Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

и металлический привкус свежей крови и явной гнили разлагающейся плоти. А в следующее мгновение я метнул нож, который держал в руках, прямиком в раззявленный, порванный рот мертвеца и тут же подпрыгнул, уходя от метнувшихся ко мне жгутиков, казалось, материализовавшейся тени.

С рукоятью, торчащей изо рта, чаргава явно не чувствовал каких бы то ни было неудобств, вот только фирменный вопль этого одержимого мертвеца, который, как писали в бестиарии, срывает человеческую плоть с костей, он так и не издал. Вместо этого получился какой-то хрипящий свист, оборвавшийся, когда я ногой с разворота ударил труп прямо в ухо.

Получилось с разбегу и сильно, и голова одержимого дёрнулась так, что у живого человека сломалась бы шея, но мой противник не был таковым. Взметнулась искромсанная то ли клинком, то ли когтями одежда, которую носили жрецы Древа, а затем чаргава вдруг появился прямо передо мной, протягивая к моей шее узловатые руки, одна из которых была практически лишена пальцев, из которых на меня хлынул голубоватый поток тумана.

Тут же навалилась жуткая усталость. Не ожидая подобного фокуса, я, честно говоря, не думал, что из меня начнут откачивать жизненную силу, и даже полыхнувшее зелёное пламя, протуберанцем хлестнувшее мертвеца огнём, не смогло прервать этот истощающий моё тело поток. Только в самое последнее мгновение перед тем, как руки одержимого вцепились меня, я сумел упереться ногой ему в изломанную грудь и вырваться «Рывком».

Только краем сознания, всё ещё приходя в себя после такого резкого воздействия одержимого духом мертвеца, я отметил, что он не только свободно телепортируется — чего не было в моих книгах, ведь там утверждалось, что труп может сделать это только тогда, когда нужно появиться перед вторгшимся на его территорию врагом, — но и умеет левитировать. К тому же что тело моего нынешнего противника оказалось женским.

Мне, конечно, было хреново, но я давно уже научился в некоторой степени абстрагироваться от основного сознания во время боя. Может, то было благодаря науке отца, который карбазовский метод защиты сознания объяснял мне как некую безопасную комнату в своём разуме, в которой я какое-то время тренировался. Может быть, стоило сказать спасибо Бориславу, который безрезультатно старался научить меня своим практикам разделения потоков сознания.

Тем не менее, оттолкнувшись от мёртвой жрицы Древа, что, в общем-то, не удивляло, потому как церкви было плевать на половую принадлежность своих адептов до тех пор, покуда они следуют правилам, я на автомате вырвал себя из полёта к земле, а затем метнулся в сторону, быстро оказавшись за спиной у всё ещё не восстановившейся мертвячки. Да, через мгновение она словно вывернулась наизнанку, совершенно жутким образом не поворачиваясь, меняя лицо с затылком, а грудь со спиной. Более того, нож, торчавший до этого момента у неё изо рта, тоже выпал, и нарастающий визг говорил о том, что чаргава готовится нанести новый удар, а ноги мне быстро опутали материализовавшиеся из пустоты жгутики.

Но и я был готов, а «Мисахика» огненным цветком крутилась руке. Удар разрывающим тело зелёным пламенем подбросил одержимый труп в воздух. Но для мертвеца, поддерживаемого духом жизни, быть просто разодранным, получив огромную дыру в теле, оказалось не так уж и смертельно. Однако, когда, с каждым взрывом поднимая чаргаву всё выше и выше, в бывшую жрицу Древа ударили один за другим три огненных шара, а я собрался уже сделать следующий ход, мертвячка вдруг издала жуткий, какой-то полный страдания и опустошения визг, после чего её тело, охваченное изумрудным пламенем, просто истаяло в воздухе, развеянное пеплом.

— А вот этого ты не сделаешь! — услышал я голос тётки Марфы и быстро развернулся на него, только чтобы увидеть, как она появилась метрах в пяти от меня, чтобы выхватить из не прижатой моим боем пшеницы нечто, напоминающее жуткого прозрачно-чёрного младенца, которого одноглазая тут же и развеяла, мгновенно охватив пламенем своего эго.

* * *

В посаде нас встретили лучше, чем я ожидал. Нет, старейшина Бордуково вовсе не собирался нам платить или вообще выражать особую радость по поводу избавления от чаргавы, но его можно было понять. У посада совсем не та ситуация, чтобы имело смысл праздновать победу над досаждающим монстром, потому как его появление оказалось не такой уж случайностью. Да и одарённым по большому счёту здесь и сейчас были не шибко-то рады.

По словам старосты, предложившего нам остановиться в его доме, во всём была виновата группа киевско-хёльмгарёрских ренегатов, обосновавшихся где-то в местных лесах. Казалось бы, большая наглость для беглых и изгнанных за преступления чародеев промышлять недалеко от такого мощного полиса, каковым являлась Москва, однако появились здесь эти люди всего пару месяцев назад и первое время особых проблем не доставляли. Именно поэтому местные, как обычно, не шибко доверяя полису, думали, что обойдётся.

Не обошлось! Ренегаты укрепились, а затем, пользуясь тем, что местные к ним привыкли, сделали свой ход, в один из дней уничтожив всех храмовых золотых голубей. Тогда же для Бордуково были выставлены некие требования, и местные заплатили. Привыкли уже, что разбойников-чародеев проще умилостивить разок, а там они сами уйдут. Но банда в этот раз действовала по-другому.

Они не ушли. На прощание банда, которой уже было заплачено, устроила массовую казнь жителей одной из улиц, а также забрала с собой множество молодых девушек. Жрицу посада прилюдно убили, а затем зарыли на опушке без соблюдения каких-любо ритуалов. Но лично для меня было довольно странно и неправдоподобно, что из-за того, что кто-то явно этого пожелал, получился одержимый мертвец. Ведь мало ли умирает одарённых, чародеев и чародеек непохороненными, желая кого-то защищать? Но случаев появления чаргавы не так уж и много!

— Что думаешь? — одними губами спросил я наставницу, глядя через стол, когда хозяин был вынужден отойти по своим делам.

— Не нравится мне всё это, — просто ответила одноглазая Бажова. — Нам надо как можно скорее добраться до наших…

— Думаешь, Надежда Игоревна…

— Да, — кивнула тётка Марфа. — Есть большая вероятность, что они бесцельно возятся с теми пещерами.

* * *

Ночь прошла спокойно. Тёплая читая кровать, сытый желудок и здоровый сон сняли даже остаточные следы вытягивания жизненной энергии чаргавой, а потому утром я чувствовал себя хорошо. Опять же, меня никто не беспокоил. Ибо было просто некому, ведь дочек старосты ренегаты забрали чуть ли не первыми, да и вообще, нам хоть и были благодарны, но не настолько, чтобы кого-то пытаться подкладывать ко мне в постель.