Девушка из книжного переулка - Анна Либерти

него другой в запасе, Марк без сожаления отшвырнул бы кулон так далеко, как только бы хватило сил. Он ненавидел его. Эта смесь металла и камня напоминала ему о бессилии и неудачах, раз за разом преследовавших его на пути к желанной цели.

В голове в беспорядке вертелись мысли, перемещаясь с пугающей быстротой от одного предмета к другому, и никак не могли остановиться на чём-то одном. Он перелистывал страницу за страницей, вчитываясь в скрупулёзные записи, которые чем дальше, тем больше походили на беспорядочную мешанину из наскоро записанных обрывков фраз, разбросанных по бумаге. С каждым новым разворотом его терпение иссякало, и на смену наполненных надеждой строк приходили кривые каракули, пропитанные раздражением и отчаянием.

«Неужели я ошибся? Взял на себя слишком много и не смогу сдержать данного ей обещания?»

Марк прислонился к спинке стула. Постоянное напряжение вконец измучило его. Или… Возможно, дело было в кулоне. Он прекрасно знал, какое влияние они могут оказывать на человека и какие ещё риски несла в себе неизвестность. Никто из использовавших ранее кулоны не имел представлений о том, к чему могут привести регулярные перемещения. Самое долгое их использовали около года, не больше. Для Марка же шёл уже третий. Три года он работал на Краева, помогая ему в исследованиях и доставая из прошлого необходимую для него информацию, но так и не смог сделать то, ради чего рисковал и ради чего ввязался в это дело…

Мобильник на столе завибрировал, и на включившемся экране всплыло уведомление от контакта «Саша Лаб»:

«Счастливого Нового года!»

С появлением Миры жизнь Сёмы стала похожа на нескончаемый кошмар. Она словно прилипла к Никите и повсюду следовала за ним по пятам. В лаборатории, дома, в разговорах – во всём чувствовалось её присутствие, и это раздражало. Но самым невыносимым и глупым была привязанность к ней брата. Сёмка даже уже начал менее скептично относиться к предположениям друзей, что ему «промыли мозги» или «подлили какое-нибудь зелье». Тем более, что с мамой его одноклассника начало происходить то же самое, а через месяц на пороге их дома появился мужчина, которому теперь она почему-то уделяла всё своё внимание.

Мысли о том, что Мира может стать для брата больше, чем просто знакомой, вызывали у Сёмки мурашки по спине и неприятное пощипывание в глазах, поэтому он объявил им самую настоящую войну, но пока перевес был явно не в его пользу.

В этой девушке раздражало всё, начиная от внешнего вида и заканчивая манерой говорить и движениями. Вся она представляла собой один большой обман, который его брат никак не хотел замечать. Стоило ей сказать слово, как он претворял в жизнь все её желания. Проводил с ней уйму времени, после работы сразу спешил в лабораторию и искал тайного отправителя письма, которого, возможно, она сама и придумала ради своих корыстных планов, в то время как Сёма изводил себя догадками и разрабатывал стратегию борьбы.

В первую очередь нужно было заставить Миру показать своё настоящее лицо, и сделать это на глазах у брата. Все самые надёжные и проверенные временем способы были пущены в ход, но она даже ни разу не повысила на него голос и продолжала вести свои приторные речи, которые как сахар скрипели на зубах, вызывая примерно такие же ощущения. Её даже не задевали колкости, старательно заученные из найденной в интернете статьи, заглавие которой звучало примерно так: «Как заставить врага молчать одной фразой». В итоге, несмотря на все старания, «враг» не только не понёс потерь, но даже перешёл в наступление, нарушив границы, и оказался на его территории – в доме, взяв его под свой контроль.

А главное, Мире всё сходило с рук. Однажды, вернувшись из школы, Сёма застал её за мытьём посуды.

«Будто никто, кроме неё, это не сделает. Пытается перед братом выслужиться», – пробубнил он про себя и, проигнорировав её приветствие, уже собирался спрятаться в своей комнате, когда услышал звон стекла. Одна из тарелок выскользнула из рук Миры и, ударившись о пол, разлетелась на мелкие осколки.

Сёмка незаметно встал у стены в коридоре, чтобы видеть, что происходит на кухне. Девушка стояла, растерянно глядя на результат своих действий, и было видно, как на её глазах проступили слёзы.

«Так тебе и надо! Нечего командовать в нашем доме!» – подумал Сёмка, закусив губу и чувствуя, что для него на этот раз его слова уже не так сладко звучат. На пальцах Миры виднелась кровь.

В двери зашумел ключ, и в квартиру вошёл Никита с сумками продуктов в руках. Не заметив Сёму, который успел вовремя зайти за угол, он вытер ноги о новый ковёр, что недавно притащила Мира, и прошёл на кухню.

«Ну, теперь он точно её отругает…»

Сёмка и сам не знал, откуда у него могла взяться подобная мысль. Никита никогда не наказывал его за подобные пустяки и обычно старался перевести всё в шутку и забыть неприятный момент. Но это ведь он, его брат, а Мира «чужая».

– Что случилось? – послышался встревоженный голос на кухне, а затем тихий шёпот и какое-то движение.

Сёма выглянул, чтобы посмотреть, что там происходит.

Никита находился рядом с девушкой и успокаивал её, пока доставал из шкафа аптечку с пластырем. Мира стояла, смущённо прижимая к себе порезанную руку и бормоча извинения. Когда два пластыря были открыты и аккуратно, практически не касаясь её руки, обвязаны вокруг пальцев, он обернулся и заметил притаившегося Сёмку.

– Сём, ты чего стоишь? Лучше помоги осколки собрать.

Ему показалось, что брат произнёс эти слова настолько холодно, будто ему совершенно не было дела до него. Вся забота и внимание, которыми он обычно полноправно пользовался, теперь перетянула на себя Мира, лишив его самого близкого человека…

Прозвенел звонок, возвестив об окончании учебного дня. Торопливо побросав вещи в рюкзак, Сёма спустился по лестнице на первый этаж и, вдоволь натолкавшись в раздевалке, наконец с добытой курткой в руках выбежал на улицу. На ходу одеваясь, он шёл через школьный двор, вороша ногами свежевыпавший снег. Чуть позже к нему присоединились ещё несколько мальчишек, и они не отказали себе в возможности покидаться немного снежками, после чего, взлохмаченные и мокрые, побрели дальше.

Была пятница, впереди два выходных, и раньше воскресенья садиться за уроки никто не планировал, так что теперь ребята шумно обсуждали планы на оставшуюся часть дня. Их жаркие споры прервала мелодия звонка.