Хроники Аластора 1-3 - Джек Холбрук Вэнс

Привязав лодку к тумбе на причале, Глиннес поздоровался с толстяком, сидевшим на завалинке у полуразвалившейся винной лавки:

– Я ищу человека по имени Джаркони – или Джарком. Вы не знаете, где его найти?

– Джаркони? Кого из них – отца? Сына? Или торговца кавутами?

– Молодого человека. На службе он носит голубую форму.

– Ага, это будет Ремо, он подрабатывает стюардом на порт-маэльском пароме. Вы его застанете, он вернулся ночью с вечерней смены. Поднимитесь по дорожке – вот туда – и загляните под большой хрустовник.

Тропа привела Глиннеса к огромному кусту, почти поглотившему хижину, сбитую из кольев и крытую связками сушёных листьев. Потянув за шнурок маленького колокольчика, Глиннес заметил выглядывающую в окно сонную физиономию:

– Кто там? Что вам нужно?

– Почиваете после трудов праведных, как я вижу, – сказал Глиннес. – Вы меня не помните?

– Помню, как же! Глиннес Хульден. Ну и дела! Одну секунду.

Завернувшись в парай, Джаркони распахнул скрипучую дверь и пригласил Глиннеса в беседку, вырубленную в толще хрустовника:

– Присаживайтесь, сделайте одолжение. Не откажетесь от кружки прохладного вина?

– Превосходная мысль! – откликнулся Глиннес.

Ремо Джаркони принёс каменный кувшин и пару кружек.

– Какая невероятная прихоть судьбы привела вас ко мне?

– Весьма любопытное обстоятельство, – ответил Глиннес. – Вы, конечно, помните, что мы встретились, когда вы искали усадьбу Джанно Акадия?

– Конечно. Я выполнял поручение одного господина из Порт-Маэля. Что-нибудь случилось? Какие-нибудь неприятности?

– Насколько я понимаю, вы должны были доставить пакет, портфель или что-то в этом роде?

– Да-да. Ещё вина?

– С великим удовольствием. И что, вы доставили портфель?

– Согласно указаниям. Адресат, надо полагать, остался доволен, потому что больше я его не видел.

– Если не секрет, какие именно указания вы получили?

– Не вижу тут никакого секрета. Адресат поручил привезти портфель в Порт-Маэль и положить его в ячейку номер 42 камеры хранения на космическом вокзале. Я взял у него ключ от ячейки и сделал всё, как он сказал. Заработал двадцать озолей практически ни за что.

– Вы хорошо помните этого господина?

Прищурившись, Джаркони поднял голову к переплетениям ветвей хрустовника:

– Не очень. Инопланетянин, по-моему, – невысокий, коренастый. Говорил и двигался отрывисто, даже бесцеремонно. Лысый, как яйцо, с роскошной изумрудной серьгой в ухе – поразительной красоты камень! А теперь настала ваша очередь меня просветить. К чему все эти вопросы?

– Всё очень просто, – не смутился Глиннес. – Адресат – влиятельный издатель с планеты Гетрин, находившийся в Порт-Маэле пролётом. Джанно Акадий торопился отправить ему трактат и забыл внести несколько важных исправлений.

– Так-так. И что теперь?

– Ничего не поделаешь. Придётся огорчить Акадия – его работа уже на Гетрине. – Глиннес поднялся со скамьи. – Спасибо за вино – мне нужно вернуться в Зауркаш… О, исключительно из праздного любопытства: вы вернули издателю ключ после того, как сдали портфель в камеру хранения?

– Нет, мне было сказано оставить ключ у заведующего багажным отделением. Я так и сделал.

Со всей возможной скоростью Глиннес нёсся на запад по узкому Нефритовому каналу – за кормой расходились и набегали на берега пенистые волны. Поливая шипящими брызгами густые поросли джердинов на мысу, он круто повернул вниз по реке Барабас и поспешил к океану, на юго-запад, замедлившись только в гавани Порт-Маэля. Молниеносно накинув на тумбу несколько витков швартова, он почти пробежал полтора километра до космического вокзала – высокого сооружения из обрамлённого ажурным чугунным каркасом стекла с зеленоватым и фиолетовым отливом древности. Космодром за вокзалом был необычно пуст – не было ни звездолётов, ни местного воздушного транспорта.

Оказавшись в здании вокзала, Глиннес не сразу привык к полусвету, из-за которого окружающее напоминало подводный пейзаж. На скамьях сидели пассажиры, ожидавшие прибытия маршрутных аэробусов. Возле отгороженного помещения для выдачи багажа за низким прилавком сидел служащий. Рядом в несколько рядов выстроились ячейки платной камеры хранения.

Прогуливаясь по залу ожидания, Глиннес подошёл поближе к камере хранения, чтобы разобраться в её устройстве. В открытых дверцах свободных ячеек торчали вставленные в замки магнитные ключи. Дверца ячейки номер 42 была закрыта. Покосившись на склонившегося за прилавком служащего, Глиннес тихонько дёрнул за ручку – дверца не шелохнулась.

Дверцы, изготовленные из прочного листового металла, были плотно пригнаны, а стенки ячеек так же плотно прилегали одна к другой. Глиннес опустился на ближайшую скамью.

Требовалось оценить несколько вариантов. Камерой хранения пользовались немногие. В секции насчитывалось пятьдесят ячеек, из них только четыре были закрыты. Следовало ли рассчитывать на то, что в ячейке номер 42 всё ещё лежал чёрный портфель? По мнению Глиннеса, для этого были все основания. Лысый коренастый субъект, нанявший Джаркони, очевидно, был не кто иной, как Лемпель. Лемпель умер в гостинице, во сне, то есть прежде, чем успел забрать портфель из камеры хранения… Скорее всего.

Как открыть ячейку номер 42? Вот в чём вопрос.

Глиннес следил за заведующим багажным отделением – мелковатым чиновником с редкими седеющими рыжими волосами и длинным шмыгающим носом. Всем своим видом заведующий выражал неутомимое усердие и непробиваемое упрямство. Обращаться к этому олицетворению крючкотворства за помощью или искать у него сочувствия было немыслимо.

Глиннес поразмышлял ещё пять минут, потом поднялся на ноги и снова приблизился к секции ячеек. Бросив монету в прорезь ячейки номер 30, он закрыл дверцу и вынул ключ.

Подойдя к служащему, он положил ключ на прилавок. Чиновник привстал:

– Чем могу служить?

– Будьте добры, придержите ключ до моего возвращения, – сказал Глиннес. – Не хотел бы носить его с собой по городу.

Служащий взял магнитный ключ.

– Когда вы намерены вернуться? Некоторые оставляют ключи, а потом их не дождёшься.

– Я пробуду в Порт-Маэле не больше двух дней. – Глиннес продвинул по прилавку монету: – Большое спасибо.

– Спасибо вам! – Чиновник открыл ящик и бросил ключ в одно из небольших отделений.

Глиннес отошёл подальше и уселся на скамью в зале ожидания, откуда он мог наблюдать за заведующим.

Прошёл час. На космодром опустился аэробус, следовавший до мыса Флори. Прибывшие пассажиры выходили в зал, уезжавшие вставали и шли к аэробусу. У помещения для выдачи багажа выстроилась очередь. Заведующий вышел из-за прилавка и развил бурную деятельность, проверяя билеты и следя за тем, чтобы никто не получил чужой багаж. Глиннес не спускал с него глаз. Следовало ожидать, что, непрерывно бегая туда-сюда и проверяя наклейки на чемоданах, чиновник рано или поздно ощутит потребность посетить туалет. Не тут-то было! Когда ушёл последний пассажир, заведующий налил большую кружку холодного чая, залпом выпил её и снова наполнил. Посидев несколько минут с кружкой в руке, он вернулся к выполнению своих обязанностей за прилавком. Глиннесу оставалось только набраться терпения.

Мало-помалу Глиннес впал в состояние сонного отупения. Люди входили и выходили, вставали