Земля: Выживание. Том V - Михаил Ран

То, о чем говорила Вейла, это чувствовал и я сам. Особенно витавшее в воздухе неприятно нарастающее напряжение. Само пространство вокруг псиарха начало вибрировать и светиться агрессивными оттенками силы.

Всё огромное помещение коллектора пришло в движение: мелкие камни, куски стальной арматуры, обрывки железных листов и бетонная крошка, медленно отрывались от пола, повинуясь воле этого чудовища.

Он же неторопливо развел руки в стороны, и над его ладонями матереализовывались сферы чистой, концентрированной пустоты. Именно так в моем понимании должны выглядеть черные дыры в миниатюре, жадно поглощающие свет, звук и саму надежду на спасение.

Что ж, осознание того, что если я не прерву его убер-прием прямо сейчас, то до завтрашнего утра рискую не дожить, пришло слишком отчетливо. Тут и думать над задачей не ныдо было.

Собрав большую часть резерва, вложил все в формирование огненных копий рядом со своей фигурой. В этот раз они не походили на полупрозрачные снаряды, готовые рассыпаться от малейшего столкновения. Сейчас я вкладывал в них все что мог: эмоции, пси, чувства, надежду. Одновременно с этим, пытался сжать те до предела, концентрируя мощь в самом центре.

Вот только из-за переизбытка силы, к сожалению, нормальному контролю поддавались лишь пять из семи копий. Так что оставшиеся два приходилось удерживать руками напрямую, ощущая горячую, почти обжигающую пульсацию ладонями.

Под одновременным давлением собственной пси, и силой противника, каждое движение требовало колоссальных усилий. От чего виски протестующе пульсировали в ритме безумного барабана, а перед глазами никак не пропадала кровавая пелена.

— Целься в его корону! — подсказала Вейла, корректируя восприятие, чтобы я смог сфокусироваться на потенциальной уязвимости противника. — Эти кристаллы в изголовье, я проанализировала, он фокусирует собственную силу через них! Если сможешь уничтожить хотя бы часть, то это пошатнет его контроль!

Ждать больше не было смысла, все, что мне надо было знать — я уже знал. Оставалось дело за малым, уничтожить врага. Поэтому тут же метнул первое копье с надеждой, что на нем все и закончится.

Оно прочертило в полумраке коллектора ослепительную дугу, оставляя за собой тяжелый запах озона и чего-то горького. Псиарх с ленивой грацией отмахнулся от снаряда одной из своих черных сфер, поглощая заряд без остатка, но я уже, не дожидаясь результата, метал второе.

И сразу в вдогонку третье.

Чудовище двигалось с ненормальной, текучей грацией, уходя от моих атак так легко, словно он заранее, еще до моего замаха, знал, куда именно я направлю удар.

А тем временем, черные сферы над руками росли в размерах, и я начал чувствовать, как следом за этим, искаженная гравитация стремится притянуть меня к нему, мешая совершать маневры и сковывая движения.

В какой-то момент моя концентрация все ж таки дрогнула.

Нога, насквозь промокшая в липкой смеси воды и крови монстров, скользнула по куску оплавленного бетона. Я споткнулся, и на крохотную долю секунды, на один единственный сердечный ритм, полностью потерял контроль над ситуацией.

Псиарху этого было более чем достаточно. Он мгновенно сократил между нами дистанцию, а его рука, окутанная смертельной угрозой, метнулась к моей груди с одной целью — убить. Тонкие, невероятно длинные когти были нацелены прямо в область сердца, и я уже чувствовал исходящий от них холод абсолютного небытия.

Перед глазами стояло его зеркальное лицо, совсем рядом, буквально в нескольких сантиметрах. В нем не было ни капли злобы, ни тени торжества — только бесконечное, ледяное равнодушие существа, просто решившего раздавить назойливое насекомое, посмевшее нарушить его покой.

— Всё… это конец… — вспыхнула в мозгу паническая, предательская мысль, направленная к наставнице. Я понимал, что физически не успеваю выставить щит.

ХЛЫСЬ!

Резкий, хлесткий звук выстрела, многократно усиленный эхом бетонных сводов, разорвал натужный гул воды. Пуля, выпущенная из пистолета Нюхача, вошла точно в сочленение доспеха на атакующей руке Псиарха. Именно в тот миг, когда его когти уже начали рвать ткань моего маск-халата.

Конечность монстра неестественно и с обидой дернулась, а удар, который должен был превратить мои внутренности в кашу, ушел в сторону, лишь вскользь задевая мое левое плечо. Однако боль была гораздо сильнее, такой, словно меня приложили раскаленным прутом, но я был жив.

Черт возьми, я все ещё был жив!

Резко, почти теряя равновесие, обернулся.

Нюхач.

Он сидел, тяжело привалившись спиной к выступу моста. Его лицо представляло собой сплошную кровавую маску, один глаз полностью заплыл, но его руки… его огромные, мозолистые руки, сжимавшие рукоять пистолета, были неподвижны и тверды, как гранитные скалы.

Мужчина тяжело, с хрипом дышал, пока из уголка его рта текла розоватая пена. Но его глаза горели неистовой яростью, приковав псиарха к прицелу.

— Р-работай… командир… прикончи его… — прохрипел мужчина, прежде чем его голова снова бессильно упала, а рука с оружием мелко задрожала.

Этот подаренный мне миг стоил жизни, и я не имел права распорядиться им бездарно. Глядя на то, как псиарх отпрыгнул назад и отвлекся на собственную поврежденную конечность, у меня получилось сосредоточить остатки энергии, всю силу на кончиках пальцев и прямо по центру ладоней, сплавляя лёд, пламя, и пустую пси в единое целое.

— ЖРИ, УБЛЮДОК! — мой крик сорвался на хриплый лай.

Я метнул оба копья одновременно, крест-накрест. В этот раз они не летели, они буквально разрывали пространство перед собой игнорируя любые преграды. Псиарх успел вскинуть перед собой барьер, но мой удар сейчас был гораздо сильнее.

Первое же копье, пролетевшее сквозь защиту, с оглушительным, кристальным звоном врезалось точно в его корону. Я услышал этот невероятный, почти божественный звук — звук лопающегося кристалла.

Один из центральных камней в его изголовье разлетелся на мириады мелких, светящихся осколков. Монстр издал не крик и не стон, а какой-то запредельный, высокочастотный скрежет, от которого у меня едва не лопнули перепонки.

Второе копье ударило следом, в ту же самую секунду, не давая врагу опомниться. Еще два крупных кристалла лопнули, осыпая плечи титана сияющей крошкой. Его некогда идеальное, зеркальное лицо пошло глубокими, ветвистыми трещинами, а ослепительное сияние вокруг фигуры начало лихорадочно мигать и затухать, обнажая истинную, суть существа.

— ЕСТЬ! ПОПАЛ! — ликующий крик Вейлы едва не оглушил меня. — Добивай его, Алекс! Сейчас или никогда!

Энергии толком не было, поэтому приходилось действовать по старинке, занося правую руку для финального, решающего удара. Я действительно собирался вырвать ему хребет, как и обещал себе ранее.

Но псиарх вдруг перестал сопротивляться. Он не пытался восстановить щит или нанести ответный удар. Он просто выпрямился во весь свой огромный рост, и его изуродованное, покрытое сетью