Женщина, создавшая короля. Книга 1 - Ким Чжи Ын

Пальцы сжали ворот Сохи, словно в мольбе: «Скажи, что это не так!» Даже если такой ответ был бы ложью, он до изнеможения хотел услышать слово «нет».

– Совсем нет.

Ответ на беззвучную мольбу действительно стал для него наградой. Ворён с облегчением выдохнул. Его онемевшие от напряжения пальцы задрожали и наконец вытянули ленточку, застрявшую под чогори Сохи.

– И королева-мать, и вы можете меня убить. Мне поэтому всегда немного страшно.

Комнату наполнил ее голос, спокойный настолько, что звучал почти жестоко. Грудь словно стиснуло тугое кольцо. Не отрывая взгляда от алой ленты, зацепившейся за его пальцы, Ворён едва слышно прошептал:

– Что вы сейчас сказали?

Он и сам не мог понять: острая боль, что жгла его глаза, была злостью или все же обидой?

– Убить? Я? Вас?

– Разве это не так?

Соха вонзила ему в сердце второе лезвие. Больнее любого удара. Больнее пытки.

– Неужели все это время вы считали меня наемницей, которая может в любой момент лишить вас жизни? И не больше?

Ради чего… ради кого он принес столько жертв?

Он не был безумцем, пьянеющим от крови. Он не искал королевской милости, не стремился к власти или наградам. Все было ради одного человека. Ради нее. Каждое принятое им решение было неизбежным выбором ради ее защиты. Так почему его безмолвный крик так и не был услышан?

Ворён крепко сжал ленту, будто та могла вот-вот вырваться и исчезнуть.

– Барышня… Соха…

Стараясь не позволить гневу вырваться наружу, он крепко зажмурился и осторожно опустил лоб на хрупкое плечо Сохи. Словно во сне, воздух наполнился печальным ароматом цветущей сливы.

– Зачем мне это? Зачем мне убивать вас, барышня? Даже в шутку не говорите такого, прошу вас!

– А если, скажем, появится другое дитя дракона, что вы тогда будете делать, Ворён?

Только после этого неожиданного вопроса он наконец поднял лицо:

– Что вы имеете в виду?

– Просто я подумала: что, если однажды появится новое дитя дракона, и я больше не буду нужна? Если тогда его величество прикажет меня убить, как вы поступите?

– Разумеется, спасу вас. Что бы ни случилось, я спасу вас. Вы правда думали, что я могу вас убить по такой причине?

Было горько, обидно и горько, ведь получалось, что Соха не верила тому, кто столько лет защищал ее, как тень.

– А если приказ отдаст тот, кто называет себя моим кузеном?

Эти слова заставили Ворёна плотно сжать губы, словно створки раковины. Все внутри дрогнуло, как от сильного удара по голове. Силуэт Сохи, стоявшей перед ним, расплывался.

– Даже если он прикажет меня убить, вы все равно меня спасете?

Ворён не смог ответить. Ему показалось, будто Соха заглянула в самый потаенный уголок его души, и это ощущение тревожило.

– Мне всегда казалось, что вы не слишком-то преданы королевской семье. Словно вы не подчиняетесь ни королеве-матери, ни его величеству. Даже сейчас вы без колебаний назвали королеву-мать «той женщиной».

Когда Соха начала спокойно перечислять факты, Ворён почувствовал, как рушатся защитные стены, которыми он себя окружил.

– Тем не менее у вас есть какая-то причина исполнять приказы королевской семьи. Недавно я поняла, что это как-то связано с тем, кто называет себя моим кузеном. В павильон, куда почти никому не дозволяется приходить, явился незнакомец, и вы закрыли на это глаза. Нет… это выглядело так, будто вы впустили его. Я не вижу другого объяснения кроме того, что для вас он важнее, чем его величество.

– Но…

– Разве не это помешало вам ответить на мой вопрос?

– Нет, я не поэтому промолчала! Не буду отрицать: я человек господина Хан Сокчуна, и во дворце я по его приказу. Но ведь он ваш кузен. Вы не думали, что, возможно, он пришел спасти вас?

– Тогда почему мой кузен – и, заметьте, никто иной – появился только сейчас? У него было двадцать лет, если он действительно хотел меня спасти. Получается, что попросту настало время для чего-то… для достижения его цели.

Соха на мгновение замолчала и потянула растрепанные волосы, будто собираясь поправить их. Взгляду Ворёна открылась изящная линия шеи, и алая лента бесшумно выскользнула из онемевших пальцев.

– Это значит, теперь я ему нужна.

Когда Соха заговорила снова, взгляд Ворёна зацепился за алый след посередине затылка – словно цветок, распустившийся на белоснежной коже.

Все внутри него замерло.

– Господин Хан Сокчун не задумавшись сказал, что поможет мне выбраться наружу.

Голос Ворёна стал еще тише:

– Потому что вы этого хотели, барышня.

– Если у дитяти дракона появится хоть малейшее намерение сбежать, уничтожьте ее… Таким был последний приказ покойного короля страже Кымюдана. Неужели вы забыли?

Ворён не забыл. И тем более не мог забыть, что приказы Хан Сокчуна до сих пор оставались такими же.

– Нельзя позволить дитяти дракона сбежать, даже если придется убить ее. Ради нашей истинной цели. Если ты сможешь выполнить это, я позволю тебе отправиться во дворец.

– Если господин Хан Сокчун действительно заодно с вами, он не мог не знать, что меня ждет смерть. Несмотря на это, он не стал отговаривать меня, наоборот, с улыбкой предложил помощь. Ему все равно, выживу я или умру.

– Барышня…

– Приказ убить меня немного будет для него значить, если существует другое дитя дракона. А вы не осмелитесь ослушаться.

Соха повернула голову и встретилась с Ворёном взглядом. Ее глаза были холодны и бесстрастны, когда она задала вопрос:

– Я в чем-то ошиблась?

Как ни пытался Ворён найти в ее словах ошибку, ему не удавалось. Догадка была пугающе точной.

– Значит, теперь я – человек, который может убить вас.

Он понял: его обида сложена из горечи и ощущения собственной неполноценности.

– А как же принц Мухон? – С этими словами Ворён резко схватил алую ленту и дернул вверх. Девушка ахнула, но Ворён не дрогнул. – Что хотела найти королева-мать?

– Что?

– Шрам на левой руке она не заметила. Но что еще она искала и осматривала?

– Я обязана отвечать?

Ворён заметил, что Соха прикусила губу. В его голосе проскользнула едва уловимая, но отчетливая нота гнева:

– Ну конечно, она смотрела только на самое очевидное: грудь, между ног… Даже не догадываясь, что след остался… здесь.

Открытая белоснежная шея казалась как никогда хрупкой. След на ней уже слегка поблек, но все еще был безошибочно различим. След этого мерзавца. Принца Мухона.

– Я не понимаю… Какой след?

Соха неловко потянулась к шее, не зная, куда прикасаться. Похоже, она сама не догадывалась об отметине.

– Вы