Полуночные беды: Первый на выход - Клим Гоф

после этого – внутри появился свет. Не просто направление, а настоящая цель. Мотивация. Надежда. Все новые грани морали и простого человеческого выбора. С Арсением пришло предназначение, даже если я понял это слишком поздно. И теперь мне предлагают бежать? Нет.

Слишком многое стоит на кону. Я закрыл глаза и подумал. А когда открыл их – понял, что с такими товарищами можно следовать хоть на край света.

Собственно, так и произошло.

– Я с вами до конца, – таков был мой ответ.

Салем некоторое время походил взад-вперед по помосту, изредка смотря то за горизонт, то на нависшую над нами исполинскую конструкцию.

– Шайтан всюду вокруг нас, – изрек он. – смотрит, ждет. Искушает нас. И каждый день мы бросаем вызов злу, принимая чью-либо сторону в бесконечной борьбе. Разве я могу вас оставить? Вы же потеряетесь в темноте.

Салем с Арсением обнялись. После, они вдвоем обняли меня, искренне поблагодарив за преданность. За такую короткую и крепкую дружбу.

– Раз уж мы делимся секретами, – Салем немного помялся, и после продолжил. – мое настоящее имя – Салим Аль-Салех. Салемом меня назвали, чтобы отгонять злых духов.

– Не слишком оригинально. – Зорин улыбался. – а что из этого фамилия?

– Очень смешно, гринго, – тот слегка стукнул товарища по плечу. – пошли, нам еще мир спасать.

Затянув потуже рюкзаки и проверив оружие, троица из другого мира вошла в Великую темницу, намереваясь остановить и обратно запереть Зло, собирающееся поднять свою голову над небосводом мирного дня.

Под самым входом внутрь лежал оставленный, тлеющий окурок.

Глава 13

Пройдя короткий прямой отрезок входа, нам открылся большой, не менее пятидесяти метров шириной, коридор. В одну сторону он медленно тянулся наверх, в другую – монотонно устремлялся вниз.

В самом центре потолка располагалось небольшое отверстие, сквозь которое проникал тонкий луч от света луны. Падал он под углом, выдергивая из темноты медленно плывущие по воздуху пылинки.

Я заметил, насколько тихо было внутри. Словно шум окружающего мира остался где-то позади.

– Тут будто в космосе, – сказал я.

– Абсолютная тишина, – добавил Салем. – и как-то даже спокойнее стало.

Я попробовал осмотреть место, в котором мы оказались, сквозь призму другой стороны. И на удивление – мне удалось. Через каменные стены струилась энергия, но ничего более примечательного замечено не было.

– Весь эргон проходит сквозь мрамор, – я прикоснулся к стене и ощутил слабую пульсацию. – как через проводник, одновременно направляющий огромные массы энергии вниз и экранирующий пространство внутри от внешних воздействий.

– Какая удивительная техника, – Арсений присмотрелся к облицовке поближе. – жаль, что для меня это просто камни.

– Будет слишком очевидно, если я предположу, что нам нужно идти вниз? – спросил Салем, потирая плечо.

– Туда стремится поток, – кивнул я. – значит, и мы тоже.

Мы начали спуск – туда, где в недрах земли запечатан Неизбежный.

Холод в коридорах Канопуса пронизывал до самых костей. Мертвецки бледного цвета прожилки неизвестных пород блестели в черном мраморе, как вены на иссохшем трупе. Песок, тревожимый подошвой наших ботинок, мягко шуршал и проваливался в пустоты выщербленной плитки.

Заряд моего фонарика полностью иссяк, и теперь наш путь освещали лишь керосиновая лампа Арсения да руки Салема, обрамлявшие стены и потолок мягким оранжевым цветом.

Впереди возникали следы от предыдущей экспедиции, что была тут первой за многие тысячи лет, не считая нас. Песок сохранил множество отпечатков ног, полоски лапок бегунков и даже следы какого-то крупного животного, ползущего по земле подобно черепахе и тянущего за собой широкое брюхо.

Однако кроме следов, тянущихся единой вереницей вниз, по пыли и песку вился еще один след, одиночный, но уже в обратном направлении. Две большие ступни несли своего хозяина широкими шагами, а сзади вилась длинная, подобно змее, неразрывная полоса. Словно этот одинокий индивид тащил за собой веревку. Или хвост.

Мы продвигались по наклонному изогнутому коридору. Спустя десять минут достигли круглого помещения, служащего, скорее всего, местным холлом. Далее проход либо отсутствовал, либо был замаскирован так хорошо, что на поиски пришлось бы потратить все оставшееся время.

Наши тени, казалось, могли в ту же секунду встать из-под ног и пойти – настолько густой была тьма и отбрасываемые силуэты. Здесь же следы старой группы обрывались возле одной из стен, в которой было выдолблено углубление прямоугольной формы. По краям я увидел сотню царапин и сколов.

– Саркофаг стоял здесь, – я подошел к пустому постаменту. – и чтобы достать его, понадобилось много времени и сил. Камень резали, долбили, по маленьким кусочкам крошили и извлекли цельный пласт.

– Странно, – Салем осмотрел пустующее место, и затем пустил пару огоньков в противоположную сторону помещения и пошел по кругу. – ни барельефов, ни колонн, ни даже чертовых держателей для факелов нет. Стены, пол… Стоп! Здесь еще один!

Мы с Арсением подошли к Салему, рассматривающему новый объект посреди голой стены.

Из сплошного куска мрамора на нас глядел черный зев распахнутого саркофага. Массивная крышка будто сама открылась и хлопнулась на пол, вывалив из себя все свое содержимое. На полу валялись части доспеха, соединительные элементы, резные украшения, подернутое ржавчиной оружие и истлевшая одежда. А черный прямоугольник гроба, как в немом призыве велел