Перекрестки миров. Том 1 - Джек из тени

пугавшее своей неземной красотой, исчезло. Теперь в проёме была пустота, а прямо на границе двух миров, как жуткий памятник человеческой дерзости и инопланетным законам физики, застыла половина армейского «Урала», аккуратно разрезанного пополам невидимым скальпелем.

Недалеко от арки, на специально отсыпанной гравием площадке, стояли двое. Расстояние между ними и остальными бойцами было почтительным, метров тридцать. Периметр вокруг этой точки был оцеплен хмурыми парнями из спецназа, в чьих глазах читалась холодная отстранённость.

Первый из двоих был высок, плечист, и даже под накинутым на плечи тяжёлым генеральским кителем угадывалась мощная спортивная фигура. Генерал-полковник Фёдор Решетов, командующий округом, был из той старой гвардии, для которой война была понятной и логичной работой. Он привык мыслить категориями дивизий, дальностей полёта ракет и толщины брони. И всё, что происходило здесь, выбивало его из привычной колеи, вызывая неподдельное раздражение.

Второй был его полной противоположностью. Мужчина средних лет, в строгом, но дорогом гражданском костюме, на который была накинута простая парка. Невысокий, худощавый, с лицом университетского профессора и цепким, анализирующим взглядом за стёклами очков в тонкой оправе. Об Игоре Сергеевиче Артёмове не писали в газетах, его не показывали по телевизору. О существовании этого человека знал лишь узкий круг людей в самых высоких кабинетах. Он был тем, кого в старых романах называли «серым кардиналом» от науки, человеком, решавшим проблемы, о которых обыватели даже не подозревали.

— И вот так, просто, взяла и отрубилась, — генерал Решетов зябко поёжился, то ли от холода, то ли от неприятных воспоминаний. — Вся связь в городе, вообще вся! От сотовых вышек до старых проводных «вертушек». Даже спутниковые тарелки превратились в бесполезный хлам. А потом, так же внезапно, через несколько часов, всё снова заработало. Что это было, Игорь Сергеевич? Ваше научное светило уже придумало объяснение этому фокусу?

Артёмов невозмутимо поправил очки, на которые налипли мелкие капли дождя.

— Предварительная версия — мощный, узконаправленный импульс неизвестной природы, совпавший с моментом активации портала, — произнёс он своим ровным, почти бесцветным голосом, словно читал лекцию. — Природа излучения пока не ясна. Мы никогда не сталкивались с подобными характеристиками. Оно не просто создаёт помехи, просто на какое-то время меняет саму структуру эфира, делая его непроводимым для известных нам типов волн.

Генерал поморщился, как от зубной боли.

— «Излучение неизвестной природы»… Охренительный ответ, Игорь Сергеевич. Просто исчерпывающий. Я высокому начальству в Москве так и доложу. У нас тут, понимаешь, возникла полная задница «неизвестной природы». Звучит, главное, солидно и по-научному.

Артёмов проигнорировал сарказм. Его взгляд был прикован к арке Врат.

— Радует хотя бы то, Фёдор Алексеевич, что, судя по перехваченным данным, эта проблема была у всех, на чьей территории появились аналогичные объекты, — спокойно заметил профессор.

— Да уж, обрадовал, — буркнул Решетов. Генерал подошёл ближе к разрезанному грузовику. Зрелище было одновременно и завораживающим, и тошнотворным. Срез был идеально гладким, как на учебном стенде. — А вот то, что наши ребята там застряли, ни хрена не радует. И то, что эта адская шарманка захлопнулась, оставив нам на память этот памятник высоким технологиям, тоже оптимизма не добавляет.

Генерал пнул носком сапога уцелевшее колесо «Урала». Резина глухо отозвалась.

— Что дальше-то? Какие перспективы? — спросил Артёмов, не обращая внимания на эмоциональные всплески генерала. Он мыслил другими категориями.

Решетов тяжело вздохнул, отгоняя неприятные мысли.

— Перспективы у нас весёлые, — генерал отошёл от грузовика и начал мерить шагами площадку. — Первое: город, который ещё вчера был обычным сибирским провинциалом, по сути, превратился в «почтовый ящик». Режимный объект с полумиллионным населением. Ты представляешь, какой это геморрой в плане соблюдения хоть какой-то государственной тайны и элементарной безопасности? Да никакой!

Генерал махнул рукой в сторону города.

— Как только связь восстановилась, в сеть хлынул такой поток видео с этими хмырями ушастыми, драконами и нашими танками, что в ФСБ за голову схватились. Там и съёмки с видеорегистраторов, и с балконов, и с мобильников. Пытались сначала чистить, блокировать, но потом плюнули. Это как пытаться вычерпать океан ведром. Решили даже не пытаться отрицать очевидное. Официальная версия для населения — «локальный прорыв нестабильной аномалии, ситуация полностью под контролем, жертв среди гражданского населения нет». Про мэра, сгоревшего заживо, скромно умолчали. Списали на сердечный приступ от переутомления. Это не считая остальных жертв на улицах и кучи пленниц, черт бы побрал этих уродов…

Артёмов криво усмехнулся.

— Неудивительно. И как отреагировали наши «заклятые партнёры»?

— А как они могли отреагировать? — Решетов остановился и посмотрел на учёного. — Активность повысилась на порядок. И не только потому, что какая-то ушастая шваль устроила у нас тут резню на улицах. А потому, что из всех появившихся на планете Врат, активными, то есть работающими на проход, оказались только наши. Это, сам понимаешь, даёт нам такое стратегическое преимущество, что у некоторых господ в Вашингтоне случился коллективное горение пятых точек.

Генерал снова зашагал.

— Над регионом сейчас висит столько «климатических» и «метеорологических» спутников, что скоро ночь в день превратится от их солнечных батарей. И все, как один, с такой охренительной оптикой, что могут прочитать номер на сигаретной пачке у часового. Нам пришлось даже один особо наглый аппарат «случайно» сбить. Ракета-носитель, мол, у нас «вышла из строя» во время испытательного пуска. Обломками, так уж вышло, зацепило их спутник. Был охренительный дипломатический срач. Но зато остальные теперь летают чуть выше.

— Что с другими арками? — спросил Артёмов.

— А с другими всё ещё интереснее, — Решетов остановился и начал загибать пальцы. — Кроме наших сибирских, в мире появилось ещё три. Но, и тут ключевой нюанс, все они по размеру раза в три-четыре меньше. То есть, танк или БМП через них уже не пройдёт. Максимум лёгкий грузовик. Одна арка, как ты знаешь, в Штатах, в пустыне Невада. Американцы тут же устроили истерику на уровне ООН, требуя допустить их научную комиссию сюда, в Сибирь, для «совместного изучения феномена». При этом на свою территорию, где они вокруг своей арки уже отгрохали вторую «Зону 51», пиндосы, разумеется, никого не пустили.

Генерал загнул второй палец.

— Ещё одна в Китае. Но с нашими китайскими товарищами всё просто. Они молча, за двое суток, возвели вокруг своей арки такой саркофаг из бетона и стали, что Чернобыльская АЭС обзавидовалась бы. И всё! Полная информационная блокада. Что там у них происходит, можно только догадываться. Скорее всего, пытаются бурить этот ваш «неподдающийся анализу материал», или уже прокопали под ним тоннель.

Артёмов слушал, и на его лице не дрогнул ни один мускул. Эта информация не была для него новостью, он получал