Гибнущий мир - Карина Крылова

Лорд пристально смотрел на Аяза. Было сложно не заметить недоверие в его взгляде, но никто другой, казалось, не видел его.

– От кого ты получил сведения?

– Одному из моих надежных людей улыбнулась удача, и он смог прикупить свиток из Моря Крови с рисунком и кратким описанием. Я уже сообщал вам о его находке, как только получил весть, мой лорд. И теперь они у меня. Но прошу простить мне мою грубость, я не хотел бы называть имя этого человека в присутствии стольких свидетелей.

Глава достал сложенный вдвое лист и отдал мужчине в синем мундире, тот почтительно передал его владыке. Лорд изучал рисунок и исписанный с двух сторон пергамент, подперев голову рукой. Закончив, он поднял руку – свиток исчез, перейдя к стоявшему рядом помощнику.

– Ученица Чертогов, теперь говори ты. – Лорд перевел взгляд на Алиеонору.

Она поднялась с места, разгладила складки на юбке и поклонилась.

– Благодарю моего лорда за оказанную честь быть приглашенной во дворец. Я замечательно провела время в ожидании среди произведений искусства, – спокойно начала Алиеонора. – Я запросила аудиенцию по схожим с главой причинам. Недавно в старой части библиотеки Чертогов я нашла книгу с частично пострадавшими записями и схему одного из сооружений. Без сомнений, это творение Древних. Мне удалось все перевести и воссоздать практически утраченные сведения.

Лорд, покручивая на руке перстень, спросил:

– Была ли какая-то причина, по которой ты обратила внимание именно на эти записи?

– Я довольно часто имею дело с артефактами древности, мой лорд, и мне хватило одного взгляда на ее переплет, чтобы понять, кому она могла когда-то принадлежать.

При ее словах сидевший рядом магистр Чертогов дотронулся до виска и слегка его помассировал. От цепкого взгляда лорда это не укрылось, но, прежде чем он успел что-то сказать, Алиеонора продолжила:

– Я не могу гарантировать достоверность найденных мной сведений, но решать дальнейшую судьбу подобных записей дозволено лишь избраннику богов. Я попросила магистра назначить аудиенцию с вами, мой лорд, но прошло немало времени, а прошение так и не было подано, поэтому я сделала это сама. В таком деле промедление непозволительно. Как и сказал глава гильдии железа, Аталейну важно любое открытие, которое может дать преимущества.

Закончив говорить, она передала аккуратно собранные документы, исписанные изящным наклонным почерком, мужчине в синем.

В зале воцарилась тишина, прерываемая лишь шелестом переворачивающихся страниц. Айрин было немного жаль магистра: за несколько минут он стал выглядеть еще более больным, чем прежде. Его губы шевелились, словно он что-то шептал себе под нос.

– Магистр, – голос лорда был пугающе спокойным, он продолжал просматривать документы, внимательно вчитываясь в каждую страницу, – тебе есть что сказать?

На лице магистра промелькнули сомнения, но продлилось это недолго; он выпрямился, с вызовом глядя на главу гильдии.

– Мой лорд, я сомневался и не хотел верить, что глава гильдии железа, многим жертвующий на благо города, может оказаться наглым вором и заговорщиком…

– Это возмутительная ложь, мой лорд! – Глава ударил кулаком по столу, из-за чего бровь лаэта Фэнриса едва заметно дрогнула. – Я всегда помогаю горожанам, потому что у меня есть возможности, а вы смеете попрекать меня этим?! Это все, что вы смогли придумать в свое оправдание? Обвинить меня в воровстве?

– Глава гильдии, несмотря на нашу дружбу, проник в святая святых – Чертоги, – выкрал важные документы… – На этих словах Алиеонора повернулась к магистру, но он, не обращая внимания на ее явно предупреждающий взгляд, продолжил: – И вступил в сговор за моей спиной.

– О каком сговоре идет речь, глубокоуважаемый магистр? – нетерпеливо перебил его Аяз с ехидством в голосе. – Быть может, вы настолько стары, что вас подводит память, но именно от наших людей вы получаете большинство сведений и документов. О каком сокрытии вы говорите? О каком шпионаже и воровстве?! Да за все время, что мы знакомы, вы сами не нашли ни одной стоящей реликвии!

На лбу у магистра выступила испарина, он трясущимися руками стер проступившие капельки.

– Мой лорд, я… – Он сглотнул и закашлялся. Либо у него был превосходный актерский талант, либо ему и правда становилось хуже. Он выглядел как любой больной лихорадкой человек: трясущиеся руки, испарина, кашель и озноб. – Я провинился, мой лорд, похоже, у меня действительно нет выбора. Я всего лишь хотел защитить свою лучшую ученицу, гения, какой не рождался уже давно. Я схитрил и хотел скрыть часть правды, пытаясь ее выгородить, но, похоже, я ошибся…

Магистр опять закашлялся и достал сложенный вдвое лист из внутреннего кармана мантии.

Лорд хмуро рассматривал предоставленные сведения, но не спешил прерывать говорившего.

– Мне стало ясно, что эти двое вступили в сговор. Я стал слишком стар и ворчлив – может, поэтому Аяз захотел меня сместить. – Магистр горько усмехнулся. – Я слушал их слаженный доклад и не мог поверить в происходящее. Алиеонора и так заняла бы мое место в будущем. Признаю, что должен был давно доложить вам о находке, но сведения требовали тщательного изучения. Я не посмел бы… – он кашлял, прикрывая рот платком, – не посмел бы предать вас, мой лорд. Могу поклясться, что до сегодняшнего дня эти записи хранились у меня в личных покоях. Не может же быть такого, что в Море Крови нашлась копия.

Договорив, магистр тяжело опустился в кресло. Алиеонора не выглядела расстроенной или напуганной тем, что наставник только что обвинил ее в предательстве. Как и не выглядел таковым глава гильдии железа: вены на его шее вздулись, а рука сжалась в кулак, он смотрел немигающим взглядом на магистра, который теперь сидел с закрытыми глазами, словно от всего отрешившись и оставшись один на один со своим горем.

– Хорошее представление вы тут устроили, магистр, жалко, что не заплакали, – ухмыльнулся глава. – Мне тоже кое-что непонятно: если у вас были такие ценные вести, почему не запросили аудиенцию и не рассказали, что нашли? Долг каждого в Аталейне велит поступить именно так.

– Вам и не дано понять. – Магистр говорил спокойно, все так же сидя с закрытыми глазами. – Прежде чем бежать и докладывать о находке, нужно убедиться, что она чего-то стоит.

– И как, убедились? – гнул свое глава. – Или, быть может, вы и вовсе не хотели ничего докладывать? Как неудачно для вас сложилось, что ваша гениальная ученица волнуется о благополучии города больше, чем о личной выгоде!

– Не пытайтесь юлить, глава, Алиеонора всегда была себе на уме и не сочла нужным обсудить со мной вопрос, касающийся аудиенции, но обратилась к вам. Или не совсем к вам. – В этот момент