнуться вверх, взмывая под самые своды коллектора. А вот глумер оказался прямо на пути этой едва заметной кувалды.

Черного монстра, стоило им встретиться, сплющило с хрустом костей, похожих по звуку на скорлупу перезревшего ореха, превращая некогда грозного монстра в бесформенный, сочащийся темной жижей блин плоти и обломков.

Следующая волна швырнула это «нечто» в сторону массивных генераторов, где он с отвратительным чавкающим звуком размазался о стальные цилиндры, стекая вниз по хитросплетениям кабелей.

— Бл… хрен мне теперь, а не кристалл. — с досадой выпалил я, на что получил от Вейлы какое-то неразборчивое и явно матерное словосочетание.

Теперь мы оставались один на один. Не считая Нюхача, который всё еще лежал неподвижно, пугающе безмолвный, и орошаемый брызгами ревущей реки. Сейчас они казались мне теплее, тем более, по сравнению с холодом, исходящим от врага напротив.

— Алекс, у тебя резерв опустился до половины, и стремительно продолжает падать! — предупредила наставница. Теперь её голос звучал напряженно, с едва уловимым отдалением и неуверенностью. — Псиарх начинает настраиваться на резонанс с разломом! Если он закончит, то временно сможет получить безграничный запас пси, и тогда