Сладкая Плазма Ксандара Бо. Музыка с Земли - Георгий Михайлович Свиридов

– Об этом мы поговорим завтра, вергилианец, – Санзоку встала и перешла обратно на свою платформу. – Сегодня у всех нас был сложный день. Тебе нужно отдохнуть.

Платформа пришла в движение и унесла принцессу куда-то вверх. Элвис провожал ее взглядом до тех пор, пока для этого ему не пришлось запрокинуть голову так далеко, что он чуть ли не лег на спину.

– Настоящая принцесса! – вздохнул он, закинув руки за голову – Ты видел, как она на меня смотрит?

Я, честно говоря, не видел, к тому же теперь я очень хотел обсудить с Элвисом другой вопрос.

– Где моя пластинка?! – закричал я так дружелюбно, как только мог.

– Тихо, тихо! – Элвис выставил вперед ладони, хоть я и не собирался его атаковать. – На The Perfect Drug ты все неправильно понял! Та пластинка, что я отдал Нэскому, это другая запись. Твоя находится на Псай.

– Ты издеваешься? Ты же говорил, что она у тебя дома на корабле Ана!

– Она и была там, но после нападения кто-то из персонала воспользовался моей спасательной капсулой, которая сразу вернулась на Псай.

– Откуда ты это знаешь?

– Я успел отследить ее, пока у меня не отобрали шопайстер, – землянин нахмурился, – У Санзоку паранойя, что кто-нибудь передаст координаты флота властям. После нападения на Ана ее наверняка ищут по всей галактике. Это самое грандиозное нападение за долгое время, Ксандар. Звездное Вече этого так не оставит.

Элвис говорил об этом без волнения и даже с каким-то странным оживлением. Я вспомнил выражение его лица на ферме сна, когда Ан сказал, что мы будем охотиться на азариев, и пришел к выводу, что землянин был любителем острых ощущений. Меня это не удивило. Когда ты сначала знаменитость на своей планете, потом становишься знаменитостью на просторах всей Галактики, получаешь возможность жить практически бесконечно и у тебя нет вообще никаких проблем с деньгами, очень легко пуститься во все тяжкие. На самом деле, Элвис пустился в них еще на Земле, о его пристрастии к различным веществам было хорошо известно в Конгломерате Айх-Варап. Просто если ты в любой момент можешь переехать в новое тело, большинство негативных последствий употребления препаратов сводится на нет. В итоге они приедаются, приходится искать что-то новенькое. И как часто бывает в таких ситуациях, новую – настоящую – любовь находят среди старых знакомых. Для Элвиса это был адреналин.

– Значит, нам надо вернуться на Псай, – решил я. – Ты отдашь мне запись, я отдам тебе валиум, и мы посмеемся над этой историей за стаканом милкшейка.

– Угу, – кивнул Элвис, – но я не собираюсь на Псай. Я хочу остаться здесь. Гастроли на корабле Ана все равно сорваны, а еще здесь Санзоку. Я хочу познакомиться с ней… поближе.

– Но у нас был уговор, Элвис! Ты хоть представляешь, как мне пришлось постараться, чтобы добыть тебе настоящий валиум с Земли?

– Я все понимаю. Ты можешь забрать пластинку у меня дома на Псай, капсула приземлилась в моем поместье. Так даже будет проще. Ты отдашь мне валиум здесь, а я скажу тебе код от сейфа, где хранится запись. Ты сможешь забрать ее совершенно легально, и это не будет сделкой купли-продажи, Псай не сможет тебе помешать.

Я согласился, не раздумывая. Это действительно решало кучу проблем. Кроме одной. Мне все еще надо было найти способ вернуться на Псай.

– Я не думаю, что пираты согласятся тебе помогать. Каскадного перемещения в подарок от них не жди, они не будут тебя отправлять куда-то в пределы внутреннего кольца. Это риск, – Элвис почесал нос и поморщился. – Лучше было бы высадить тебя где-нибудь на окраинах. А оттуда уже доберешься своим ходом, тебе не привыкать.

Я прикинул, в какой системе мне было бы удобнее всего оказаться, чтобы как можно быстрее попасть на Псай, но ничего не придумал, потому что жутко устал. Но все-таки я был доволен: как только я получу пластинку, я смогу продать всю свою коллекцию и куплю станцию. Наконец-то. Все это приключение, начиная с момента встречи с Сэнто ГИГА и до пиратской пирушки, очень меня утомило. Так много событий не случалось со мной очень давно, и я планировал провести какое-то время где-нибудь на побережьях Шлая, если после покупки станции останутся деньги.

– Ну что, отдашь мне валиум? – улыбнулся Элвис, когда пир закончился и пираты стали разлетаться в разные концы корабля.

– Да, само собой, – я потянулся к сумке с записями, но не нашел ее на боку, потом пошарил в карманах шорт, где и обнаружил воспоминание о том, что пираты забрали у меня вообще всё, кроме одежды.

– Пираты забрали у меня вообще всё, кроме одежды, – вздохнул я. – Санзоку обещала отдать мои вещи завтра.

– Ладно, – Элвис устало улыбнулся, – Завтра так завтра, я сам уже еле на ногах стою. Увидимся позже, аллигатор! – бросил он и перешагнул на морф-платформу, которая должна была отвезти его в каюту.

– А зачем Нэскому запись? – я вдруг вспомнил, о чем хотел спросить с того самого момента, как увидел пластинку в руках посла Вату. – Что он с ней делать будет?

– Не знаю! – крикнул Пресли, потому что платформа отлетела уже на приличное расстояние. – Кажется, они собирают музыку, чтобы она больше не звучала в Каскаде. Но это неточно!

Tomahawk

Cul de Sac

Эмпаты продолжали танцевать в звенящей тишине. Сначала их танец был похож на морской прибой. Они двигались вперед косыми линиями, затем откатывались назад, затем снова вперед, и снова назад. Потом они поделились на группы и стали двигаться по сложным траекториям, сталкиваясь, разбиваясь на более мелкие группы или соединяясь в крупные. Это было похоже на бег облаков над пляжами Шлая. А потом они встали в один огромный хоровод и побежали по кругу. От их стремительного движения поднялся вихрь. Он подхватил меня и взмахнул мной, словно дирижерской палочкой. В ответ на этот жест пространство взорвалось оглушительным аккордом, от которого меня едва не стошнило. Ударной волной звука меня отбросило в черную пустоту, и я на мгновение ослеп.

Когда зрение ко мне вернулось, я увидел под собой планету, спутать которую с любой другой было невозможно. Это была Земля. Я запомнил очертания материков и облачно-океанскую смесь цветов, когда увидел ее впервые на борту гелланского исследовательского корабля. И теперь я падал на эту планету: меня тянула гравитация, а в спину толкала гремящая оркестровая музыка, бушующая симфония, которую я никогда раньше не слышал. Я превратился в огненный метеор, несущийся сквозь