Зелёная пантера - Тория Кардело

И пантера. Знак Маунверта тоже мог отправиться вте земли без хозяина, подчиняясь его приказу. Лорд Маунверт поднял руку, жестом призывая вольфентов к покорности.

– Найдите его. Срочно. В каком бы мире он ни находился.

– Слушаемся, господин. – Голос одного из вольфентов-людей разнёсся по башне, как шелест ветра. Джоэрти навострил уши, затаив дыхание.

Должно быть, понадеялся на освобождение. Рано. Лорд Маунверт кивнул чудовищу и развернулся, накинув капюшон, зашуршавший под пальцами. Вытащил из кармана плаща тяжёлый металлический ключ с кровавым деревом Сэвартов, тот самый, что дала ему Диана почти два года назад. Быстро спустился по ступеням, обходя разрушенные участки.

Добравшись до главной двери, смотревшей на него зловещими глазницами замков, Джастин запер башню изнутри. Никто не должен узнать его планов.

После освобождения стражи башню защищала только магия, но этого хватало. Ключом владел один Джастин, а значит, проникнуть туда не мог никто. Кроме вольфентов. Они пользовались своей привилегией. Даже выстроили логово, ведущее от Лунного Леса к двери Башни, чтобы хозяин не пробирался через опасные завалы каждый раз. Но он предпочитал порталы – более надежный способ. Сегодня он тоже им воспользовался, открывая обратный путь в свои владения: оставаться в гостях у Джоэрти надолго он не любил.

Зима сковала каменные стены мрачного замка ледяными кандалами. Проникла сквозь трещины, прошлась по каждой комнате, невольно вторгшись в души обитателей. Джастин стоял у высокого окна и смотрел, как снежинки танцевали на ветру. Хрупкие кристаллы, отливающие красным в отблесках огненной реки, завораживали. Огонь превращал снежинки в воду так же легко, как и Джастин когда-то гасил чужие жизни.

Сквозь густые облака с трудом пробивался тусклый свет. Блики жуткими существами бродили по живым, полным иллюзий стенам замка. Джастин думал о Туманном полуострове, скрытом за коваными воротами, видимыми с гор. С минуты на минуту он ждал Эбнера с новостями. Поместье Вульфордов находилось на границе с полуостровом и служило отличным наблюдательным пунктом. Маунверт поручил Вульфорду следить за всем, что там происходило.

С одной стороны, он был в себе уверен. По его жилам струилась энергия, живительная сила, затягивающая остатки прошлых ран. Она шептала:

«Выступай сейчас, иначе будет поздно. Ирма Экман укрепит свою власть, армия мастеров магии станет больше и сильнее. Побеждай сейчас, и незамедлительно!»

Но, с другой стороны, в глубине его души гнездились сомнения:

«Пустить в бой неподготовленных бойцов? Если всё пойдёт не так, можно потерять значительную часть армии».

Слабость, уязвимость… Неужели ему знакомы эти чувства?

Он ненавидел сомнения. Они бурлили внутри, сталкиваясь с его железной самовлюблённостью, подобно огню и снегу за окном. Но ещё больше он не переносил другое – осколок льда в сердце. Такой же, как и наросты на стенах замка.

Откуда он взялся? Реален ли он или это лишь его собственная фантазия детства? Почему этот лёд появился в сердце? Защита матери? Воспитание отца? Излишнее преклонение перед предками, фанатичное даже для него? Разлад в семье и неспособность любить?

Ответов не было, и Джастин предпочитал винить мать. Отец говорил о защите, которая проявилась после её смерти и которую не смог уничтожить даже он.

Джастина научили ненавидеть мать – и он просто ненавидел.

С самого детства сердце пронзала колющая боль. Джастин представлял, как внутри бьются льдинки. Они пульсировали, смешивались с магией и делали его более слабым и уязвимым. Уязвимость – мерзкое слово, которое резало язык ледяным ножом. Джастин прислонился к холодной каменной стене и согнулся, схватившись за грудь. Лёд снова впился в него.

Неужели тринадцать лет прошли зря? Нет, точно нет!

Да, лёд остался внутри и будет там вечно, но уязвимости больше не должно быть.

Я не буду слабым по сравнению с другими. Никогда! Мать не сможет сделать то, что так жаждала, – защитить меня от Маунвертов.

Она будет гореть в пламени Темномирья.

Она просто покойница, а я – будущее этого мира.

– Ваша светлость? – Голос слуги заставил лорда Маунверта резко выпрямиться.

К нему подошёл худощавый мужчина, закутанный в чёрный плащ, украшенный эмблемой зелёной пантеры. Лорд Маунверт не знал его имени. Просто один из многочисленных пешек – одинаковых, глупых, покорных. Слуга робко опустил глаза, словно боялся даже встретиться взглядом с господином. Ранее это льстило лорду Маунверту, но сейчас лишь раздра- жало.

– Говори! – резко и нетерпеливо приказал он. Одним голосом потребовал, чтобы слуга поднял взгляд и посмотрел ему в глаза.

Тот нервно схватился за ткань своей порванной мантии, резко контрастирующей с роскошным одеянием Маунверта, отделанным алмазами и мехом.

– Лорд Эбнер Вульфорд прибыл. Господин, он ждёт вас в зале Советов, – неуверенно пролепетал слуга. Видимо, новенький.

– Прекрасно. – Лорд Маунверт махнул рукой, посылая слугу вперёд.

Сам он двинулся по тёмному коридору, пропитанному запахом земли и пепла. Дрожащий свет факелов освещал только ближайшие шаги. Взгляд лорда Маунверта упал на фонарщиков, грязных и уставших, словно призраки, забывшие о реальности. Его рабы. Простые люди и волшебники, лишённые магии или получившие запрет её применять.

Эксперимент. Проверка на прочность.

Смогут ли они выдержать боль, не сломаться?

В будущем они ему пригодятся. Эбнер тоже пригодится. Сегодня – для подготовки к войне.

В голове у лорда Маунверта зародилась мысль, как только он повернул к главному залу.

Сегодня я узнаю, готов ли принять ношу отца. Эбнер поможет мне.

Эрлинги обещали восстановить мантию отца со вшитыми в неё кинжалами – фамильным магическим оружием Маунвертов.

Но не направит ли осколок льда силу его рода против него же?

Эбнер Вульфорд, как и было обещано, ждал лорда Маунверта в зале Советов. Высокий, с бледным лицом, окутанным полутенью от камина. Он стоял спиной к двери и задумчиво мял карту, разложенную на старинном столе. Светлые волосы, подёрнутые сединой, скрывали половину лица, полного аристократической надменности. На чёрном камзоле, украшенном серебряной вышивкой, блестели две эмблемы – змеиный шиповник Вульфордов и пантера Маунверта. Кольца на бледных пальцах стучали в такт шуршанию карты.

– О, рад вас видеть, милорд. – Эбнер обернулся и упал в поклоне, прислонившись лбом к полу. Несмотря на знатное происхождение, он заискивал перед своим господином, будто раб. В голове лорда Маунверта снова сходились два понятия: сила и уязвимость. И в Эбнере они были очевидны.

– Достаточно любезностей, Эбнер. Нам нужно многое обсудить. – Лорд Маунверт резко толкнул Вульфорда локтем в плечо. Тот вздрогнул, словно струна, поднялся и указал на карту.

Тени плясали по залу, искажая лица. Бледная кожа