Воздушная кавалерия. Том 4 - Джек из тени

уступая место серой, туманной дымке. Я почувствовал, что больше не парю, а стою на чем-то твердом. Опустил взгляд, мое тело было на месте. Я был одет в свой боевой комплект, тот самый, в котором был на дуэли. Только он был целым, без дыр и следов крови.

Я стоял в огромном, невероятных размеров зале. Высокие потолки, стены из темного, матового металла, пол, испещренный светящимися линиями, которые сходились и расходились, образуя сложный, непонятный узор. Вокруг меня было движение, десятки и сотни людей в странной, незнакомой форме сновали туда-сюда. Они не бегали, а двигались с деловитой поспешностью, как муравьи в гигантском муравейнике.

По всему залу были разбросаны рабочие места, полукруглые консоли с мерцающими голографическими экранами. За ними сидели люди, в основном молодежь, парни и девушки не старше двадцати пяти. На их лицах было сосредоточенное, напряженное выражение. Они что-то тихо говорили в микрофоны гарнитур, их пальцы с невероятной скоростью летали над сенсорными панелями. Связисты? Операторы?

Все это было похоже на какой-то футуристический оперативный центр, штаб гигантской армии. Но что-то было не так. Воздух был другим, слишком чистым и стерильным. И этот гул… он был не снаружи, а внутри, исходил от самого этого места. Я попытался обратиться к одному из пробегавших мимо офицеров, но он прошел сквозь меня, даже не заметив. Я выставил руку, пытаясь его остановить, но моя ладонь без всякого сопротивления прошла через его тело. Меня охватил холод, я был невидимым наблюдателем в этом странном, чужом мире.

Я медленно побрел по залу, огибая рабочие места, вслушиваясь в обрывки разговоров.

— Девятый сектор, доложите обстановку!

— Фиксирую скачок энергии в гиперпространственном пространстве!

— Внимание, «Цербер-три», измените вектор тяги, у вас угроза столкновения с астероидным полем!

Астероидное поле? Гиперпространство? Что за бред? Где я?

Я дошел до одной из стен, она была абсолютно гладкой, без единого шва. Я коснулся ее рукой, ожидая почувствовать холод металла, но моя рука снова прошла насквозь. Я мог бы пройти через стену, но что-то меня остановило. Я почувствовал, как по ней бегут невидимые потоки энергии.

Внезапно раздался тихий шипящий звук. Прямо передо мной, в стене, образовалась тонкая щель, которая начала стремительно расширяться. Гигантские створки, толщиной в пару метров, плавно и беззвучно разъехались в стороны. Я замер, потеряв дар речи.

За разъехавшимися створками не было другого помещения или коридора. Там была бездна, усыпанная мириадами ледяных немигающих звезд. И прямо подо мной, огромная, величественная, висела в этой пустоте планета.

Огромный шар, окутанный сине-белой дымкой атмосферы. Я видел очертания континентов, не похожих ни на один из тех, что я знал. Видел гигантские океаны, сверкающие в свете далекой, незнакомой звезды. Видел, как по планете бегут тени от облаков.

Корабль… Я на борту космического корабля! На орбите чужой планеты.

Мой мозг попытался переварить эту реальность. Это бред, предсмертная агония. Иначе и быть не может, но все было слишком реальным. Я подошел к самому краю, гигантский иллюминатор, или, скорее, обзорный экран, был абсолютно прозрачным. Казалось, можно сделать шаг и улететь в эту звездную бездну. Я видел, как от нашего корабля отделяются и уходят к планете маленькие, похожие на светлячков, челноки. Видел, как на дальней орбите висят несколько огромных конструкций, чьи силуэты едва угадывались на фоне звезд. Затем посмотрел правее.

Это был целый космический флот, медленно парящий над планетой. И я каким-то непостижимым образом оказался на капитанском мостике флагмана. Вопросы роились в моей голове, как обезумевшие пчелы. Отступил от иллюминатора и снова посмотрел на снующих вокруг офицеров. Их лица были напряжены, но в действиях не было паники. Шла какая-то операция, и я, по всей видимости, попал в самый ее разгар.

Медленно прислонился к холодной металлической переборке, пытаясь привести мысли в порядок. Пустота и покой исчезли, сменившись тревогой и бесконечным, всепоглощающим любопытством. Я должен был понять, что происходит. Должен был найти ответы, даже если я всего лишь призрак, тень моего умирающего разума.

Сбросив первое оцепенение, я заставил себя мыслить трезво. Если это сон, то он подчиняется какой-то логике. Если это реальность тем более, тогда моя задача простая, как уголь дома, собрать как можно больше информации.

Стал бродить по огромному капитанскому мостику, который был огромных размеров. Моя невидимость давала мне огромное преимущество. Я мог подходить к любому рабочему месту, заглядывать через плечо операторам, слушать их разговоры, не боясь быть замеченным. И чем больше я наблюдал, тем больше странностей замечал.

Экипаж был неоднородным, он четко делился на две фракции, которые почти не смешивались друг с другом. Большинство составляла молодежь, те самые ребята и девушки в темно-синей униформе. Форма была функциональной, но строгой, с четкими знаками различия на воротниках и рукавах, которые мне ничего не говорили. Они сидели за основными консолями: навигация, связь, тактические дисплеи. Они были костяком, рабочими лошадками этого корабля. Но в их позах, во взглядах, которые они изредка бросали друг на друга, сквозила нервозность. Они явно были специалистами своего дела, но чувствовалось, что ситуация, в которой они оказались, была для них запредельно напряженной.

Вторая группа была меньше, но ее невозможно было не заметить. Это были ветераны, мужчины и женщины, чьи лица были обветрены, испещрены шрамами, почти всем далеко за тридцать. Они носили форму совершенно другого покроя, матово-черную, поглощающую свет, с едва заметными серыми вставками. Что интересно, форма была до жути похожа на ту, что мы с Алисой разрабатывали для моих бойцов. Функциональная, не стесняющая движений, с множеством скрытых карманов и креплений. И знаки различия… нашивки на их плечах были мне вполне понятны, звезды и полосы. Вывод напрашивался сам собой, офицеры в черном, явно из пехотных или, точнее, десантных подразделений.

Эти «черные» не сидели за основными консолями. Они либо стояли небольшими группами, тихо переговариваясь, либо занимали отдельные, обособленные посты, отвечающие, судя по всему, за вооружение и системы безопасности. Каждый из них носил на поясе табельное оружие, тяжелый пистолет или клинок. Они не щеголяли ими, просто оружие было частью их самих, как рука или нога. Это была привычка людей, которые живут войной. В отличие от «синих», на их лицах не было и тени страха, только спокойная сосредоточенность. Но самой поразительной их чертой было то, что многие из них не были людьми.

Я подошел к одной из таких групп. Огромный, двухметрового роста детина, с кошачьими ушами и хвостом, что-то басил своему собеседнику. Его уши подрагивали, улавливая малейшие изменения в гуле корабля,