На страже мира - Илона Эндрюс

так же – как призрак, леденящий душу родственник Мрачного Жнеца. Мое лицо было скрыто капюшоном, так что оставались видны только рот и подбородок. Метла в моей руке превратилась в посох цвета обсидиана. Я больше не была человеком. Я была воплощением гостиниц и их хозяев.

В этом мире мало универсальных принципов. Один из них – то, что большинство водолюбивых существ пьют чай. Другой – что мы боимся того, чего не можем увидеть. Они будут смотреть на мою мантию, пытаясь определить контуры тела, а когда бездна заставит их отвести взгляд, то будут искать мои глаза, пытаясь убедить себя, что я не представляю угрозы. Но никакого успокоения они не найдут.

– Ну, – сказала Кальдения. – Это обещает быть интересным.

– Оставайтесь рядом со мной, Ваша Светлость.

– Я так и сделаю, моя дорогая.

Стена передо мной расступилась, и я шагнула в свой зал. Все уже показали свои представления. Настал мой черед.

Слабый шепот стих, тишина заполнила зал. Я бесшумно скользила по полу, окутанная тьмой – грозным силуэтом моей власти. При моем появлении свет тускнел, созвездия гасли. Смотрите, как я разрушаю вашу Вселенную.

Я добралась до бутона. Джордж не отступил, хотя инстинктивно отклонился назад, пытаясь увеличить дистанцию. Тьма закрутилась за моей спиной и осталась там, словно стирающий звезды антипод рассвета. Кальдения заняла место позади меня, слева.

Никто не проронил ни слова.

Пол передо мной расступился, и тонкий стебель гостиницы приподнял блюдо, на котором стоял стеклянный чайник, наполовину наполненный чаем ванла. Свет, исходивший от блюда, заставлял заварку переливаться, словно рубин. Или кровь.

Орда напряглась. Нуан Си – тоже.

– В этой гостинице есть убийца.

Мой голос прокатился по большому залу. Это был на удивление громкий и сильный шепот.

– И сейчас я его накажу.

– По какому праву?

Вопрос прозвучал откуда-то со стороны вампиров. Ситуация накалилась до предела. Если я не буду соблюдать осторожность, прогремит взрыв.

– По праву договора, подписанного вашими правительствами. Те, кто нападает на постояльцев гостиницы, теряют всякую защиту своей родины. Ваш статус, ваше богатство и положение не имеют значения. Вы находитесь в моих владениях. Здесь я – судья, присяжная и палач.

Я повернулась, подметя подолом мантии пол, и начала обходить чайник. На потолке появилась проекция: я сижу на диване, Дагоркун подает чай, Кальдения поднимает свою чашку.

– Один из вас попытался пройти по гостинице незамеченным. Один из вас использовал устройство, которое скрывало его или ее образ.

Напряжение росло, и я приготовилась к грому, который вот-вот должен был грянуть.

– Это устройство было украдено и продублировано. Оригинал вернули владельцу. Дубликат использовали для того, чтобы отравить содержимое этого чайника.

Рубиново-красный чай поблескивал.

– Кто? – спросил Арланд. – Кто принес это устройство?

– Это я, – ответил Нуан Си.

– Ты! – прорычала ханум.

Тьма за моей спиной взметнулась, как голодное чудовище, готовое к прыжку. Все замолчали.

– Есть только три мотива для убийства. Секс. Месть. И… – Я сделала паузу. – Жадность.

На проекцию выплыл контракт: огромный, почти девять футов в высоту, он свисал с потолка, как знамя. Странные символы на нем выстраивались в слова рядом с изображением Кальдении.

– Менее чем через сутки после того, как стало известно о месте проведения этого мирного саммита, данный контракт аннулировали, – сказала я. – Кто-то взял его в работу.

Символы превратились в общегалактический шрифт, среди которого виднелась цифра, достаточная для покупки небольшой планеты. Джек сзади присвистнул.

– Цай Па? – удивилась Кальдения. – Хочешь сказать, меня заказал тот хнычущий червяк-магнат, который украсил свой дворец портретами своей ужасной семьи с глазами-самоцветами? Спустя два десятилетия он все еще желает моей смерти из-за случайного замечания?

– Да.

Кальдения положила руку на грудь, так что кончики пальцев в перчатках едва касались кожи, откинула голову назад и рассмеялась. Это был глубокий гортанный смех, обнаживший лес треугольных острых зубов у нее во рту.

Все уставились на нее.

– После всех этих лет я все еще в форме, – усмехнулась она.

– Вопрос в том, зачем отравлять весь чайник? – сказала я. – Из него выпили бы трое, и все трое погибли бы. Последствия для всех вовлеченных сторон были бы ужасны.

Я отошла назад и провела рукой над чайником. Красная жидкость блеснула.

– Опытный убийца тщательно выбрал бы время и место для нанесения удара. Опытный убийца взвесил бы риски и понял, что такое преступление не останется нераскрытым или безнаказанным. Уважаемый Нуан Си – опытный убийца, хитрый, умный и дисциплинированный. Он бы не пошел на такой риск.

Я повернулась обратно. Движения моей походки было достаточно, чтобы мантия колыхалась, словно движимая какой-то мистической силой. Мне нужно было произвести максимальный эффект.

– Нет, у этого убийцы недостает практики. Это кто-то неопытный. Кто-то молодой. Кто-то отчаявшийся и легко поддающийся искушению.

Губы Нуан Си задрожали, чуть обнажив зубы. Он только что собрал все воедино.

– Скажите нам, уважаемый торговец, каков негласный обычай вашего клана, когда особенно умный член вашей семьи приближается к совершеннолетию?

– Клан принимает меры, чтобы он как можно дольше оставался привязанным к семье, – процедил Нуан Си сквозь стиснутые зубы. – Это делается для сохранения семейного богатства.

– Точно так же, как вы поступили с Куки?

На проекции крупным планом появился растворяющийся в воздухе изумруд.

Куки ахнул.

– Да, – подтвердил Нуан Си.

– Вы подстраиваете все так, чтобы подрастающий ребенок совершил ошибку и у него появился долг перед кланом, который он затем должен вернуть?

Мне пришлось очень подробно объяснять, чтобы все поняли.

– Да.

– И сколько лет службы задолжала вам Нуан Сама?

Клан Нуан расступился – все его члены одновременно отошли в сторону. Племянница Нуан Си осталась одна в окружении родственников.

– Нуан Сама допустила несколько ошибок, – сказал Нуан Си. – Ее долг перед кланом значителен.

– Это была не я, – улыбнулась Нуан Сама. – Зачем мне совершать такую глупость? Я люблю свой клан. И не желаю уходить.

Ого. Какая наглость.

– Когда Хардвир ремонтировал машину с помощью молекулярного синтезатора, тебя, как эксперта по возрастному секвенсору, попросили ему помочь.

Я повернулась к вампирам. Мы уже переговорили с инженером перед собранием, так что я знала ответы на вопросы, которые теперь задавала.

– Что предложила Нуан Сама перед началом ремонта?

– Она сказала, что мы должны сначала опробовать все на каком-нибудь сложном оборудовании, чтобы убедиться в правильности результата, – ответил Хардвир.

– Она предоставила это оборудование?

– Да.

– Уважаемый инженер неправильно понял, – сказала Нуан Сама. – Я принесла ему деталь с нашего корабля.

– Ты принесла мне блокировщик образов, – сказал Хардвир. – Мы его продублировали, а затем ты забрала оба экземпляра.

– Это его слово против моего, – сказала Нуан Сама.

– Кроме отрокаров, только трое знали,