Тигель - Влада Львовна Медведникова

Среди тростника мелькнул лунный блик.

– Ица! – крикнул Креж и ударил веслом о воду, принялся поворачивать лодку.

Стебли зашуршали, блик вспыхнул снова и пропал. В зарослях кто-то затаился.

И с чего Креж решил, что это дочь Королевы? Там может быть кто угодно. Незачем причаливать, надо плыть дальше, спешить к озерам. Но он ничего не мог с собой поделать – продолжал грести к берегу.

– Кто там? – спросил Грах. – Кого ты увидел?

Шаман ведь не знает про Ицу. Или Креж проболтался? Нет, нет, он рассказал про дочь Королевы, но имени не назвал. И здесь, во втором мире, Грах не дотянется до нее, не заманит в ловушку и не поставит клеймо. Разве что накажет самого Крежа. Не страшно. Если лунная девочка и правда тут, нужно ей помочь.

Лодка ткнулась в берег, и тут же из зарослей выступила Ица. Проворно наклонилась, ухватилась за борт – и вот уже сидит на скамье напротив Крежа, расправляет полы накидки.

– Тебе удалось сбежать? – спросила Ица.

Как он узнал ее по одному-единственному отблеску? Она так изменилась. Видно, уже не одну неделю живет здесь: кожа сияет прозрачной голубизной, ногти посинели, лишь волосы остались белыми и в глазах плавится серебро. И где Ица взяла такую одежду? Прежде она всегда ходила в белых платьях и ни за что не нарядилась бы в широкие штаны, длинную тунику и плащ.

– Нет, – сказал Креж. – Шаман отпустил меня, чтобы я догнал Риза и помог ему.

Почудилось, что Грах усмехнулся при этих словах.

Ица склонила голову набок, приготовилась слушать.

Рассказ получился путаный: не так легко говорить, когда орудуешь веслом и следишь за течением. Некогда обдумать слова и решить, что стоит сказать, а о чем лучше промолчать. Ица не перебивала. Молча слушала, как Риз с Хишей оказались в восьмом мире и как вернулись. Как шаманы решили устроить эксперимент и что было потом. Креж попытался объяснить про поток, и тут Ица кивнула, произнесла:

– Да, поток…

Сказала так, будто знала, о чем идет речь. Неужели и про это вычитала в древних книгах, спрятанных на верхних ярусах дворцовой библиотеки?

Лишь под конец рассказа Креж решился предупредить:

– Шаман слышит все мои слова и смотрит моими глазами. Видит тебя.

Ица глянула вниз, словно пыталась рассмотреть Граха сквозь плетеное дно лодки, сквозь воду и все миры. Шаман молчал, ни слова не сказал с тех пор, как Ица вышла из зарослей. Заснул, не следит сейчас? Нельзя на это надеяться.

– Расскажи, что с тобой было, – попросил Креж.

Ица улыбнулась. Ее пальцы – когда-то белоснежные, а теперь лазурные – скользили по косе, заплетали и расплетали серебристые пряди.

– После взрыва я очутилась в седьмом мире, – проговорила она. – Да, Креж-наставник, сразу в седьмом. И дальше прыгала так легко – знаю, была беспечна. Но меня переполняли силы. Вот только растратила все по дороге. Ничего не осталось.

Правда ли? Креж пристальней вгляделся в ученицу. Она родилась из мыслей об изменчивой луне, коварной обманщице. Ице ничего не стоит соткать искусную ложь, спрятать остатки украденной силы и готовить мятеж против Матери.

– Все еще хочешь стать новой Королевой? – спросил Креж.

Ица выпустила косу, вскинула удивленный взгляд:

– Думаешь, я этого хотела?

– Ица… – Креж устало мотнул головой. Спорить не было сил.

– Может, и хотела, – тут же согласилась она. – Но не только этого. Мать-Королева правит жестоко, мне это не нравилось, хотелось все изменить. Но теперь вижу: нет смысла. Даже если займу ее место, рано или поздно одна из дочерей убьет меня или изгонит. Знаешь, кого я здесь встретила? Сестру-изгнанницу.

– Которую? – В горле вдруг пересохло, голос едва слушался. Неужели Ица теперь служанка одной из отверженных? Это плохо.

– А́ги, – ответила Ица.

Хуже не придумаешь. Про Аги-скиталицу ходили жуткие слухи. Рассказывали, что она живет одиноко, охотится за обитателями дворца, а больше всего ненавидит искателей. Если попадешься ей – покалечит, заколдует, заманит в яму и будет держать там без воды и еды, без единой капли силы, пока не погибнешь.

И эта страшная Аги не тронула Ицу?

– Да не смотри так, Креж-наставник! – Ица улыбнулась и наклонилась к воде, сорвала проплывавшую мимо кувшинку. – Аги совсем не страшная. Но она рассказала мне про свою жизнь – не хочу такой судьбы.

Креж молча кивнул. Сам он никогда не видел Аги. Наслушался сплетен, но правдивы ли они? Ица совсем не глупа, рассуждает здраво: если решит отнять Дворец у Матери и проиграет, то станет изгнанницей. Королева наложит на нее заклятье, закроет путь в верхний мир. И скоро все забудут, какой была эта девочка, станут рассказывать о вероломной обманщице, пугать небылицами.

– А потом я встретила аи, – сказала Ица.

Что? Нет, почудилось. Из-за шаманского свистка Крежу всюду теперь мерещатся аи и разговоры о них.

Ица засмеялась:

– Не ожидал, Креж-наставник? Да, тут живет аи! Его зовут Омут, не знаешь такого? А вот он о тебе слышал.

– И как он здесь оказался? – пробормотал Креж.

Ица пожала плечами:

– Упал.

Воспоминания вспыхнули, закружились. Как наяву зазвучали голоса: «Осторожней, Креж, осторожней, мальчик! Неверный шаг – и земля расколется. Упадешь, не сможешь вернуться, навсегда останешься в лазурном мире».

Видно, этот Омут оступился и рухнул вниз.

– Он живет на большом озере, – продолжала Ица. – Все там знает. Наверное, и Риза найдет.

Не слишком ли все удачно складывается?

Голос Граха ворвался в мысли, усталый, но спокойный:

– Не доверяешь ей? Не бойся. Синие шаманы наблюдают, предупредят о ловушке.

Креж молча кивнул.

Но ловушки не было.

До нужного берега добрались к полуночи. Креж устал и последние часы уже не греб – лишь изредка направлял суденышко. Порой перевешивался через борт, окунал руки в волны и тянул силы из водорослей, рыб и юрких речных змей. Ица молчала, куталась в накидку.

Потом лодку вынесло на простор, и течение исчезло. Пришлось снова взяться за весло. Креж вздохнул и вдруг понял: вот оно, великое озеро! Его воды казались бескрайними в ночной темноте, и таким же бескрайним было небо – далекое, усыпанное голубыми огоньками звезд. На глади озера разгорались другие огни: ночные цветы раскрывались, лепестки наливались призрачным светом. И, словно вторя им, над зарослями вились сияющие мотыльки. Отблески сливались и дрожали в воде.

– Видишь, как красиво, – сказал Креж Граху.

Тот не ответил. Но Креж чувствовал: шаман не спит, любуется чудесами второго мира.

Ица шелохнулась, решила, что Креж говорит с ней. Посмотрела на небо и задумчиво произнесла:

– Луны совсем не видно. Да,