На страже мира - Илона Эндрюс

– Ладно-ладно.

Джек окончательно разделся.

– Вернусь как раз к началу.

Мужчина потянулся, и в одно мгновение словно распался на части. Заструилась шерсть. На секунду показалось, что он завис в воздухе, а затем его тело изогнулось, хрустнуло, свернулось в узел, и на пол приземлилась большая рысь.

Ладно. Это, безусловно, интересно. Кто он, черт возьми, такой? Он точно не из Солнечной Орды.

– Не могла бы ты, пожалуйста, открыть заднюю дверь? – попросил Джордж.

Задняя дверь распахнулась, и рысь пулей вылетела через кухню в темноту. Что-то грохнуло. По гостинице разнесся визг Орро.

– Хватит с меня того, что я терплю собаку! Мне что, еще и кошачью шерсть в еду добавлять?! – орал квиллонец.

Он явно выбрал не ту стезю. Следовало стать шекспировским актером.

Фурия, явно обидевшись, залаяла.

– Прошу прощения, – сказала я и повернулась к стене: – Экран, пожалуйста. Передняя камера, увеличь на триста процентов.

На стене появился экран, показывающий подробный обзор машины офицера Маре и самого ее владельца, который откинулся на спинку сиденья.

Что-то ударило по патрульной машине. Она покачнулась на колесах.

Офицер Маре выпрямился.

Еще один глухой удар.

И еще.

Офицер Маре распахнул дверь и, держа одну руку на пистолете, вышел под тусклый свет ближайшего фонаря. Обойдя машину, он осмотрел ее сзади.

Заросли мирта у соседнего дома зашелестели.

Офицер Маре медленно повернулся и сделал шаг от машины. Кусты снова зашуршали – что-то двинулось от машины к фонарю.

Маре осторожно пошел следом.

Из кустов вышла рысь и уселась на асфальт.

Офицер застыл с рукой на кобуре. Судя по выражению лица, он прикидывал шансы. До машины далековато. Если он повернется и побежит – рысь его догонит.

А что дальше? Я не сомневалась, что, если Джек нападет, Маре выстрелит.

– Ты понимаешь, что твоего брата могут подстрелить?

– Джек – человек многих талантов, – сказал Джордж.

Это не ответ.

Рысь вытянула передние лапы, повернулась и плюхнулась на спину, как игривый домашний кот.

Поза офицера Маре стала чуть более расслабленной. Линия плеч смягчилась.

Джек потерся своей большой головой об асфальт и замолотил лапами по воздуху.

– Привет, – неуверенно произнес Маре. – Кто тут хороший кот?

Джек перевернулся, подошел к ближайшему кусту и потерся о него головой.

– Хороший кот. Ты большой парень, да? Сбежал с чьего-то двора? Люди совсем сдурели, раз заводят таких диких животных.

Офицер Маре осторожно сделал шаг назад.

Джек резко развернулся и направил на офицера свою пушистую задницу. Хвост взметнулся вверх, и в мужчину полетела струя кошачьей мочи.

О нет.

– А-а-а! – завопил Маре, отскакивая назад.

Он вскинул пистолет, но Джек исчез так же внезапно, как появился.

– Сволочь! – Маре потряс левой рукой, с которой капала кошачья моча. – Вот черт.

Его лицо вытянулось, как будто он только что глотнул кислого молока.

Мужчина опустил голову вниз, борясь с рвотными позывами.

– О Господи.

Он попытался сохранить самообладание. Его подбородок дрожал. Наклонившись вперед, он снова закашлялся.

Я не знала, смеяться мне или пожалеть его.

– О Боже милостивый.

Полицейский выпрямился и с искаженным от отвращения лицом пошел к машине. Включились фары, взревел двигатель, и автомобиль рванул с места.

Джордж улыбнулся:

– Я же сказал: «человек многих талантов».

* * *

Я стояла на краю подготовленной для приземления площадки, как вдруг с неба обрушились алые капли и растворились в воздухе, оставив после себя трех вампиров. С возрастом вампиры увеличивались, но не в росте, а в массивности: их тела все больше наполнялись твердой массой. Трое рыцарей передо мной казались огромными. Если доспехи Арланда и Робарта были произведениями искусства, то доспехи новых гостей – шедевром, призванным подчеркнуть тот факт, что у их владельца был практически неограниченный бюджет. Богато украшенные, изготовленные по индивидуальному заказу, они превращали живых существ в подвижные, смертельно опасные крепости. Гости стояли, нахмурившись и оскалив клыки, и у меня возникло сильное предчувствие, что добром это не кончится. Впереди стоящий вампир держал огромный топор. Позади, слева, размахивал кровавым молотом вампир со старым шрамом через все лицо, а его товарищ справа, с почти белыми волосами, вооружился острым широким мечом.

– Приветствую Дом Мееров, – сказала я.

У Робарта, стоявшего рядом со мной, было очень довольное выражение лица. Он был единственным маршалом, который пришел их встретить. Двое его рыцарей ждали неподалеку с мрачными лицами и, казалось, готовились отразить атаку. Очевидно, подчиненные лорда Робарта не разделяли его привязанности к Дому Мееров.

Старший из рыцарей – видимо, лидер – открыл рот. Он явно был самый крупный из троих, с гривой черных как смоль волос, тронутых сединой. С трудом верилось, что через несколько десятилетий Арланд будет выглядеть так же.

– Приветствую тебя, хозяйка гостиницы, – сказал он низким рычащим голосом.

– Лорд Бенеджер, – сказал Робарт.

– Лорд Робарт, – ответил лидер.

Без церемоний, без стандартных приветствий и показных проявлений. Вампиры обожают церемонии. Члены Дома Мееров ясно давали понять, что пришли не с официальным визитом. Моя рука крепче сжала метлу. Я пару раз видела, как делегация вампиров проделывает подобное для того, чтобы Дом мог отрицать свою причастность к действиям своих членов. Я не собиралась допускать кровавого побоища в своей гостинице.

– Следуйте за мной.

Я провела их через заднюю дверь к балкону, выходящему на подготовленную к празднеству поляну. Арланд, леди Изур и остальные их вампиры заняли правую часть балкона, Дом Воргов – середину, а клан Нуан Си – левую.

Внизу отрокары проверяли кострища. Большую часть бревен, которые я им дала, они сложили на южной стороне образованного ручьем круга и еще четыре горки поменьше соорудили прямо у воды. На некоторых поленьях кора была красной и фиолетовой. Должно быть, эти они принесли с собой.

Рыцарь со шрамом из Дома Мееров посмотрел на них сверху вниз и сплюнул на балкон:

– Богохульство.

Он плюнул на мою гостиницу.

Я улыбнулась так сладко, как только смогла.

– Господин, когда вы решите плюнуть следующий раз, пол под вашими ногами расступится.

Рыцарь со шрамом уставился на меня.

– Мы здесь гости, Уриэль, – сказал лорд Бенеджер. – Приношу свои извинения, хозяйка.

Они могли извиняться сколько угодно, но если лорд Уриэль повторит такое еще раз, то сильно об этом пожалеет.

Отрокары выстроились в кольцо. Пока мы разговаривали, тихо подкралась ночь, окрасив небо на востоке в глубокий, красивый пурпур. На поляну опустились сумерки, надвигающаяся темнота рассеивала закатный свет. Тени сгустились и стали опаснее, ветер стих, а на небе появились первые проблески звезд.

Шаман отрокаров с севера зашел в круг, очерченный моим ручьем. На нем был только длинный многослойный кожаный килт. Его обнаженный