Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

И чем больше обещано за среднего уровня чародея, тем гуще толпа желающих смахнуться с ним при первой же случайной встрече. А желающих безвылазно сидеть в лесах, воевать с монстрами, пока тебя не сожрут, и подтираться до этого счастливого момента лопухом не так уж и много. Отсюда и вызывающие наряды, и грим на лицах у одних и маски у других.

Почему я не вспомнил о женщинах и алкоголе? Так с этим делом у ренегатов явно не было особых проблем. Локомотив завалился так, что я видел его крышу. Съехав с проломленных перед поворотом на небольшом мостике рельс и изогнувшись при падении, он образовал своеобразный полукруг, смотрящий прямо на нас. Который в итоге и облюбовала банда.

Было их примерно сто двадцать человек. Это так — навскидку. По моим подсчетам, там было двадцать три ярко одетых одарённых, среди которых несколько фигур поменьше и потоньше. То ли юношей, то ли вообще женщин, которые жестокостью своих поступков могли дать фору любому из мужиков.

Остальные явно простецы, так называемые лихие люди. Либо запуганные и собранные бандой, либо самостоятельно присоединившиеся к ней, ведь с чародеями и в лесу жить можно. В любом случае это были если и воины, то из разряда «навались толпой с дубинами на раненого и безоружного». А в остальном подай-принеси, которых кинут на растерзание чудовищам в тот самый момент, когда банда решит перейти на новое место, опасаясь неминуемого возмездия ближайшего полиса. Ведь, по сути, эти смертники, как говорил лектор, нужны разве что для обустройства и функционирования временного лагеря и переноски добычи… Вот только я на слово не поверил в то, что столько идиотов в посадах готово рискнуть и заведомо проиграть, идя под руку ренегатам, которым они нужны только как временные помощники.

Сейчас вся эта толпа обустраивала временную стоянку, но большая часть её занималась тем, для чего их и собрали, потрошила основной состав, в котором ехали и везли грузы простецы. В то же время их разодетые, крашеные товарищи-одарённые, не отвлекаясь, обыскивали жилища и хранилища перевозчиков. Полностью заблокировав чародейский «консервный» вагон, то самое место, в котором они, похоже, встретили единственное сопротивление.

У меня откровенно скрутило живот, а во рту появился вкус желчи, когда я увидел, что, помимо шокированных и раненых людей, из перевернувшегося локомотива начали выносить явные трупы. Впрочем, дело было не в самих мертвецах, я к ним уже давно привык — просто живых отводили в середину быстро появляющегося лагеря, где сортировали на мужчин и женщин. Первых сразу же заставляли раздеться и тут же убивали. Из женщин сразу резали старух, а молодых баб, девушек и даже девочек связывали и усаживали отдельно.

Но это живых, а мёртвых, как кость собакам, бросали небольшой кучке очень плохо одетых мужичков. Которые далее под смех все остальной банды начинали их насиловать, не делая различий ни в поле мёртвого тела, ни в его возрасте.

— Антон, — услышал я голос наставницы. — Спокойнее. По тебе уже пламя ползает.

— Но…

— Знаю, — как-то тепло ответила она. — Но терпи. Либо вообще не смотри. Потому как мы им ничем не поможем и даже пытаться не будем…

— Двадцать с гаком ренегатов непонятного уровня, — фыркнул я, хоть веселья на душе не было ни грамма. — Да — легко. Щас, только шнурки поглажу… Ой, а у меня их нету! Придётся вначале в Москву сбегать!

— Антон…

— Тётя Марфа, — как-то глубоко и неровно вздохнул я, успокаиваясь и вновь поднося монокуляр к глазу. — Ты, надеюсь, меня, своего ученика, за идиота и самоубийцу не считаешь?

На этот раз я даже не стал наводиться на «конченых», как я их назвал. А начал наблюдать за тем, как ренегаты выносят тела чародеев и Перевозчиков из вагонов и самого локомотива.

— В твоем возрасте, — вдруг произнесла одноглазая, — я была самой настоящей идеалисткой. Тогда мы в команде с наставником также наткнулись на спущенный с путей локомотив…

Она замолчала, а я в это время наблюдал, как трупы одарённых, которых на удивление щадящими методами добивали, если они были ещё живыми или даже слегка ранеными, складывают отдельно. А Перевозчиков просто сваливают в кучу.

— … Я была той самой «идиоткой», которая в итоге бросилась спасать «людей», — женщина, судя по звуку, усмехнулась, — а в итоге мы мало того, что еле отбились и сбежали, мною же отбитый Перевозчик всадил мне в награду в бедро волшебный нож. Так что я год после этого хромала, покуда Иван Петрович, наш кудесник… Ирий ему навсегда, не сумел подобрать цепочку глифов для артефакта, отменившего волшебное воздействие на рану.

— Идиотка бы не выросла в наставницу, которую я знаю, — буркнул я, чувствуя, как морда чуть покраснела от таких слов. — В любом случае эти парни каннибалы!

— В смысле? — видимо, одноглазая Бажова, вспоминая молодость, отвлеклась от трагедии на месте крушения. — А-а-а… Понятно. Тела перевозчиков в каком-то смысле сами по себе являются волшебными артефактами из-за внедрённых в них особым образом частей монстров…

— Поэтому они выглядят так странно… — пробормотал я. — Долговязые скрюченные горбуны…

— Частично, — ответила мне тётка Марфа. — Чистокровные, как Ольга считает…

— Ольга?

— Ольга Васильевна твоя, — усмехнулась наставница. — Так вот, они продукт принудительной эволюции и целенаправленной селекции, но есть и те, что поверглись особой операции. Всё это нужно для помещения в тело волшебных инсул…

— В смысле… — переспросил я, потому как точно знал, что инсула — это на грекоримском многоэтажный дом.

— Так называются особые полости в телах Перевозчиков, которые заполняются смесью из ингредиентов, полученных с монстров, внутри которых находятся особые волшебные капсулы с очень маленькими механизмами, — терпеливо объяснила тётка Марфа. — В любом случае эти уроды сейчас вырезают и жрут печень или сердца?

— Вроде печень… — ответил я.

В монокуляр наблюдая, как, оттаскивая в сторону и раздевая один из трупов, худенький девочко-мальчик… непонятно было в гриме, кто этот ренегат на самом деле, ловко вонзил пальцы и ладонь в плоть под правыми рёбрами и, вырвав что-то из мерзко выглядевшего долговязого трупа, начал жадно поглощать кусок окровавленной плоти.

— Ренегаты получается из секты «Колючего вьюна». Либо «наши», московские, либо из Хёльмгарёра, — задумчиво констатировала наставница. — Как минимум костяк банды, за привычками которых вынуждены