Хроники Аластора 1-3 - Джек Холбрук Вэнс

– Будучи опытными и беспристрастными муниципальными служащими, эти господа утверждают, что я вступил в заговор со старментером Сагмондо Бандолио. Они считают, что собранная мною сумма выкупа продолжает оставаться в моих руках. Мне остаётся только усомниться в собственной невиновности. Не мог бы ты развеять мои сомнения?

– По-моему, за деньги вы готовы делать все, что угодно, только не рисковать, – поделился мнением Глиннес.

– Это не совсем то, что я имел в виду. Ты объяснил посыльному, как ко мне проехать? А вечером, когда ты познакомился у меня с Рилем Шерматцем, ты видел, что мой телефон был выключен?

– Так оно и было, – кивнул Глиннес.

Главный констебль Филидиче мягко произнёс:

– Уверяю вас, Джанно Акадий, мы пришли к вам главным образом потому, что нам больше некуда идти. Деньги были у вас в руках, а потом исчезли. Бандолио не получил выкуп. Его показания подтверждены энцефалографическим детектором лжи. Более того, он ведёт себя на удивление откровенно и дружелюбно.

Глиннес спросил:

– Как, по словам Бандолио, было организовано всё это предприятие?

– Самым любопытным образом! Бандолио установил связь с фанатически осторожным человеком – выражаясь вашими словами, с человеком, за деньги готовым делать всё, что угодно, только не рисковать. Этот человек задумал и организовал проект. Бандолио получил от него сообщение по каналам, известным одним старментерам. То есть, скорее всего, сообщник-организатор – назовём его «господином Икс» – сам является старментером или пользуется услугами помощника-старментера.

– Общеизвестно, что я не старментер! – заявил Акадий.

Филидиче многозначительно кивнул:

– Тем не менее можно допустить исключительно в качестве гипотетического возражения, что среди ваших многочисленных знакомых может оказаться старментер или бывший старментер.

Акадий не совсем понимал, к чему клонит главный констебль:

– Предположим, всё возможно.

Филидиче продолжал:

– Получив сообщение, Бандолио договорился о встрече с «господином Икс». Условия встречи были тщательно оговорены – каждый из них не доверял другому. Они встретились неподалёку от Вельгена, в темноте. При этом на «господине Икс» была маска игрока в хуссейд. План организатора отличался предельной простотой. Он гарантировал, что во время игры в хуссейд богатейшие люди префектуры займут места в одной и той же секции стадиона. Это нетрудно было устроить, разослав богачам почётные приглашения с бесплатными билетами. «Господин Икс» должен был получить два миллиона озолей, Бандолио причиталось всё остальное…

Бандолио решил, что план осуществим, и согласился. Дальнейшие события известны. Бандолио послал доверенного помощника, некоего Лемпеля, получить деньги от сборщика выкупа – то есть от вас, господин Акадий.

Ментор недоумённо хмурился:

– Посыльный – это и был Лемпель?

– Нет. Лемпель прибыл на космический вокзал Порт-Маэля через неделю после набега. Он не уехал – его отравили. По всей вероятности, отравитель – «господин Икс». Лемпель умер во сне, в гостинице «Приют путешественника» в Вельгене, за день до того, как стало известно об аресте Бандолио.

– То есть за день до того, как я отдал деньги, – вмешался Акадий.

Филидиче только улыбнулся:

– Лемпель не успел забрать выкуп, в этом нет никаких сомнений. Таким образом, вам известны все факты. Деньги были у вас. Лемпель их не получил. Где деньги?

– По всей вероятности, перед тем, как его отравили, Лемпель поручил перевозку денег посыльному. Следовательно, деньги у посыльного.

– Но кто он, таинственный посыльный? Некоторые лорды считают, что вы его просто выдумали.

Акадий ответил отчётливо, выбирая слова:

– Я вынужден сделать официальное заявление. Я отдал деньги посыльному в соответствии с полученными инструкциями. При этом присутствовал некий Риль Шерматц, то есть существует непосредственный свидетель передачи денег.

Доул впервые принял участие в обсуждении:

– Шерматц своими глазами видел, как деньги переходили из рук в руки?

– Вполне вероятно, что он видел, как посыльный получил от меня чёрный портфель.

Доул поиграл в воздухе длинными пальцами:

– Подозрительный человек мог бы спросить: откуда следует, что деньги были в чёрном портфеле?

Акадий холодно возразил:

– Разумный человек мог бы понять, что я не осмелился бы присвоить ни озоля из денег, причитавшихся Сагмондо Бандолио. Украсть у старментера тридцать миллионов равносильно самоубийству.

– Но к тому времени Бандолио был уже арестован.

– Я ничего об этом не знал. Можете проверить – спросите Риля Шерматца.

– А, загадочный Риль Шерматц! Кто он?

– Странствующий журналист.

– В самом деле! И где же он?

– Я видел его два дня тому назад. Он сказал, что скоро покинет Труллион. Может быть, уже улетел. Куда? Не знаю.

– При этом он – единственный свидетель, способный подтвердить факт передачи денег.

– Никоим образом. Посыльный заблудился и спрашивал, как ко мне проехать, – спрашивал Глиннеса Хульдена.

– Верно, – поддержал Акадия Глиннес.

– К сожалению, Джанно Акадий дал слишком обобщённое описание «посыльного», ничем не помогающее расследованию. – Доул иронически подчеркнул слово «посыльного».

– Что ещё я могу сказать? – развёл руками Акадий. – Это был молодой человек среднего роста, ничем не примечательной наружности. У него не было особых примет.

Филидиче повернулся к Глиннесу:

– На вас посыльный произвёл такое же впечатление?

– Точно такое же.

– И он никак не назвался, когда с вами говорил?

Глиннес попытался восстановить в памяти мимолётную встречу, затерявшуюся среди бурных событий последних недель:

– Посыльный спросил, как проехать к усадьбе Акадия… и всё. – Последние слова Глиннес произнёс торопливо, будто оборвав себя на полуслове. Подозрительный Доул сразу это заметил и подался вперёд:

– Больше ничего?

Глиннес помотал головой и решительно ответил:

– Ничего!

Доул отступил на полшага. Наступило кратковременное молчание. Наконец главный констебль Филидиче многозначительно произнёс:

– Жаль, что никто из упомянутых лиц не может подтвердить ваши показания.

Негодование Акадия вырвалось наружу:

– Не вижу никакой нужды в их подтверждении! Я отказываюсь признать, что могут существовать какие-либо сомнения в правдивости моего изложения событий!

– Если бы не пропали тридцать миллионов озолей, никто бы и не подумал сомневаться в ваших словах, – отозвался Филидиче.

– Я в таком же неведении, как и вы! – настаивал Акадий. – Надеюсь, расследование будет плодотворным и просветит всех нас.

Главный констебль удручённо вздохнул:

– Мы хватаемся за соломинку, как утопающие. Но деньги кто-то взял, они где-то есть!

– У меня их нет, уверяю вас, – поклонился Акадий.

Глиннес не мог устоять на месте и направился к выходной двери:

– Господа, желаю вам всего наилучшего. Меня ждут неотложные дела.

Констебль и следователь вежливо попрощались. Акадий проводил Глиннеса укоризненным взглядом.

Глиннес поспешно вернулся к лодке и направился на восток по Вернисскому рукаву. Потом, вместо того чтобы повернуть к себе на юг, он поспешил на север по Сарпентскому каналу и пересёк плёс Слияния, где воды Бичевы-реки смешивались с медлительным потоком Заура. Здесь Глиннес двинулся вверх по течению Бичевы. Лавируя по бесчисленным излучинам, каждые сто метров он вслух проклинал свою непроходимую тупость. Там, где Карбаш впадает в Бичеву-реку, находился Эрх – сонный посёлок,