Воительница - Елена Александровна Тимофеева

На полу валялись пустые плащи, а ей улыбался живой и невредимый ученик магистра. Напряжение отпустило, принцесса разом обмякла, слабые ручки дрогнули, и тяжёлый камень упал, зацепив по ноге Арефу. Юный герой завопил и заплясал на одной ноге, растирая ушибленное место.

– Арефа! – принцесса бросилась на шею храброму воину, едва не сбив его с ног. Он, забыв о боли, схватил её в объятия, прижал к себе.

– Это ты, Тея! Ты спасла меня! Когда зеркало разбилось, они исчезли! Без тебя бы я погиб! – Арефа коснулся её щеки, потянулся губами к её губам. Девушка неловко подалась назад, и каменная плита, на которой они стояли, с грохотом осела вниз, увлекая их за собой.

Демиру нашли быстро. Арий Конрад чувствовал её, и вскоре вывел Ливия в большую подземную залу. В доспехах, во всеоружии, воительница висела, прикованная толстой цепью к каменному жертвеннику, испещрённому незнакомыми символами и пребывала в беспамятстве.

– Знаки Ормузда, – Арий Конрад с плохо скрываемым отвращением провёл рукой по выбитым на камне символам.

Ливий изумлённо смотрел на Демиру.

– Но как? – выдохнул он. – Она сильный воин, она вооружена, как она могла позволить приковать себя к этому камню?

– Грёзы, – холодно усмехнулся магистр, – я предупреждал: не доверяйте странным голосам и призрачным видениям. Она сейчас в другом мире.

И Демира была в другом мире. Где трещали поленья в очаге, пахло свежим хлебом, шумел ветер за окном, лилась длинная некрасивая песнь о злобном тролле. И тих и покоен был мир тот, и разве верилось, что он способен убить её?

– Ну что стоим-то? – Ливий вынул из ножен меч и шагнул к пленнице.

– Тихо! – Арий Конрад схватил его за руку.

Вор замер, прислушался. Ему показалось, что где-то вдали слышится лёгкий скрежет, перешёптывание, тихое позвякивание, стук…он ширится, растёт…

– Что там? – быстро спросил Ливий.

– Местные жители! – иронично усмехнулся магистр. – К бою!

Они встали спина к спине, приготовились к обороне. Неприятный скрежещущий звук нарастал, приближался.

Стены, будто живые, зашевелились, из них полезли странные серые человечки, маленькие, росту едва с восьмилетнего ребёнка, все из круглых камней – туловище, голова, руки, ноги. Человечки бросились в атаку с удивительной быстротой, стараясь поразить противника ударом длинного, острого каменного кинжала.

Мир детства, куда унесли Демиру зловещие грёзы, стал блекнуть, таять. Она очнулась от тяжелого сна, ощутив сначала спиной холод и твердь стены, потом боль в руках от цепей. Открыла глаза и увидела бившихся с армадой каменных карликов того, кто когда-то спас её от смерти, и того, кто привёл её сейчас на верную гибель.

Эхо повторяет лязг мечей в подземелье, и один за другим каменные воины рассыпаются прахом под метким ударом стального клинка. Ливий прорывается к пленнице первым, рубит мечом цепи, подхватывает её, обессилевшую, на руки, бурчит досадливо:

– Как так тебя угораздило, Демира?

Она прячет виноватый взгляд.

– То Борео был…

– Ладно, – магрибский вор ставит её на пол, – наперёд гляди в оба! Магистр! Дальше куда топать?

Арий Конрад разбивает мечом на осколки последнего противника. Останавливается, оглядывается, вслушиваясь.

– К стене! – кричит, и Ливий рывком отбрасывает свою подругу в сторону, вжимает в камень, закрывая её сильным телом.

Потолок обрушивается вниз, взметая тучу густой пыли. Ливий со смехом пихает Демиру пузом.

– Как в старые добрые времена, – бурчит ей в ухо, – глянь-ка! – ахает он. – Голубчики мои!

Отряхиваясь от каменного крошева, с пола поднимаются Арефа и принцесса.

– Да где же это вы бродили, миленькие? – ехидно интересуется вор. – Небось, поистёрли себе всё, а?

– Дурак, – Тея Ирис потирает ушибленное плечо, – там был зеркальный зал и воины в чёрных плащах…

– Зеркальный зал? – магистр удивлённо приподнимает бровь, пересекается взглядом с Арефой и одобрительно кивает, всё понимая.

– Пошли уже, – требует нетерпеливо Ливий, – и предупреждай в другой раз, если что такое, понял?

– Понял, – согласно кивает Арий Конрад и орёт, – бежим!

И не задавая вопросов, они бросились бежать, что было сил а позади них рушились стены, падал потолок, оседал вниз пол.

– Быстрее! – гремел голос магистра. – Сейчас всё здесь уйдёт под землю!

– А мы-то где? – буркнул на бегу Ливий. – Тут, как в жопе, темно!

– Где ты только не был! – усмехнулся Арефа.

– Но почему так темно? – задыхаясь от быстрого бега, прокричала принцесса. – Это же гора Ангела Света!

– Абсолютный Свет – это абсолютный Мрак, дитя неразумное, – снисходительно отозвался магистр.

Голос его звучал ровно, будто он и не участвовал в этой бешеной гонке. «Дитя неразумное!» Как Демире говорил когда-то.

Грохот позади стоял невообразимый, пол уходил из-под ног. Резкий поворот, новый коридор, проскочили его, ещё один поворот, и ослепительный свет навстречу! И серые каменные карлики, возникнув из ниоткуда, сгрудившись плотно, перекрывают путь на свободу.

– О нет! – вздохнул, останавливаясь, Ливий, и отцепил от пояса булаву. – Опять эти шустрые парни!

Глава 13Козни Белой Пустыни

– К бою все! – прогремел приказ Арий Конрада.

И бились люто. Каменные фантомы стремились задержать путников во что бы то ни стало, а позади рушились извилистые коридоры, уходили под землю, и бой шёл на кромке, на краю обрыва. Принцесса набрала камней и, прячась за спинами Арефы и Ливия, с воинственными криками бросала их в головы серых карликов. Порою и попадала. Человечки бесновались от злости, но достать дерзкую девчонку не могли.

Как у них вообще головы-то держались, на чём? Они будто снеговики были, только из камня. Подвижные, руки, ноги, голова, живот, туда-сюда катаются, но от удара меча рассыпались и уже не могли собраться воедино. Земля уходила из-под ног, и темп битвы всё убыстрялся, пока последний каменный карлик не ссыпался на пол серым крошевом. Путь из горы был свободен.

– Скорее! – прокричал Арий Конрад.

Выскочили наружу и помчались вперёд, щурясь, закрывая глаза, ослеплённые после тьмы подземелий солнечным светом. А потом задрожала, загудела земля, и удар страшной силы швырнул их на песок, оглушив, сковав тело.

Кашляя, превозмогая боль в голове, поднялись на ноги и, обернувшись назад, увидели, как с быстротой молнии исчезают в жёлтом песке последние вершины Серых Скал. А впереди, волнистой линией, будто морская гладь, простиралась так далеко, как только хватало взгляда, пустыня.

Бесконечная, незыблемая, под низко нависшим над ней красным солнцем. Она свернулась кольцами змеи, пристально следила за каждым движением путников, слушала их дыхание. И песок всюду – был белым.

– Белая Пустыня Яхтан, – улыбнулся Арий Конрад, стряхивая пыль с плаща, – мы почти у Цели.

Тея Ирис подбежала, гневно сверкая васильками глаз, и вцепилась ему в грудь.

– Ты что, ополоумел, Арий? – завизжала она, пытаясь встряхнуть