Хранительница замка - Райан Гродин

– после горных драконов она открыла охоту на меня. Ни объявления, ни собеседований, ни договоров о проживании и питании. Она захватила мою силу, и все. Долгие годы я был связан с нею. Если бы не Селестиус Селурдур и остальные трое, я бы до сих пор не освободился.

Что ж, это многое объясняло. Почти все, кроме того, каким образом этот великий лесной дух оказался здесь.

– А почему, когда Эпоха теней закончилась, ты не вернулся в свой лес? – не оставала Фэй.

В гнетущей тишине Пак сделал еще несколько шагов, а когда заговорил, голос его прозвучал непривычно резко.

– Он исчез. Сгорел дотла. Связав меня, Сумеречная королева воспользовалась моими собственными силами и разожгла огонь… Я остался без дома. Великое ничтожество… А потом Селурдур предложил меня приютить.

Балки над головой мерцали, и Фэй с легкостью представила себе языки пламени. К тому же эту историю она уже слышала. В рассказе отца, том, который заставляет иву лить слезы, говорится о Паке.

– Почему ты мне об этом не рассказывал? – удивилась она.

– Ты не спрашивала, – ответил кот.

– А мне почему не рассказал? – рядом появился волшебник Запад.

– В твоем приветственном соглашении на проживание есть целая глава о том, кто я и откуда. Ты же читал это соглашение, верно?

Щеки волшебника Запада засеребрились – так у призраков проявляется румянец.

– Я… возможно, что-то упустил. В свое оправдание скажу, что там упоминается несметное количество волшебников Западов! И номера их не указаны. Голова кругом идет! И так больше тысячи страниц.

– Но у тебя было двести пятьдесят с лишним лет! – нахмурился кот.

– А вот папе ты рассказал, – догадалась Фэй.

– Ага. Ну, Торн и сам много чего знает. Он понял, кто я такой, едва я подошел к твоей колыбельке. И я тоже его узнал. Зеленые пальцы, тележка, полная сборников заклинаний…

Такое объяснение само вызывало вопросы, но задать их Фэй не успела. Повернув за угол, они очутились в помещении с округлыми стенами. Эта часть подземелья располагалась глубже остальных, глубже, чем любые другие комнаты замка. Фэй не удивилась бы, окажись капающие с потолка капли водой из бассейна. А может, это просто пепельный чай. Стекал он в колодец посреди подземелья.

Значит, вот куда все уходит. Фэй заглянула в яму и содрогнулась. Исчезая, капли не издавали ни звука – их точно проглатывала бездонная темнота. Может, так оно и было…

– Подальше от края! – предупредил Пак, когда в помещение вошли все остальные.

– Сумеречная королева там, внизу? – спросил Брайс Борзопёр у волшебника Запада.

– Э-хм, нет… – тот вопросительно посмотрел на Пака.

– Нет, – уверенно ответил тот, – Сумеречная королева заточена в Ретнеке, под горой. Когда все замки в порядке, королеву удерживают четыре мощных заклинания. Представьте четыре магических стены, которые на протяжении нескольких тысяч лет давят на нее со всех сторон. А теперь представьте, будто в одной из этих стен появилась трещина. Именно это и произошло с Селурдуром в ночь, когда волшебник Запад умер. Сюда проникла магия Сумеречной королевы, – кот кивнул на ползущую по стенам темную плесень, – вот она. Если заклинание Селурдура, которое спрятано в фундаменте, разрушить, магия Сумеречной королевы окончательно вырвется на свободу. Скорее всего, королева вызовет землетрясение, которое навсегда уничтожит столицу, и выберется из своей темницы под горой.

– Тогда нам лучше поторопиться, – мрачно сказал король Максимиллиан, – все здесь?

Похоже, пришли все. Пятьсот человек едва умещались в тесном подземелье – они толкались и наступали друг дружке на ноги, а волшебник Запад, чтобы не сливаться с чужими телами, парил сверху. Он демонстративно облетел помещение, осматривая яркие потрескивающие нити на стенах. Фэй подумала, что, когда заклинание еще было здоровым, оно напоминало корни дерева.

Теперь же они, скорее, походили на хвост кометы: яркая вспышка, за которой следует тьма.

– Ох! – воскликнул волшебник, глядя, как нить разорвалась, а на ее месте расползлась черная плесень. Проклятье Сумеречной королевы не знало преград. – Это ужасно. Это очень плохо. Битва с Ранкором лишь ускорила разрушение. Замок совсем обессилел.

Погасла еще одна нить заклинания.

А за ней и следующая.

Подземелье медленно, но верно погружалось в темноту.

– Значит, мы вовремя пришли! – Голос принцессы Иллиан звучал как последняя искорка радости. Сияющими глазами она посмотрела на Фэй. – Что будем делать?

Следом за принцессой к Фэй повернулись и все остальные, даже сам король.

– Я… Э-хм… – Она взглянула на волшебника Запада. Призрак пожал плечами:

– Я никогда еще не осуществлял совместных заклинаний!

Вообще-то Фэй тоже. Впрочем, бывали моменты в лесу, когда они вместе с папой пытались вернуть к жизни побитые морозом саженцы. «Давай подарим им несколько солнечных лучей», – говорил Торн Гарднер и протягивал дочери руку. Слово «заклинание» он никогда не произносил. И в «Заметках о природной магии» оно тоже не использовалось. Однако старые садовники, очевидно, знали, о чем говорят. Силы одного человека достаточно, чтобы оживить листья. Двое способны вдохнуть жизнь в ветви, но для этого надо взяться за руки, чтобы магии было поровну у обоих. Чтобы возродить умершие корни, трое или больше человек должны встать вокруг корней.

Селурдур ведь тоже почти как дерево, верно?

– Надо взяться за руки, – сказала Фэй, – и… и выстроиться в круг.

Почти все так и сделали, и Фэй обнаружила, что держит за руку Вэнса Грейвсворта. Ладонь у него вспотела, но он крепко держал руку Фэй, явно намереваясь исправить свою первую ошибку. Кошечкой он ее больше не называл. Оно и к лучшему, учитывая, что Пак все слышал. Кот прыгнул Фэй на плечо.

– Скажи им, пускай повторяют за тобой, – прошептал он ей.

Она послушалась.

Заклинание, короткое и удивительно простое, звучало как стишок, который складывается, когда переешь рифмовального печенья.

Корни – вглубь, а звезды – ввысь,

Селурдур держит запад-край.

Равновесие держи,

Мрак кромешный отгоняй.

Ничего не произошло. Колодец остался темным, а заклинание фундамента по-прежнему дрожало. Фэй почувствовала, как руки у нее тоже дрожат. А вдруг не сработает? Что, если Сумеречная королева освободится и все уничтожит?

– Попробуй еще раз! – посоветовал волшебник Запад.

Фэй снова потянула всех за собой. На этот раз их слова звучали громче. Увереннее. Когда она произнесла последнюю строку, что-то вспыхнуло, перескочило с ее пальцев на руку Вэнса, через него передалось Рене, а от той – Аргону. Волосы у него встали дыбом, но искра тут же перескочила к следующему. Двигаясь по кругу, она словно набирала силу. К Фэй огонек вернулся настолько окрепшим, что даже шерсть у Пака заискрилась.

– Отлично! – воскликнул кот. –