Змееловы из Парансана - Ася Фуллер

Следопыты приносили новости одна хуже другой: у главных городских ворот находили частички змеиной чешуи. Прошла неделя, и пограничникам запретили спать больше четырех часов в сутки. Парни лежали в кроватях по очереди. Кого-то от усталости вырубало. Риви всю ночь глазел в белый потолок, по которому ползли ломаные трещины, и прислушивался к дрожи.

К утру казалось, что тело мелко потряхивает вместе с полом и стенами.

Вот и к Минхи Риви пришел, протирая глаза и пошатываясь.

– У меня мало времени, господин Сон, – торопливо сказал он. – Возьмите панино, – и протянул Минхи упакованный в бумагу длинный бутерброд с сыром.

– У меня времени меньше, лейтенант Риви. Меня казнят. А жителей Реджо, вероятно, съедят голодные змеи.

– Идите в задницу, господин Сон. – Риви выругался. – Никого не съедят. У нас пока есть погранслужба.

– Ваша погранслужба ищет не там, лейтенант Риви.

– Что?

– Я слышу их голоса. Вас застанут врасплох, лейтенант Риви. И вы умрете. Уже сегодня. Может, часа через четыре. Может, и шесть. Конечно, если бы я прислушался, я бы мог сказать точнее, – произнес Минхи.

– Прекратите меня запугивать.

– Я не запугиваю вас, лейтенант Риви. Зачем мне это? Дикий Дилдо, болтавший о вас на рынке, ни в чем не соврал. Вы хороший человек. Я доволен своим последним желанием. Разве что… Жаль, что мы так и не сыграли в го.

– Простите, господин Сон. – Риви покачал головой. – Я не сплю несколько ночей подряд. Кажется, я могу упасть в обморок. Мы можем сыграть, но вряд ли у меня выйдет хорошо.

– Нет, лейтенант Риви. Я должен рассказать последнюю историю. Она намного важнее игры в го. Пожалуйста, не закрывайте глаза.

Риви опустился на грязный земляной пол, уставился в стену и стал считать мошек, что плыли перед глазами. Голос Минхи, хриплый, тревожный, звучал издалека.

– В Парансане жил мальчик по имени Минхи, и у него была собака.

– Собака? – Риви очнулся. – В Реджо их съели змеи лет пятьдесят назад.

– Послушайте, лейтенант Риви. Очень вас прошу. В Парансане жил мальчик по имени Минхи, и у него была собака.

* * *

В Парансане жил мальчик по имени Минхи, Сон Минхи, и у него была собака. Отец привез ее из Мичиганска – мокрый, дрожащий комок – и сказал, что собаку зовут Токки, потому что у нее были длинные мохнатые уши, как у кролика. Минхи никогда не видел ни собак, ни кроликов.

Токки и Минхи спали в одной постели и по вечерам играли в саду. Однажды – то была осень – отец пошел с Токки в лес на охоту, а обратно они уже не вернулись. Следопыты нашли только шляпу с полями и оторванную собачью лапу.

Минхи развеял вместо отцовского праха дорожную пыль, взял кирку и отправился в лес один. Никто не остановил. Он хотел убить змею – ту, что съела его близких. Потерялся, долго плутал и, уставший, набрел на теплую пещеру. Заснул, а наутро нашел треснутое яйцо и рядом – змееныша. Занес кирку, но пожалел – тот был маленький и белый, совсем как Токки.

Минхи нашел дорогу домой, вернулся, но все думал о змееныше. Вокруг болтали, что погранцы убили у городских ворот белую змею. Минхи ждал два дня, а потом схватил с дороги мертвого, придавленного телегой голубя и побежал обратно в лес.

Он назвал змееныша Хаяни – что на северном было одним из трех слов, означающих «белый». Хаяни рос, покрывался чешуей. Минхи таскал ему свинину. И чем больше они проводили времени вместе, тем чаще Минхи понимал, когда Хаяни зовет его, и срывался в лес. Как – сам не знал. Просто чувствовал: змееныш голодный. Минхи не пугали ни два ряда острых зубов, ни пасть, ни желтые круглые глаза, ни вонь; Хаяни тыкался головой в ладонь и обвивал Минхи холодным тяжелым хвостом с проклевывающимся на конце шипом – словно в благодарность.

Когда Хаяни был месяц и он уже был ростом с целый ханок, за Минхи в лес увязались соседская девчонка Мина и ее младший брат. И так их стало четверо – Минхи, Мина, ее брат Мунсу и Хаяни.

Но чем старше становился змееныш, тем сильнее Минхи чувствовал, что он хочет человеческой крови.

Минхи навсегда запомнил то утро апреля: Хаяни отказался от куска свинины, что положили ему в пещеру. Привстал на лапы, поднял башку, уже всю в чешуе, раскрыл пасть и оторвал Мунсу голову, а потом заглотил, почти не жуя, обезображенное тело. Мина рванулась к брату, Хаяни чиркнул когтем ей по лбу, но Минхи успел вырвать ее из змеиных лап. Хаяни облизнулся и взревел.

Минхи схватил Мину, бросился из пещеры, но тут в голове зазвучал человеческий голос, назвавший Минхи по имени. И это был голос Хаяни.

«Ты меня кормил, Минхи, но их кровь лучше твоей еды».

* * *

– История пророка Донсу и его дочери повторилась, лейтенант Риви! – крикнул Минхи. – История повторилась!

Клевавший носом Риви распахнул глаза и заморгал.

– История? – переспросил он.

– Да, лейтенант Риви. Хаяни стал разумным. У Мунсу и его сестры Мины была та самая кровь. Дающая змее разум и долгую жизнь. Целых двадцать пять лет. Знаете, что было дальше?

– Догадаться нетрудно, господин Сон. Сожрав брата, ваш змееныш захотел сожрать и сестру.

– Да. – Минхи сел на пол. – Но пожалел нас, лейтенант Риви. Потому что я его выкормил.

– И правда, какая человечность.

– Тогда он исчез, но через два года я увидел его снова. Он вернулся сказать, что ищет другую жертву с подходящей кровью. И если не найдет, когда двадцатипятилетний срок будет подходить к концу, придет и заберет Мину. И с тех пор моя жизнь превратилась в кошмар. Временами я думал, что свободен, что Хаяни, может, давно убит или и правда нашел кого-то другого. Жил как мог, лейтенант Риви. Стал пограничником. И однажды увидел, как после битвы майор Фрост глотает змеиный яд, и его раны затягиваются.

– Значит, майор был заменой. Вы же понимали ответственность, господин Сон? Нет, не тогда, когда были ребенком? А потом, когда выросли, оказались в погранслужбе и никому не рассказали об этом? И даже не подумали, что белую тварь можно просто замочить?..

– Вы думаете, я не искал Хаяни? – Казалось, тихий, едва слышный голос Минхи гремит на всю камеру и отражается от стен. – Я за этим и пошел в погранслужбу. Чтобы его найти. Но так и не нашел.

– Врете, господин Сон. Если впустили тварей в город, значит, вы с вашим змеенышем были на связи.

– К северу от Парансана есть ущелье. Его называют ущельем Проклятых. Там