Мастер алхимии - Александр Гросс

Оставшуюся часть смены мы просидели в полном молчании. Каждый из нас думал о своем, и только редкий треск прогорающих углей нарушал тишину ночного леса. Когда наконец пришло мое время отдыхать, я осторожно разбудил Торина и без лишних слов завалился на свое место.

Сон навалился мгновенно, тяжелый и без единого сновидения. Усталость последних дней и действие выпитого зелья сделали свое дело, окончательно отключая меня от реальности. Последним, что я запомнил, был едва уловимый запах хвои и далекий, едва слышный вой какого-то лесного хищника.

Глава 17

Утро выдалось на редкость бодрым. Я чувствовал себя просто невероятно, будто наконец отоспался после тяжелой недели. Единственное, что по-настоящему донимало, так это дикий голод.

Все это наверняка из-за вчерашнего зелья регенерации. Еще вечером руки гудели после тренировки с копьем, а сейчас, после короткого сна, они были как новенькие. Это не могло не радовать.

Каких-то других физических изменений я в себе не обнаружил. Горы мышц не выросли, а жаль. Но оно и понятно, за одну тренировку достойный результат не получишь.

Благо к моему пробуждению Ларк уже вовсю готовил еду. Стоило мне окончательно прийти в себя, как в руки сунули тарелку с похлебкой. Она уже порядком надоела, но в походе на большее рассчитывать не стоило.Это в городе я смогу выбирать меню, а тут ешь что дают. Зато голод она убивала идеально.

— Произошло что-то интересное, пока я дрых? — спросил я, активно работая ложкой.

— Нет, — отозвался Торин. — Тварь больше не появлялась. Скорее всего, сил набиралась, чтобы продолжить охоту сегодня.

— Думаешь, она так и будет плестись за нами? — Ларк с опаской покосился на заросли, сжимая ложку так, будто это рукоять меча.

— Конечно. Эта зверюга сообразила, мы добыча легкая. Она просто ждет удобного момента для нападения. Так что всю дорогу держим ухо востро.

Закончив со сборами, мы затушили костер и двинулись в путь. Я шел первым, крепко сжимая копье перед собой и готовясь отразить атаку глотарха в любую секунду.

— Следы, — выдохнул Ларк, едва мы выбрались из зарослей.

Весь участок между кустами оказался усеян отпечатками с четырьмя подушечками. Лапы зверя расходились вправо и влево, описывая четкий круг вокруг нашей стоянки.

— Всю ночь выискивал возможность подобраться, — констатировал Торин.

— Он вообще не спал? — Ларк сглотнул, нервно поправляя лямку тяжелого рюкзака.

— Пару часов вздремнул, таким тварям больше не надо. Особенно когда рядом бродит свежее мясо, — Торин присел на корточки, касаясь пальцами примятой травы. — Видишь, здесь ямки глубже. Он замирал, высматривая нас и поджидая удобный момент.

— Хорошо, что дежурили по двое. Не дали этой гадине шанса напасть, — с облегчением отозвался Ларк.

— Нам по-прежнему нельзя расслабляться, — поспешил предупредить Торин, пока мы окончательно не размякли. — Скорее всего, зверь уже выспался и кружит где-то поблизости. Так что смотрим в оба и сразу даем знать, если заметите хоть что-то подозрительное. Ясно?

Мы с Ларком переглянулись и синхронно кивнули, подтверждая готовность соблюдать максимальную осторожность.

Вваливаясь в очередной куст, я вполголоса проклинал того, кто вообще придумал в этом мире такую растительность. В прошлой жизни я выбирался в лес всего пару раз, но те места казались куда более приветливыми и свободными.

Здешняя чаща состояла из плотных рядов деревьев, пространство между которыми было забито колючими зарослями. В первые дни под руководством Алана мы еще умудрялись обходить такие дебри, но Торин в ориентировании был слабоват. Он вел нас почти на ощупь, просто указывая направление, из-за чего мне то и дело приходилось продираться сквозь очередные ветки.

Ко всему прочему, каждый раз было по-настоящему жутко выходить с другой стороны куста. Я постоянно ожидал увидеть там какого-нибудь свирепого зверя, готового разорвать меня в клочья за пару секунд.

Только редкие крики птиц не давали окончательно сойти с ума в этой бесконечной зеленой глуши.

Так мы мучились до тех пор, пока наконец не выбрались на более-менее чистый участок. Здесь из препятствий остались только выпирающие корни да низкие ветки. Путь по-прежнему нельзя было назвать приятным, но это все равно казалось райской прогулкой по сравнению с тем, через что мы продирались раньше.

— Торин, а вы часто вообще в такие дебри забираетесь? — спросил я, решив побольше выведать об их ремесле.

— В местах, где пройти легко, уже давно все ценное подчистили. Так что ради нормальных заказов волей-неволей приходится забираться в самую глушь, — отозвался Торин, налегая плечом на очередную упрямую ветку.

— А когда караваны охраняете, тоже так мучаетесь? — полюбопытствовал я, вытирая пот со лба.

— Ну ты загнул! — Торин коротко хохотнул. — На охране мы обычно гуляем по протоптанным торговым маршрутам, чинно и благородно. Мы же не дураки какие-то, чтобы с гружеными телегами по кустам продираться. Там работа спокойная: сидишь себе в седле да по сторонам поглядываешь. А вот такие вылазки за ресурсами — это всегда грязь, пот и колючки во всех местах.

Справа кусты резко шелохнулись. Я моментально замер на месте, разворачивая корпус в сторону шума.

Ларк в этот момент смотрел в другую сторону и не заметил моей остановки. Он по инерции врезался мне в спину, но, быстро оценив мою боевую стойку, сделал пару шагов в бок, прячась за моим плечом.

— Там, кажется, кто-то есть, — проговорил я вполголоса, не сводя взгляда с подозрительных зарослей.

— Уходим, — коротко бросил Торин, указывая направление в обход.

Мы медленно двинулись в сторону, продолжая следить за затаившимися кустами и ожидая атаки в любую секунду. Порядка получаса мы шли в полном напряжении, кожей чувствуя возможную угрозу. Но в итоге все обошлось, и лес снова стал спокойным.

Трудно сказать, что за зверь там прятался. Может, это был наш старый знакомый хищник, а может, какой-то мелкий и безобидный зверек, который сам испугался нас до смерти.

Впрочем, на кухне я всегда следовал золотому правилу: если от мяса странно пахнет, не надо пробовать его на вкус, чтобы убедиться, что оно протухло. Так и здесь. Лучше перебдеть и вовремя уйти, чем самому стать основным блюдом в меню какого-нибудь лесного гурмана.

На себе я постоянно ловил чей-то чужой, враждебный взгляд, но никак не мог понять, откуда именно за нами следят. Приходилось мириться с этим нервным чувством и то и дело оглядываться