Стена копий - Брэдли Бэлью

лепешки на закваске, хрустящие, почти подгорелые снаружи и мягкие, ноздреватые внутри. А если добавить густой тажин с ягнятиной, картофелем, помидорами, баклажанами и розмарином… божественно! Она не меньше дюжины новых блюд перепробовала: шафрановый рис с маслом на завтрак, груши и сыр в полдень, во время перекуса, лепешки и тажин на закате.

Леора закончила ее татуировку. Разглядывая получившуюся картину в зеркало, Чеда почувствовала гордость. Ее история навсегда запечатлена на теле рукой прабабушки… Год назад она даже представить такого не могла. Татуировка связывала не только два поколения – в узоре сплетались судьбы Айи, Исхака и Масида.

После двух дней праздника настроения в племени сменились на более сдержанные. У собрания была цель, а чем дольше они тут находились, тем опаснее становилось. Каждый день Исхак подолгу держал совет с доверенными людьми. Большинство из которых – Масид, Дардзада, Дарий, Хамид Жестокий (как его с недавних пор начали называть), широколицая женщина по имени Шал’алара, о которой говорили, что у нее жизней больше, чем у кошки, и остальные – лидеры Воинства. Границы между Воинством и племенем так размылись, что всех этих людей можно было по праву называть старейшинами племени.

Чеду вызвали один раз, и то лишь для того, чтобы она пересказала этим самым старейшинам свою историю. Ей пришлось ответить на несколько вопросов, но ясно было, что они и так все знают по большей части. Она надеялась поговорить с Исхаком о своем возвращении в Шарахай спокойно и прямо, но ее выставили, не дав и рта раскрыть.

После этого она несколько раз ходила к Исхаку, надеясь прийти с ним к хоть какому-то согласию, но ничего не получалось: слишком некрасиво она себя повела в первый день, нельзя было так грубить. Она своими руками создала между ними раскол и теперь с трудом понимала, как навести мосты. Молча ждать? Тогда Исхак решит, что она присоединится к племени и склонится перед его волей. Надавишь слишком сильно или слишком быстро – останешься для него упертой девчонкой, у которой в голове только ветер и огонь.

На пятый день несколько кораблей начали ставить паруса. Не желая рисковать жизнями всего племени, совет рассудил, что нужно отослать стариков, детей и матерей в старые убежища Воинства. Остальные решили отправиться в путь на следующий день после совета.

Чеда думала, что Исхак придет проводить уходящие корабли, но он не явился, и к вечеру она начала беспокоиться, что он видит ее частью племени, поэтому не даст и шанса заговорить. Совет еще не кончился, а утро будет занято приготовлениями к путешествию. Проглотив желание отправиться к шатру и вызвать Исхака на разговор, Чеда пошла к яхте Леоры, надеясь услышать совет. Cальсанна сидела на полозе, но стоило Чеде шагнуть к сходням, как она поднялась, нависла над ней во весь свой немаленький рост.

– Леора скоро выйдет.

Ее спокойный голос и манера говорить напомнили Чеде о маме, о ее письме и странной фразе в конце.

– Кто такая Девора? – спросила Чеда.

Сальсанна принялась отряхивать свою синюю юбку так тщательно, что понятно было: вопрос ее удивил.

– Откуда ты знаешь это имя?

– Мама оставила мне письмо, велела доверять Леоре и Деворе, потому что они обе видят скрытое за горизонтом.

– Девора была близняшкой Леоры. Умерла очень молодой, твоих лет.

– Как она умерла?

Сальсанна встревоженно глянула на сходни: наверное, боялась, что Леора может услышать.

– Много лет назад шейх племени Рафик дал убежище Леоре и Деворе, но Шукру узнал об этом и потребовал Леору в жены. Однако в то утро, когда корабль должен был отходить в Шарахай, Девора, прикинувшись Леорой, взошла на борт и, перед всем племенем и всей командой заявила ему, что лучше умрет, чем согласится на этот брак, и ни одна женщина племени не захочет занять ее место. Если же ее силой отвезут в Шарахай, она зарежет мужа во сне. – Она снова оглянулась на сходни, и продолжила: – Говорят, она выхватила нож и попыталась перерезать Шукру горло, но он словно бы предвидел это и, перехватив нож, вонзил лезвие ей в живот. Потом подтащил ее к краю палубы и сбросил на песок. Девора умирала, а он обвел взглядом племя… Никто не знал о ее плане, все были поражены, но смотрели в ответ с угрозой: для каждой женщины она была как сестра, как дочь. Плюнув на безжизненное тело, Шукру вернулся в Шарахай. Многие считали это победой, но Леора потеряла сестру. И когда королевский галеон уплыл, она легла рядом с Леорой и забрала ее аметист как напоминание о жертве, принесенной сестрой.

Далеко в пустыне завыл Керим, у Чеды мурашки побежали по спине. Она знала, что за человек Шукру. От одной мысли о свадьбе с ним кровь стыла в жилах.

– Я верю твоей истории, но почему мама велела мне слушаться их обеих, словно Девора жива?

Сальсанна дернула плечом.

– Леора говорит с кольцом, хоть и не признается. Иногда оговаривается: мол, они с Деворой сошлись на том и на этом… Наверное, что-то сломалось в ней, когда Девора умерла. В это кольцо она вложила и любовь к сестре, и осколки себя.

Глухо стукнуло в чреве яхты, и на палубе показалась Леора.

– Опять сказки обо мне рассказываешь? – спросила она, тяжело облокотившись на трость.

Сальсанна помогла ей спуститься по сходням.

– А что, не нужно?

Леора хитро улыбнулась.

– Это смотря какие сказки.

– Только самые лучшие.

– Ну что ж, – Леора подмигнула Чеде, – эти рассказывай сколько хочешь.

Старейшины начали выходить из шатра. Вдалеке снова раздался вой, и многие повернули головы в его сторону, включая Исхака – Чеда видела его силуэт у входа, в солнечных лучах.

История Леоры что-то разбудила в Кериме. Чеда ощущала его ненависть к Шукру и его жгучее желание подчиняться Королю. Те же противоречивые чувства он испытывал к Исхаку с самой первой встречи: родовая связь и глубоко засевшее стремление убить.

Вдруг все беспокойства Чеды о том, как сойтись с Исхаком, растаяли как зимний туман.

– Подождете минутку? – спросила она Сальсанну и Леору. Обе удивленно кивнули.

Чеда побежала к шатру. Масид, Хамид и остальные повернулись к ней, но она, не обращая внимания, двинулась к Исхаку.

– Я хочу кое-что показать тебе, о, шейх, – запыхавшись, проговорила она. – Прошу.

Исхак повернулся к остальным.

– Хорошо, но пусть это подождет до утра.

– Утром будет поздно, нужно идти сейчас. – Чеда махнула рукой в сторону Леоры и Сальсанны, стоявших на фоне пылающего заката. – Прошу.

Исхак молча пожевал губами, что у него,