Город богов и монстров - Кайла Эдвардс

– Ты бестактный ублюдок, Джек, – ты в курсе?

Тот ухмыльнулся, не сводя глаз с экрана.

– А вы все только и знаете придираться ко мне, но я вообще-то уже привык.

Вмешался Таннер:

– Сколько еще раз тебе надо повторять, чтобы не болтал о чужих делах? Особенно про своего босса. До сих пор удивляюсь, как Дар разрешил тебе жениться на Иви, как вспомню, сколько раз ты его доводил.

Джек пожал плечами.

– Я же просто говорю правду. А он наверняка получил бы от Иви, попробуй он только отказать. Я же полный набор: и внешность, и обаяние!

Макс пробурчал:

– Как скажешь, мистер Самомнение.

Взвизгнули шины, Макс прибавил скорость и въехал на автостраду, ведущую к округу Виктория-Регия.

Лорен охватило странное желание повернуться и посмотреть в заднее окно. Чем больше увеличивалось расстояние между ней и Дарьеном, тем менее защищенной она себя чувствовала.

Как будто утратила что-то важное или оставила позади часть самой себя.

22

В Ангелтинскую академию Лорен отвез Максимус, и не на машине Дарьена, а на своем внедорожнике.

Собирая вещи, она услышала разговор Дьяволов и поняла, что Тревис и Таннер, похоже, решили сгонять на машине Дарьена туда, где он бывал раньше в подобных случаях. Ей пришлось сдерживаться, чтобы не начать задавать вопросы, где он и все ли с ним в порядке. Ее это не касается, спрашивать она не вправе. Как бы ей этого ни хотелось.

Поездка прошла в полном молчании, и не потому, что наедине с Максимусом Лорен чувствовала себя неуютно. Она даже осмелилась признаться самой себе, что Максимус Ричер ей нравится. Как нравятся и все Дьяволы.

Ну… вернее, большинство.

Молчала она потому, что не переставая думала о Дарьене. Думала, тревожилась и гадала, чем он занят сейчас, как справляется со своим Всплеском. Вышел на работу и, выполняя заказ, разбирается с каким-нибудь подонком? Или на подпольном ринге, о чем упоминал Максимус, делает фарш из бедняги, которого угораздило выйти против него? Или же он?..

Последнюю мысль ей не захотелось заканчивать.

Она решила, что и без того думает слишком много, ей становится совсем не все равно, а это ничего хорошего не предвещает. Надо следить, чтобы между ними оставалась дистанция, она не может позволить себе уделять столько внимания Дарьену. Они, в сущности, даже не друзья, он просто временно приглядывает за ней. И он ничего ей не должен, а тем более – объяснять, где он бывает и зачем. Как только Сабрина найдется, а Лорен будет больше нечего опасаться, Дарьен навсегда исчезнет из ее жизни.

С этой мыслью она начала воздвигать стену перед собственным сердцем, представляя, как она обретает форму, как кирпич за кирпичом поднимается кладка. Она помещала свои мысли и чувства за эту стену, убирала за нее, пряча. Теперь им отсюда не вырваться.

Внедорожник Макса зарычал, взбираясь на холм к воротам академии. В бархатистом небе висел месяц, на его фоне вдалеке скользили силуэты вампиров.

В последний раз пыхнув дымом сигары, Макс щелчком выкинул ее в окно.

– Вернешься на следующие выходные? – Он нажал кнопку, поднимая стекло.

– Да, в пятницу.

– До тех пор будь осторожна. – Он сбросил скорость и остановился перед воротами. И вдруг, смутившись, добавил: – И передай привет Даллас от меня, ладно?

Лорен улыбнулась.

– Передам.

Схватив сумки, она выбралась из внедорожника. Максимус дождался, когда ворота академии захлопнутся за ней, и только потом уехал.

Едва ворота закрылись, Лорен увидела, как к ней по темному кампусу бежит Даллас. Она что-то кричала, но Лорен не могла разобрать ни слова.

– Даллас! – позвала она, когда ведьма приблизилась. Ее шаги разносило громкое эхо. – В чем дело?

– Еще один учащийся пропал, – отдуваясь, Даллас перешла на шаг и остановилась перед ней, слегка покачнувшись. – Человек.

В ее глазах читалось продолжение: человек, как и ты.

Священное Светило!

Лорен не сразу поняла, что оглядывается по сторонам, осматривая темный газон у входа в академию.

Старый корпус отсюда был едва различим, но Лорен знала, как надо действовать, это было ясно как день.

Завтра же, и плевать на последствия. Дольше ждать она не станет. И если Дарьен не захочет помочь ей, она справится одна.

* * *

Дом Душ располагался напротив Ангелтинского городского кладбища. Огромный особняк был произведением искусства прямиком из мира мертвых – с огромными витражными стеклами, аркбутанами, стрельчатыми арками и горгульями настолько древними, что сохранились лишь их резные морды, там и сям посеребренные лунным светом, сочащимся в прорези облаков.

Дарьен припарковался справа от чугунных ворот под ветвями жакаранды. Сиреневато-голубые, вытянутые трубочкой лепестки успели осыпаться на капот машины, пока он глушил двигатель и доставал из центральной консоли пакет со стигийскими солями. Он вытряс дорожку солей на приборную панель, наскоро подровнял края банковской картой. Закончив, он наклонился, зажал одну ноздрю пальцем и втянул дорожку.

Благодаря цели, которую ему удалось выследить до приезда сюда, пик Всплеска остался позади. Этого он и хотел, уходя из больницы, но теперь соли требовались ему, чтобы помочь отыскать уязвимое место в силовом поле, защищающем Дом Душ. Несколько лет назад он просто прошел бы через ворота и двери дома, даже не постучавшись. Но это было в другой жизни, когда Жнецы еще считались их друзьями, а Малахия Делани не жаждал его крови.

Закрыв глаза, Дарьен откинулся на спинку сиденья и сделал глубокий вдох. Дыхательные пути горели от солей, вещество распространилось по его кровеносной системе, прокладывал пути для магии. Тело становилось невесомым, соли завладевали им, возносили его душу над городом.

Но мгновение спустя все в мире приобрело кристальную ясность, и он провалился обратно в себя, словно душа, перед которой захлопнули врата рая.

Едва ли можно было считать справедливым причислять соли к запрещенным веществам: от них он казался себе бодрым и бдительным, как от кофе, только гораздо больше, вдобавок они не имели побочных эффектов, какими сопровождается применение кристалладума, или костотравья, или кровяных снадобий, которые можно достать из-под полы.

Когда он открыл глаза, Взор уже работал, показывая многослойные чары, подергивающие рябью чугунные ворота. Многочисленные наслоения цветов, колышущихся, меняющихся, как в калейдоскопе. К счастью, Малахия, похоже, давно не посылал Жнецов на Форум Умбра за новейшими защитными чарами: справа от ворот обнаружилось уязвимое место, шириной и высотой в самый раз, чтобы Дарьен мог протиснуться.

Он чуть не рассмеялся. Все получилось даже слишком легко. Неудивительно, что Жнецы больше не на самом верху пирамиды: они обленились и зазнались.

Дарьен вышел из машины и