Песнь Первого клинка - T. C. Эйдж

Еще один сложный вопрос. По правде говоря, Шаска вообще не хотела кому-то служить: она занималась этим всю свою жизнь – и к чему это привело? Но что она могла сказать? Эта женщина спасла ее и теперь дает ей возможность обрести цель. Она не могла отказаться от такого предложения.

– Надеюсь, – ответила Шаска. – Но к людям я всегда питала больше любви, чем к государствам.

– Кто-то скажет, что это мудро, кто-то скажет, что опасно. Я скажу, что это справедливо. Я готова взять тебя под свою опеку, если ты захочешь. Но не питай иллюзий: я потребую многого взамен. Идет война, но в ее тени происходит нечто более значительное. Может быть, ты сыграешь в этом свою роль. Я постараюсь, чтобы так и было.

Шаска не совсем понимала, что имеет в виду Мэриан, но по разговорам с Ранульфом догадывалась, что в мире происходит куда больше событий, чем ей известно.

– Я пойду с вами, – тихо произнесла она, вглядываясь в темноту леса. – Вы спасли мне жизнь. Я сделаю все, что смогу, чтобы вернуть долг.

Мэриан остановилась и повернулась к Шаске.

– Я хочу, чтобы ты дала мне обещание, – начала она торжественно. – Ты Сталерожденная и можешь давать клятвы на божественной стали. Их нельзя нарушить, это священный обет. Ты готова дать клятву?

Шаску захлестнуло волнение.

– Да.

Мэриан снова вытащила кинжал, и он осветил все вокруг. Туман, висевший в воздухе, сразу рассеялся. Мэриан протянула клинок Шаске, и та взялась за рукоять. Девушка почувствовала, как металл передает ей свою силу. Словно старый горн разгорелся вновь, взметнулось новое пламя. Мэриан крепко сжала свободную руку Шаски и спросила:

– Ты даешь мне слово, что будешь тренироваться под моим началом, выполнять мои указания и следовать моим советам? Ты будешь упорно работать над собой, чтобы полностью раскрыть свою силу и стать защитником добра в этом мире? Я не требую от тебя сейчас никаких обещаний или клятв верности стране. Это произойдет позже, и я надеюсь, что к тому времени ты согласишься. Но сейчас не время взваливать на тебя такую ношу. – Она сделала глубокий вдох и подняла голову. – Ты обещаешь, Шаска? Ты готова поклясться на божественной стали?

– Да, – хрипло ответила Шаска, зачарованная моментом.

– Хорошо. – Мэриан затолкала кинжал в глотку ножен. – А теперь пойдем, я не откажусь от еще одной миски рагу.

Когда они возвращались в лагерь, Шаска почувствовала себя дурно, но старалась не подавать виду. Она прокручивала в голове обещание, которое дала, и пыталась понять, каким образом этот обет может вынудить ее поступиться собственными принципами. Шаска не знала, что случится, если она нарушит его. Одни считали клятву на божественной стали не более чем данью традиции, но она слышала истории о том, какие страшные вещи случались с теми, кто не выполнял своих обещаний. Шаска решила пока не думать об этом, и ее мысли вернулись к тому, откуда Мэриан узнала о ней.

– Как ты узнала, что я Сталерожденная? – спросила она как бы между делом, пока они шли, хрустя ветками, на мягкий оранжевый свет костра, мерцающий среди деревьев. – Весь этот фокус с нападением был спланирован заранее, и мне даже не хочется знать, откуда вы взяли ту сломанную повозку. – Она нахмурилась. – Хотя нет, вообще-то хочется. Вы ведь никого не убили ради нее?

– Я ее одолжила, – ответила Мэриан. – Не волнуйся, мы не убиваем невинных людей без причины. Солдат – да. В конце концов, сейчас военное время. Хотя порой это вызывает споры. – Она посмотрела на Шаску. – Готова ли ты убивать? Для некоторых это слишком серьезное испытание, и они не могут переступить эту черту. Но ты уже переступила ее однажды. Вопрос в том, сможешь ли ты сделать это снова?

Шаска поняла, что слишком устала, чтобы отвечать на такие сложные вопросы. Любой ее ответ будет иметь последствия. Эти размышления, очевидно, отразились у Шаски на лице. Мэриан натянуто улыбнулась.

– Послушай, я пока не буду требовать от тебя ответа. Но что касается твоего вопроса – у меня были подозрения, но я не знала наверняка. Мы уже несколько недель ищем людей, которые могли бы присоединиться к нам, и пару дней назад нам сообщили о служанке, которая убила лорда и скрылась где-то на севере от Двоеречья. Мне это показалось странным, и я попросила Квилтера и Рорка что-нибудь разузнать об этом. Они выяснили, что тебя схватили в Окуневой заводи и везут в Двоеречье. Но вот мастера Шектона мы найти не ожидали.

– И что? – спросила Шаска. – Это все? Как вы догадались, что я – Сталерожденная?

– Это сложно объяснить. Можно назвать это интуицией или опытом – как хочешь. В любом случае стоило проверить, к тому же, хоть мы и не солдаты, я не смогла отказаться от возможности заодно убить дюжину тукоранцев. – Она оценила реакцию Шаски. – Считаешь меня бесчувственной? Жестокой? Мы на войне, Шаска. С каждым убитым врагом становится все меньше тех, кто может причинить вред моим товарищам. Я не получаю удовольствия от этого, но таков мой долг, и я выполняю его с радостью.

– Понимаю, – медленно произнесла Шаска. – Я слышала, как некоторые из этих солдат говорили, что хотели меня изнасиловать. Мне их не жалко. Но…

– Но что?

Шаска сделала глубокий вдох.

– Их командир показался мне хорошим человеком. Он остановил остальных, сказал, что они благородные тукоранцы и не должны так себя вести. Он искренне возмутился. Это заставило меня задуматься. Может быть, он был таким же, как Оррин, мой старый хозяин. Или как Дэл. А теперь он мертв.

– Да, и, возможно, теперь он в лучшем месте – конечно, если ты веришь в подобные вещи. Но будь осторожна с такими мыслями, Шаска. Они сеют сомнения и беспокойство в душе.

Шаска устало кивнула.

– Должно быть, даже если бы ваша догадка не подтвердилась, вы бы не много потеряли.

– Что ты имеешь в виду?

– Награду. Вы могли бы выдать меня и получить вознаграждение. Думаю, за мою голову обещают немалую сумму.

– Весьма немалую, можешь собой гордиться. – Мэриан улыбнулась, в уголках губ собрались мелкие морщинки. Судя по всему, ей было чуть больше сорока.

«Скольких она обучила? – мимоходом подумала Шаска. – А скольких убила?»

– Я бы никогда не допустила такого, – твердо сказала Мэриан. – Даже если бы ты не подошла, я бы все равно взяла тебя с собой. В Тукоре тебе не будет жизни, да и в Вандаре тоже. Мы часто отправляем девушек в Расалан – даже если они не подходят для обучения, – чтобы они