Злодей, который меня убил 2 - Кира Иствуд

Раньше я считала отца образцом силы, мужественности и непоколебимой воли, а оказалось, что главным мотивом его жизни было «бегство от страха».

— Ты всё сказала? — спрашивает отец, выдёргивая меня из горьких мыслей. Он даже не осознал, что я заглянула в его душу. Даже не почувствовал из-за разниц сил у наших зверей. — У меня нет времени, чтобы тратить его на детские капризы.

Первый порыв — поддаться обиде. Уйти, хлопнув дверью. Но усилием воли заставляю себя сосредоточиться на цели визита. Сейчас нет ничего важнее.

Я должна добиться ответа.

— Скажи, — тихо говорю я. — Что случилось с Бранауром?

— Какая разница? — отец садится обратно на стул. Он не горит желанием продолжать разговор, я для него как вечно ноющая заноза, которая сейчас разболелась особенно неприятно.

— Ответь!

— Твой прадед исчез. Возможно, умер.

— Возможно?

— Никто не видел его много лет. После того случая… он заперся в башне. Обучал ученика на замену.

— Гилберта.

— Да… но с тех пор Бранаура никто не видел. Гилберт знает больше, спроси его. Он твой будущий муж.

— Нет, — стискиваю зубы. — Я никогда за него не выйду!

— Цена отказа — гибель Аштарии, — мгновенно разъяряется отец. — Всё уже решено!

— Не только он способен управлять алтарём. Я тоже! Тоже могу.

— Что за вздор! Вздумала нас погубить?

— Почему ты в меня не веришь? Никогда не верил! Если бы меня с детства обучали магии! Если бы учили пользоваться силой артефакта…

— Исключено! — рявкает Король, ударяя кулаком по столу. На пол летит карандаш, переворачивается чернильница, заливая документы.

— Но почему?!

— Ты всего лишь женщина! Слабая. А слабых алтарь сводит с ума! — рычит отец.

— …что?

— Слабые на его силу подсаживаются, как на наркотик. Клоинфарн дарит огромную власть, непомерную для большинства смертных. Если воли недостаточно, он разрушает разум, лишает нормальных человеческих чувств.

— Я никогда не была слабой. Я справлюсь.

— Ты не способна осознать опасность.

— А ты неспособен поверить в собственную дочь!

Мы смотрим друг на друга, будто играя в гляделки. Победит тот, кто выдержит чужой взгляд. Дочь против отца, будущее против прошлого.

Но в отличие от отца, мне некуда отступать. За моей спиной бездна… И он, не выдержав, отворачивается первый. Цедит сквозь зубы:

— Даже если на секунду представить, что ты права, теперь уже слишком поздно что-то менять. Поздно обучаться магии. К тому же Клоинфарн никогда не подчинится женщине. Никогда не будет её слушаться.

— Ошибаешься, отец. Он меня слушался.

— Вздор.

— Но это так. Я лично говорила с рогатым демоном, что заперт в артефакте… с Клоинфарном. Он ответил на все мои вопросы и…

— Ложь! — зло рявкает Король, краснея от гнева. — Алтарь бы не пустил тебя в Ирриальность! Даже Бранауру она была недоступна! А если бы ты каким-то чудом попала туда, то Клоинфарн разорвал бы тебя на кусочки, и уж точно никогда не стал бы отвечать!

— Он подчинился! — рычу в ответ. — Правду об алтаре рассказал мне именно он. Показал, как всё случилось в ту ночь, когда меня принесли в жертву! Не веришь? Тогда откуда я знаю, что Бранаур желал закончить начатое, убить меня, но ты не позволил? Откуда знаю, что меня-ребёнка пронзил клинок из золотого света?

— Но… Нет… Откуда…

— А что до магии, я уже учусь ей управлять! И делаю успехи. Гилберт мне не сдался, так ему и передай. Я понимаю свой долг перед Аштарией, но сама выберу, как его отдать.

Отец открывает рот, но не произносит ни звука. Его зрачки так расширились, что глаза стали чёрными, как пустые колодцы. Впервые на его морщинистом лице проступают эмоции — неверие, растерянность. Шок.

— Невозможно… это невозможно! — нервно приглаживая седые волосы, бормочет он. — Ты бы не смогла спуститься к Клоинфарну. Не осмелилась бы. Не могу представить… — судорожно втянув воздух, отец шарит по моему лицу взглядом. — Ты… Что с тобой, Николь? Ты словно какая-то другая. Когда успела так измениться? Будто другой человек.

— Я всегда была такой, — устало выдыхаю я. — Просто ты не хотел замечать.

Мы молчим несколько секунд. Слова закончились, внутри такое опустошение, словно эмоции вытряхнули, как пыль из мешка.

Больше мне нечего тут делать.

Развернувшись, я иду к выходу.

— Дочь, я ведь… я… — доносится в спину надтреснутый голос отца. Но продолжения нет… лишь тяжёлое дыхание.

Не решается? Не может найти слова?

У меня тоже нет сил их ждать.

Открыв дверь, переступаю порог и выхожу в коридор.

Глава 18

За окном темно и ветрено, свежий снег серебрится на мощёных камнем дорожках, небо раскинулось чёрным полотном. Поздний вечер вот-вот сменит колючая зимняя ночь.

Испытание отбора скоро начнётся. Женихов не видать, зато большинство девушек собрались на улице возле главного входа. Все как одна в пышных платьях, в затянутых до предела корсетах и туфлях на высоких каблуках. На плечи накинуты длинные меховые плащи, на вид такие тяжёлые, что с ними даже передвигаться сложно.

Стоит мне выйти под открытое небо, как тут же зарабатываю недоумённо презрительные взгляды.

— А вот и выскочка пожаловала, — усмехается Зарина, поправляя алмазные браслеты на аристократически тонких запястьях. Она обращается к своим подпевалам, но так, чтобы слышали все: — Хах! Кого она собралась соблазнять в мужицком наряде? Снова захотела дешёвого внимания? Ну и дикие же нравы в этой кроличьей Аштарии.

— Тем лучше, — с готовностью потявкивают её подружки. — Ни один жених на неё не посмотрит.

Я делаю вид, будто ничего не слышу, но желудок скручивает спазм. Натягиваю на губы вежливую улыбку, вооружаюсь равнодушием и надменным взглядом. Мысленно обещаю себе, чтобы ни случилось, не поддаваться на провокации местного серпентариума.

Больше ни один презрительный взгляд меня не оцарапает и не поранит. Всё, хватит! Пора вырабатывать иммунитет, иначе эти светские дамочки мне на голову сядут. А у меня и без них хватает проблем.

Пока ожидаю, снова и снова прокручиваю беседу с Королём. Ясно одно — на отца рассчитывать нельзя. Его страхи сильны. Он спрятался от реальности в скорлупу иллюзий и не желает оттуда носа показывать. У отца было столько лет, чтобы найти способ избавить Аштарию от Клоинфарна! Но вместо поиска, он сгрузил ответственность за будущее целой страны на чужие плечи.

Отец так слепо верит Гилберту, что даже возможности не допускает, что мы могли бы справиться собственными силами. Неудивительно, что наша страна слаба… За десятки лет ни в чём не преуспела. Всё, что имеем — богатые на урожай земли, магически одарённые дети, отсутствие болезней, сильные