Лейтенант спасательной службы. Игры профессионалов - Михаил Александрович Михеев

эсминца не пытался вступать в переговоры. То, что корабль принадлежит официальным властям, он обозначил сразу же, после чего открыл огонь на поражение. Огневая мощь эсминца и корвета несопоставима, уж это понимали все. И военные, и отчаянно пытающиеся отвернуть якудза, и зрители, наблюдающие увлекательное шоу.

– Все просто, – мать не стала дожидаться вопросов и перешла к объяснениям сама: – Обе Фудзиямы японские планеты, но вот организованная преступность там принадлежит к разным кланам. И они друг друга крепко не любят.

– Откуда ты знаешь?

– Сбор и обработка всей доступной информации – первое, что должен сделать разведчик, попавший в незнакомые места. Учись, сынок, в жизни пригодится.

– Но это – не корабль якудза!

– Разумеется. Просто военные занимаются своей прямой обязанностью, а тамошние якудза попросили их не церемониться. Решение, устраивающее обоих – вояки зарабатывают все положенные им за такие действия плюшки, а мафиози ослабляют конкурентов. Теперь понимаешь, зачем я попросила тебя проложить такой курс?

Алекс понимал. Это вначале он удивился сложным вводным, хотя спорить с матерью не стал. Теперь же он понимал, что правильно сделал – мама-то права! И, проходя так близко от холодной планеты, они смогли решить вопрос максимально просто и быстро.

– Что дальше?

– Продолжаем разгон. То, что «Изумруд» покидает систему, никого не удивит – напуганные туристы и все такое. Кому-то еще по шапке прилетит за подрыв имиджа системы. О-па!

Один из корветов исчез с экрана радара, и вместо него появилось облако ионизированного газа. Взорвался! Второй продолжал уходить, но шансов у него было немного. Все же эсминец – это стремительная кавалерия флота, универсальный корабль. Может он все, но, в первую очередь, эсминец – охотник, а корвет изначально сторожевая овчарка при конвое. Соответственно, задачи разные, характеристики тоже. В том числе и ходовые. Эсминец быстро настиг своего более тихоходного противника, и через пять минут светящихся облаков в космосе стало два.

– Вот и все, – устало сказала мать, и Алекс вдруг физически почувствовал, как тяжело давалась ей показная беззаботность. – Теперь нас оставят в покое. На какое-то время.

– На какое-то?

– Ну, разумеется. Таких, как мы, неприятности обязательно находят. Вопрос только, когда именно, – мать щелкнула тангентой внутренней связи. – Всем отбой. Полет в штатном режиме, кто хочет – может надраться, нас опять пронесло.

– Меня тоже, – голос был недовольный, женский и идентификации не подлежал.

Мать хмыкнула, выключила связь и сказала Алексу:

– Сходи к нашей пассажирке. Она, небось, от ужаса на последнем издыхании. Скажи, что следующая остановка будет в Империи, там ее никто не достанет. Хотя… Можем сделать крюк и высадить ее на Новой Сицилии. Там ее точно никто не обнаружит.

– Это почему? Сицилия – то место, где не бывает даже Свидетелей Иеговы. Почему? А там убивают свидетелей. Это я к тому, что чужаки на той планете ничего узнать не смогут в принципе.

– Угу, мафиозная планета. Она захочет менять шило на мыло?

– Сомневаюсь. Это была шутка. Все, иди, разбирайся. И, если что, не обижай девушек. Они и сами прекрасно обидятся.

– А…

– Действуй по обстановке, – усмехнулась мать и довольно резко махнула рукой – иди, мол. Что же, приказ отдан – остается только его исполнять.

Азуми сидела в своей каюте, и по щекам ее градом катились слезы. Она даже не попыталась встать и открыть дверь, но и не закрыла ее полностью, так что Алекс вошел без проблем. Несколько секунд стоял, глядя на девушку, потом выудил из кармана платок, огромный, мятый, но чистый, осторожно вытер ей лицо, сунул в руку стакан с водкой. Откуда взял? Так Лийса по пути дала. Сказала, что лишним это точно не будет, и оказалась права.

Японка всосала содержимое стакана будто воду, после чего очень комично выпучила глаза и закашлялась. Пара хлопков по спине оказались к месту, равно как и второй стакан, но уже с водой. Теперь девушка сидела, тяжело дышала, но при этом явно успокаивалась. То ли алкоголь затормозил ее эмоции, то ли просто изменил точку фокуса, переключив ее восприятие. Алекс вздохнул:

– Тяжело?

– Да…

– Впереди только лучшее. Долетишь до Империи, а там до тебя ни одна тварь не доберется.

– Спасибо…

А потом она заговорила, быстро-быстро. Взахлеб, не останавливаясь и не «фильтруя» слова. Ей просто надо было выговориться, и Алексу пришлось неожиданно для себя поработать свободными ушами.

К слову, рассказ был одновременно и эмоциональный, и скучный. Фактически пересказ того, что Алекс уже слышал, только с массой подробностей. А еще, масса слов о том, как ей страшно, и это тоже было понятным. Фактически жизнь человека полетела под откос. Да, раньше было плохо, но зато хоть убить не пытались. А сейчас по ним стреляли, а впереди неизвестность. В общем, поток сознания, прервавшийся резко и внезапно. Алекс, к тому времени уже давно переставший ее слушать и размышлявший на отвлеченные темы, удивленно посмотрел на Азуми и понял, что она просто отключилась и теперь попросту спит. Что же, оставалось уложить ее на койку, накрыть одеялом и тихонечко уйти. Сейчас, когда адреналин окончательно схлынул, ему тоже очень хотелось лечь и поспать. Чем дольше, тем лучше.

– …ну вот подумайте сами. Во времена монархий гениальный ум мог остаться невежественным свинопасом и до конца жизни ковыряться в грязи. А при демократических режимах они работают в институтах и являются элитой общества. И вы по-прежнему утверждаете, что Империя – вершина развития человечества?

Алекс хотел ответить, но слова подобрать сразу не сумел, а вот мать, к полемике более привычная, лишь отмахнулась:

– Словоблудие. Во-первых, я этого никогда не утверждала. Я лишь сказала, что в Империи жить комфортно и спокойно. Во-вторых, Йозеф, среди так педалируемых твоим раздутым эго демократических стран куча монархий. Британия, Норвегия… Еще назвать, или сам вспомнишь? Далее. Подумай сам, если человек действительно гений, он пробьется из любых низов. Примеров в истории хватает. Так что все эти институты и прочие радости жизни не зависят от государственного строя, а просто являются следствием общего развития. В первую очередь технологического. На любой развитой планете обеспечение базовых потребностей населения требует ничтожной дозы ресурсов. Остальным куда деваться? Или заниматься творчеством и наукой, или же предаваться безделью и порокам. Наркомания и чрезмерное количество живущих на пособия бездельников, сколь я помню, бич практически всех демократических государств. На фоне этого Империя с ее жесткой профилактикой и того, и другого, вдобавок дающая людям понятную и реальную цель, а заодно и мечту, смотрится куда выигрышней.

– Защищать свою страну – это нормально.

– Я уже говорила, что родом не