Злодей, который меня убил 2 - Кира Иствуд

— Да-а, нам всем не поздоровится! Посмотри на неё… Пропала, сестричка.

Я мысленно соглашаюсь с Лисией. Нанетт и правда ведёт себя так, будто Симус для неё не «любовный интерес», а скорее «центр мира». Она вся в нём — глазами, эмоциями, вниманием, никого и ничего не замечает, от счастья светится изнутри, и тем страшнее, что Симус не разделяет её радости. От него исходят волны напряжения, будто он едва сдерживается, чтобы не оттолкнуть сестру.

В воспоминаниях, что я видела в алтаре, эти двое были вместе. Но кто знает, как сложится их судьба в этот раз.

Как бы не случилось беды…

В это время к площадке подъезжает очередная карета с женихами. Я с надеждой жду, что из кабины выйдет Джаред, но его там не оказывается. Зато на улицу выскальзывает Майерс.

Он по-кошачьи тянется, что-то говорит другим мужчинам, те смеются, бросая на нас многозначительные взгляды, и даже подмигивают. Желая первыми поприветствовать женихов, в их сторону уже спешат невесты.

Среди них и Зарина. Но что с ней? Она вдруг преобразилась до неузнаваемости! Движения стали плавными, лицо умиротворённым, а улыбается столь кротко, что позавидовала бы святая мученица. Мужчины тепло приветствуют змеиную принцессу, целуют бледную кисть, а она смеётся фальшивым колокольчиком.

Судя по направлению цепкого взгляда Зарины, заинтересована она не в ком-нибудь, а в главном красавчике отбора. Так и вьётся вокруг Майерса, будто он огонёк для глупого мотылька. Вот только в пасти у этого «мотылька» длинные ядовитые зубы.

— И змеюка туда же, — холодно комментирует Лисия, скрестив руки. — Что все нашли в этом чернявом кошаке? Тоже мне, главный красавчик нашёлся! Подумаешь, мордашкой вышел, где тут его заслуга? Ему бы лучше подошло звание: «Главный ловелас»! Вон, недавно даже с Нанетт успел поцеловаться!

— Там вроде она сама на него напрыгнула, — зачем-то вступаюсь я за Майерса.

— Ну-ну! — фыркает сестра. — Если бы не захотел, то не напрыгнула бы! А теперь, погляди! Флиртует со змеюкой. Противно смотреть! — сестра показательно отворачивается, вздёрнув курносый нос.

— Он уже избавился от неё, — говорю я.

— И что делает? — безразлично отзывается Лисия.

— Идёт к нам.

— Идёт куда?! — она испуганно оборачивается, а я хихикаю в кулак. Потому что на самом деле Майерс не сдвигался с места. — Ну ты и коза! — морщит носик Лисия.

Смеясь, я вновь кидаю взгляд в сторону мужчин… И встречаюсь с агатовыми глазами Майерса. Он следит, чуть наклонив голову, а едва понимает, что его заметили, и правда направляется к нам по-кошачьи тягучим шагом.

— Всё-таки идёт… — бормочет Лисия, суетливым движением поправляя рукава охотничьей куртки, а затем принимает напыщенно горделивую позу, взгляд из-под ресниц, губы в язвительной улыбке, и только алые пятна, что бутонами расцветают на щеках, выдают крайнюю степень нервозности.

Чем ближе Майерс, тем ярче полыхает лицо сестры, а когда принцу до нас остаётся несколько шагов, Лисия не выдерживает и, пробормотав что-то вроде: «Ой, вспомнила, у меня же дело», буквально сбегает из-под носа жениха.

Майерс со странным сожалением смотрит ей вслед, затем переводит хмурый взгляд на меня и, будто переключаясь, расплывается в обворожительной кошачьей улыбке.

— Выглядите прекрасно, леди Николь, — мурлычет он, легко целуя мою руку. — Вам идёт совершенно любой образ. Мне кажется, если вы натянете мешок из-под картошки, на завтра он станет хитом бального сезона.

— Благодарю, сэр. Вы, как всегда, невероятно милы.

— Да… но, видимо, ваша сестра думает иначе. Она словно меня избегает. Будьте добры, скажите, я чем-то её обидел?

— Нет, что вы! Уверена, это недоразумение. Она, наверное, и не подозревает, что вы приняли её поведение на свой счёт, — заверяю со всей искренностью, а про себя думаю, что возможно Майерс в чём-то прав. Я вообще не припомню, чтобы Лисию хоть что-то в целом мире было способно вывести из себя. Она умеет любую ситуацию повернуть на пользу, а тут — покраснела и убежала. Совершенно на неё не похоже.

Майерс задумчиво кивает, а сам смотрит в ту сторону, где скрылась Лисия.

Мягко кружа, снежинки бархатом ложатся на покатые плечи оборотня, путаются в смоляных волосах, кристалликами оседают на густых чёрных ресницах.

Красивый он, этого не отнять… интересно, кому достанется? Может подтолкнуть его к Лисии, помочь им нормально пообщаться?

Я уже хочу подсказать Майерсу способ заманить сестру на разговор, как вдруг меня будто обдаёт тёплой волной. Жар пламенем охватывает рёбра, а время замедляется.

Словно во сне поворачиваю голову и вижу, как в шагах двадцати из очередной кареты на улицу выходят Виктория и Джаред.

Джаред…

Всё моё внимание обращается к принцу.

Высокий, по-военному поджарый. Идеальный треугольник из широких плеч подчёркивает приталенный тёмно-зелёный камзол. Брюки из плотной ткани соблазнительно обхватывают крепкие мужские бёдра. Платиновые волосы треплет зимний ветер, донося до меня отголоски терпкого мужского запаха: морозной клюквы и горьких ноток дыма.

«С ним никто не сравнится», — мелькает в голове слепая мысль.

Я вижу Джареда со спины, а меня уже трясёт в лихорадке. Жар накатывает волна за волной, выжигая здравый смысл.

Принц, будто почувствовав что-то, оборачивается. Я ловлю его пылающий, зовущий взгляд… Секунда, и он по-мальчишески искренне улыбается, показывая клыки, мой же мир стремительно сужается до единственной точки.

Джаред делает шаг навстречу, и цепь истинности тут же натягивается, невыносимо давит, пульсом стучит в висках. Если не коснусь, то не смогу дышать! Если не обниму, то остановится сердце.

— Николь, что с вами? — доносится как из-под толщи воды, я не распознаю слов. Пьяно пытаюсь идти, но ботинки скользят по снегу.

— Николь!

А в следующую секунду меня подхватывают под живот, помогая удержаться на ногах. Чужие горячие руки крепко обнимают за талию, прижимая к спиной мужской груди.

— Осторожнее, — мурчат в ухо, обдавая дыханием. Резкий запах крупной хищной кошки бьёт в нос…

… это не тот запах.

Не те объятия!

Разум будто встряхивается, выныривая на поверхность. Я моргаю, не понимая, что случилось.

— Как вы? — Меня держит Майерс, с беспокойством заглядывает в лицо. Я с трудом делаю короткий вдох. Божественный зверь! Что только что было?

Кажется, я едва не упала носом в снег! А до этого… едва не набросилась на Джареда! Цепь истинности натянулась так сильно, что в груди болезненно ноет, метка настойчиво пульсирует на запястье.

Но почему так внезапно?! Так сильно! Куда сильнее чем раньше… А ведь недавно казалось, что связь насытилась близостью пары.

Неужели, зелье закончило действие? Я знала, что с каждым новым использованием, его эффективность снижается, а «откат» сопровождается усилением Зависимости… но была уверена, в