Время туманов - Ален Т. Пюиссегюр

Ковен взглянул на Убара с восхищением. Какое чувство юмора! Какое присутствие духа! Вот на кого можно опереться в трудные времена.

– А здесь, у нас в самом деле ничего не произошло? – упрямо добивалась своего Брайна.

– Ничего существенного. Правда, ходили слухи, будто рукокрылые выползали из Сумрачного леса, и в ближайшее время состоится дипломатическая встреча между ними, альфарами и орденом Благого Знания.

– И это ты называешь несущественным?

– Потому что слухи так и не подтвердились. Извини, возможно, я неправильно выразился. Я из кожи вон лез, чтобы узнать новости у Бийорны, но она просто чудовище. Молчит как рыба!

– Ты разговаривал с Бийорной?

– Ну да. И не я один. Рыси тоже пытались выяснить хоть что-то. И тоже вернулись ни с чем.

– Что же всё-таки она тебе сказала?

– Ничего. Просто напевала себе под нос и поливала цветочки. Будто я стал невидимкой, честное слово! Похоже, она слегка того, не в себе.

– Прояви уважение! Она спасла от туманного узла всех нас и замок тоже, – напомнил Лексиос.

– Вот поэтому я к ней и обратился. Ясно же, что ей много чего известно.

– Может, мы попробуем с ней поговорить? – предложил Ковен.

– С чего вдруг у вас получится лучше, чем у меня?

– У меня с ней сложились хорошие отношения, – сказал Ковен. – В замке Зловест она подарила мне блуждающий огонёк для заклинания призыва. Я ей напоминаю какого-то старинного друга.

– Понял, – произнёс Убар и задумался. – Постарайся узнать побольше о рукокрылых. И о Туманном море.

– Мы ещё успеем навестить её до ужина, – сообщил Лексиос, взглянув на мнемометр, висевший на цепочке на его летающем рюкзачке.

Сгущались сумерки, в школе царили покой и тишина. Школяры и подмастерья после уроков разбрелись кто куда. Одни уже отправились на Насест отдыхать, другие сидели в большом зале или в книгохранилище. Проходя мимо окон третьего этажа, друзья увидели, что многие воспользовались хорошей погодой и мирно гуляют в парке, правда, не слишком удаляясь от крыльца.

– Пропустите! Пропустите! – послышался скрипучий голос.

Два автоматона тащили уснувшую бродячую жаровню, медленно и аккуратно спускаясь по лестнице.

Жаровен в замке стало заметно меньше. Большинство заранее спустились вниз и приготовились к летней спячке. Но иногда случалось, что молоденькая жаровня засыпала прямо на ходу в коридоре, и тогда приходилось относить её в подвал на руках.

На первом этаже в коридоре, ведущем к большому залу, им встретилась Дареза. Все смутились и сделали вид, будто не заметили друг друга. А потом догадались, что идут в одном направлении. У входа в подземелье Брайна спросила:

– Куда собралась, Дареза?

– Это вы куда собрались?! – возмутилась лесная кошка. – Следите за мной?

– На кой ты нам сдалась? Век бы тебя не видели! Мы хотим навестить Бийорну.

– Я тоже иду к ней.

– Зачем? – сыграл на кантеле Лексиос.

– Тебя не касается.

– От благодарности ты явно не умрёшь, – фыркнула Сирения.

Дареза молча стала спускаться по ступенькам, уходящим в темноту. Друзья поневоле последовали за ней, огорчённо переглянувшись и сохраняя дистанцию. В широком коридоре подземелья Ковен почувствовал, что лесная кошка на него смотрит.

«Она тебя в чём-то подозревает», – сообщил Черномордик.

«Подозревает? В чём? С чего вдруг?»

В конце концов, он всё-таки спросил с раздражением:

– Чего уставилась?

– В школе ходят слухи, будто во время практики ты убил лихо, – сказала Дареза.

– Это чистая правда, – парировал Лексиос.

– А вранья поубедительней придумать не мог?

Ковена впервые абсолютно не задели её слова. Кто такая Дареза по сравнению с лихом, триллами, Туманным морем? Да её бы здесь не было, если бы они не спасли её из лимба.

– Эх, Дареза, плевать с высокой колокольни, веришь ты мне или нет!

Дареза по-прежнему не отводила взгляд, скептически морща нос.

– И как тебе удалось с ним справиться? – спросила она.

В её глазах внезапно вспыхнул интерес.

– Думал, зверюга шкуру с меня спустит. Чуть не помер там, – признался Ковен и показал шрам на боку.

– Значит, охота была удачной. Тебе повезло.

«Неужели Дареза растаяла?» – не поверил своим ушам Черномордик.

«Возможно, охота на чудовищ – единственное, что её интересует по-настоящему».

– Вы это слышите? – спросила Сирения, остановившись.

– Надо быть глухим, чтоб не услышать, – буркнула Дареза.

Из глубины доносились странные звуки. Будто протяжное гудение ветра, приглушённое и печальное.

– Что это может быть?

– Почему ты на меня смотришь? – ущипнул несколько струн Лексиос и скосил глаза на лесную кошку. – Я музыкант, а не вещун.

Мелодия набегала и отступала, подобно морскому прибою. Ничего подобного прежде они не слышали.

– Это Бийорна играет на своём музыкальном инструменте, – догадался Ковен.

Музыка сопровождала их до приоткрытой деревянной двери. Тонкие зелёные щупальца растений обвивали порог.

– О, не-е-е-т, – простонала Сирения.

Ковёр, по которому они только что прошли, залила вода.

В воздухе запахло сыростью. Запах был не таким острым, какой оставили после себя рукокрылые, но в нём тоже чувствовалась морская соль.

Бийорна просунула голову в дверную щель и задала вопрос, который вызвал удивление даже у Дарезы.

– Есть здесь кто? – спросила она негромко с досадой, что её музыку прервали.

И через несколько секунд воскликнула:

– Демоны водяные!

Глава 24

Отголосок прошлого

Друзья нырнули в щель следом за исчезнувшей Бийорной. И угодили всеми лапами в лужи, в которых был весь каменный пол. В один миг они словно бы оказались где-то очень далеко от замка.

Зрачки у них расширились, привыкая к полутьме, рты раскрылись от изумления.

«Мы внутри тюльпана», – подумал Ковен.

Комната, куда они вошли без приглашения, действительно походила на цветок. Круглая, с атласными стенами-лепестками, смыкавшимися наверху с изяществом бутона, который только собирается раскрыться. Вместе с тем она была просторной. В ней поместилась бы добрая треть Насеста.

Бийорна сидела посреди небольшого бассейна и играла на своём необычном духовом инструменте. Зеленоватая вода, усеянная причудливыми сине-зелёными лотосами, доходила ей до середины объёмного живота. Из-за движений Бийорны вода колыхалась и набегала волнами на ступени полукруглой лестницы, ведущей в бассейн.

Серебристые отблески играли и мерцали повсюду. Ложились на плотный бархатный мох, высокие резные папоротники, изящные лианы. Вьющиеся растения оплетали прямые стебли, внизу фосфоресцировали невиданные грибы, летали светлячки.

Сверху струился небольшой водопад. Его вода питала растения и наполняла бассейн.

Сирения закрутилась волчком, в ужасе от половодья.

Бийорна, самозабвенно погружённая в музыку, не замечала их присутствия.

– Мадам! – окликнула её Дареза, не смущаясь тем, что прервёт её.

Но музыка по-прежнему лилась, заполняя пространство, лаская слух. Различить отдельные ноты в общем потоке не