Сила любви - Керстин Гир

Сверху послышались крики. Видимо, им удалось выломать дверь. Мне нужно было выбраться отсюда и как-то отвлечь их, пока Матильда не проснётся.

– Продолжай пытаться, – настойчиво прошептал я, положив руку на дверную ручку. – У тебя получится! Я верю в тебя!

И хотя это было последнее, чего я хотел, я оставил её одну в чулане. Как только дверь за мной захлопнулась, я выскочил на лестничную площадку с вытянутыми кулаками, готовый к бою. Здесь по-прежнему не было ни одной сойки. Вместо них наверху кто-то перелез через инвалидную коляску, которую заклинило на изгибе лестницы. Тан.

Увидев меня, он замер на месте, а его глаза расширились.

– Ты! – прорычал он, выпятив верхнюю губу. – Куда делись человеческая девушка с Оракулом? Как она вообще…

Он был явно озадачен, и, возможно, я мог бы воспользоваться этим, чтобы отвлечь его от чулана. Кстати, как я только сейчас понял, на нём был изображён череп и скрещённые кости, а под ними висела табличка «Вход карается смертью».

Я поспешно обернулся к Тану и приподнял бровь.

– Мы знакомы? – спросил я как можно более высокомерно. Как бы неоригинально это ни звучало, это позволило мне выиграть несколько драгоценных секунд, в течение которых Тан в недоумении смотрел на меня. Мне оставалось только молиться, чтобы он не унаследовал способность Фрея читать мысли.

– Мы познакомились на днях в лифте… – начал он, затем сделал паузу и продолжил: – Я – Тан Халворсен, носитель широкого меча, самый молодой воин кровавых рун всех времён, уже два года не побеждённый никем! И человек, который с радостью выбьет из тебя жизнь, – и напоследок он добавил: – И не думай, что я хоть на секунду поверю, будто ты забыл о нашей встрече.

Он, конечно, был прав. Но я всё равно пожал плечами:

– Прости, но вы все выглядите одинаково.

Кстати, а куда делся его приятель? Я посмотрел за спину Тана.

– Если ты ищешь второго, то он, к сожалению, выпал из окна, когда пытался поймать чрезвычайно умного и хитрого демона, – прошептал голос прямо у моего уха. – Прямо в центр ведьминого кольца, полного гигантских грибов.

Бакс! Он махал своими крыльями так быстро, что запустил прядь волос мне в лоб.

– У нас всего три минуты, чтобы покинуть этот остров, потомственный огурец, – прошептал он мне в другое ухо. – Я уже видел портал из комнаты в башне. Точнее, его мерцание, к которому мы направляемся.

Мой пульс участился. У Матильды оставалось меньше трёх минут, чтобы проснуться.

– Где Кудряшка? – поинтересовался Бакс.

Как мне сказать ему так, чтобы Тан не заметил?

Тем временем мой противник плавным движением вытащил из-за пояса нож.

– Ты сейчас же скажешь мне, куда делась человеческая девушка с Оракулом, или я сотру с твоего лица эту глупую ухмылку.

Ладони яростно покалывало, внутри меня зарождалась буря, готовая разнести Тана вместе с креслом-коляской, а заодно все серповидные ножи и этот чёртов дом в щепки. Но сначала я должен был убедиться, что Матильда проснулась.

– Человеческая девушка? – повторил я, смеясь так, словно мне было очень весело. По крайней мере, я надеялся, что это выглядело забавно, а не истерично. Я вдруг понял, что ни за что не отпущу Тана. Никто, и в первую очередь Фрей, не должны были узнать, что Матильда была здесь… – Ах, теперь я вспомнил тебя. Ты – внук Фрея, отвергнутый избранный, верно? Теперь я начинаю понимать почему. У тебя, похоже, немного помутилось в голове. С каких пор люди могут переходить на Грань? – Лицо Тана напряглось, а я быстро добавил: – Ты что, потерял Божественного Оракула? Твой дедушка этому не обрадуется.

Никто и никогда в жизни не смотрел на меня с такой ненавистью. И хорошо, потому что чувства затуманивают разум. Всё ещё смеясь, я указал на дверь в чулан:

– Они, наверное, прячутся там, как думаешь? На твоём месте я бы проигнорировал предупреждающий знак и заглянул внутрь.

Тан уставился на меня, гневно стиснув челюсти, его нож переходил из одной руки в другую, но он явно не знал, что делать. Бакс, напротив, похоже, понял намёк, но больше я от него ничего не услышал. Да и в остальном было странно тихо. Где, чёрт возьми, эти сойки Морены? Они должны были уже быть здесь и попытаться порезать меня на полоски своими серповидными ножами.

– Ты ждёшь подкрепления клювастых? – спросил я, указывая подбородком на нож Тана. – Довольно жалкий меч, между прочим. У нас такие называют пилкой для ногтей.

Я понимал, что не стоит раздражать Тана ещё больше – ситуация может измениться в любой момент. Но, по правде говоря, было забавно прижать внука Фрея к стенке.

Глаза Тана сузились до щёлок.

– Сойки Морены не могут войти в башню. Им мешает какое-то заклинание, наложенное старой ведьмой.

Понятно. Это объясняло, почему она даже не сочла нужным запереть свою Тайную комнату. Но мне это было на руку.

– И знаешь что, избранный? – Тан сплюнул на пол. Он явно принял решение. – Я рад этому. Теперь только ты и я. Человек против человека. И не волнуйся – когда я передам тебя Фрею на той стороне, ты всё ещё будешь в состоянии говорить ровно настолько, чтобы сказать нам, куда исчезли Оракул и человеческая девушка. А если…

Я не стал ждать, пока он нападёт, – одним взмахом руки я послал на него волну мини-торнадо. Их разрушительная сила удивила даже меня. Они не только свалили Тана с ног, но и разрушили перила лестницы, взметнув щепки до самого потолка. Инвалидную коляску и несколько ступеней затянуло в один из воронкообразных вихрей, который вдребезги разбил витраж. Со стен сорвались картины и закружились в воздухе, смешиваясь с разноцветными осколками. Когда я наконец снова поднял руки, чтобы прекратить торнадо, Тан с грохотом обрушился на ступени вместе с обломками и замер. Мне показалось, что его шея была неестественно вывернута. Судя по всему, в него впился крупный осколок стекла, из глубокого пореза на бедре текла кровь.

– А теперь поторопись! – Это был Бакс, и он больше не говорил шёпотом. – Благодаря помощи очень умного и изобретательного демона наш кудрявый друг проснулся, и если ты не планируешь путешествие в Норвегию, то тебе действительно стоит поторопиться.

Я что, по его мнению, здесь прохлаждаюсь? Но я не мог оставить Тана, иначе он всё расскажет Фрею и Морене. Поэтому я схватил его за руки, потянул вниз по разрушенной лестнице и затащил в чулан. Этот негодяй уже начал приходить в себя и, вероятно, очухается раньше, чем