На страже мира - Илона Эндрюс

– Уважаемая хозяйка гостиницы не может знать, что я была единственной, – сказала Нуан Сама. – В конце концов, уважаемая хозяйка гостиницы даже не поняла, что ее чай был отравлен.

Мило.

– Когда ты подсыпала в чайник яд, то ощутила дуновение ветра. Не задумывалась, что это было?

Нуан Сама покачала своей мохнатой головой, и серебряные кольца в ее ушах мягко зазвенели друг о друга.

– Меня там не было.

– Это дуновение – брызги краски, – сказала я. – Гостиница тебя отметила. Посмотрим, не испачкался ли твой мех?

С потолка свесилась лампа. Лисица не стала дожидаться, пока зажжется свет, и подпрыгнула прямо вверх, поворачиваясь в воздухе и пытаясь прорваться сквозь толпу своих родственников. К ней метнулось мохнатое пятно. Они столкнулись и приземлились обратно в круг, среди членов клана. Рядом с ней был ее дядя.

Нуан Саму схватили множество когтистых лап – родственники бросились ее удерживать.

– Ты заключила контракт без согласия семьи? – грустно спросил Нуан Си.

– Да, – прорычала она.

– Почему?

– Почему? – Голос Нуан Самы поднялся, дрожа. – Тебе нужно, чтобы я объяснила почему? Я уже четыре года как совершеннолетняя. Я хочу обрести свободу. Я хочу свои деньги, которые по праву причитались мне по достижении совершеннолетия, деньги, которые ты и все остальные у меня украли. Ты поймал меня в ловушку и обращаешься как с какой-нибудь наемной служанкой. Разве ты не видишь, что душишь меня? Я больше не могу дышать с тобой одним воздухом. Для меня это яд, дядя.

Пол под ногами Нуан Самы стал жидким, и она начала тонуть. Лисы отчаянно пытались ее вытащить. Паника сломила остатки лисьего самообладания.

– Дядя! – закричала она.

Нуан Си повернулся ко мне:

– Нет!

– Она принадлежит мне, – сказала я, вложив в эти зловещие слова всю свою магию.

Нуан Сама погрузилась по колени. Теперь она хныкала и резко, по-лисьи визжала, пока семья отчаянно пыталась ее освободить.

– Она будет наказана! – закричал Нуан Си.

– Я знаю, – сказала я ему. – И это будет не быстро и не просто.

– Услуга торговцев стоит больше, чем жизнь одной неумелой убийцы, – пробормотала Кальдения рядом со мной. – Я полагаю, у тебя есть план, дорогая?

– Да.

Нуан Си повернулся к Шону. Туран Адин покачал головой. Ага. Так я и думала. По словам Вильмоса, контракт Шона не обязывал его служить телохранителем избалованных богатых девушек-убийц. Пол доходил Нуан Саме до бедер. В ее голосе звучало отчаяние.

– Помоги мне, дядя! Помоги мне!

Нуан Си повернулся ко мне:

– Да. Чего бы ты ни хотела, да.

Я щелкнула пальцами. Пол затвердел, запечатав лису в том же положении. Мне требовалось оставить наглядный пример на случай, если Нуан Си передумает.

– Что такое? – спросила ханум, прищурившись.

Я услышала жужжание заряжаемого оружия. Вампиры были готовы к бою.

– Святая Анократия, Орда и торговцы. Все вы ответственны за пролитие крови в этих стенах. Все вы передо мной в долгу. Я требую его уплаты. Пришло время рассчитаться.

– Чего ты хочешь? – спросила леди Изур.

– Ваших воспоминаний.

Я прикоснулась посохом к бутону, и ворсистые зеленые чашелистики раскрылись. Нежные, полупрозрачные и тонкие, как волосок, лепестки цветка светились бледно-зеленым у основания, затем становились прозрачными и, наконец, темнели до пурпурного к кончикам. Длинные, закрученные, похожие на плети тычинки, окутанные мягким голубым светом, тянулись из цветка, а внутри, в переплетении лепестков, сверкал пси-усилитель.

– Ты хочешь забрать наши воспоминания? – спросил Дагоркун.

– Не забрать. Я хочу, чтобы вы поделились ими со мной.

– Ты не знаешь, о чем просишь, – прорычала ханум.

– Знаю.

Ты знаешь, почему я об этом прошу. И твоя личная причина находится прямо здесь, рядом с тобой.

Джордж шагнул вперед, расстегнул застежку на манжете и закатал рукав, обнажив покрытую шрамами мускулистую руку.

– Поверь, ты этого не хочешь, хозяйка гостиницы, – сказал Робарт полным грусти голосом. – Не хочешь погрузиться в мои воспоминания.

– Нет, хочу. Это моя цена. Твоя честь требует выплатить долг. Если ты этого не сделаешь, будут последствия.

Я понятия не имела, какими будут эти последствия, но прозвучало впечатляюще.

Джордж закатал второй рукав.

– Хорошо, – сказала ханум, выступая вперед.

Выражение ее лица ужасало.

Я покачала головой:

– Нет. Он.

Я указала своим посохом на шамана.

Брови Руги сошлись на переносице. Он прошел вперед и остановился передо мной, сухой и мускулистый. С пояса его килта свисали амулеты и тотемы. Одалон, великолепный в своем алом боевом облачении, протиснулся сквозь толпу вампиров и встал рядом с Ругой.

Я посмотрела на торговцев. Нуан Си двинулся вперед.

Бабушка издала тихий звук, и паланкин с ней развернулся. Лисы, которые его несли, опустили ее на землю. Затем она поднялась и ступила на пол.

Весь клан Нуан разом вздохнул.

Старшая лисица пересекла зал и встала рядом с Одалоном. Я собрала духовных лидеров каждой фракции.

– Встаньте в линию позади своих, – сказала я. – Лидеры – в самом конце.

Большой зал задрожал: вампиры, отрокары и клан Нуан начали выстраиваться в три ряда позади своих духовных представителей.

– Возьмите за руки тех, кто стоит по бокам от вас. Кожа к коже.

Заскользил металл – чьи-то высокотехнологичные перчатки упали на пол. Остальные с неохотой последовали этому примеру.

Я посмотрела в дальний конец зала, туда, где стояли ханум, Арланд и Нуан Си, каждый в конце своей очереди.

– Замыкайте круг.

Мышцы на челюсти ханум напряглись – она стиснула зубы. Лицо Арланда, казалось, было высечено из камня. Перчатки соскользнули с его рук. Он протянул ладони – одну к ханум, а другую к торговцам. Ханум с искаженным лицом сжала его пальцы. Нуан Си взял Арланда за руку с другой стороны. Робарт, следующий в очереди за Арландом, повернулся и сжал левой рукой обнаженное предплечье Арланда, сомкнув пальцы на его запястье.

– Прости, друг мой, – сказал он.

Арланд собрался с духом. Они думали, что знают, что произойдет. Но на самом деле даже не догадывались.

Джордж протянул руки.

Я задействовала всю свою магию. Светящиеся тычинки потянулись к нему и обвились вокруг предплечий. Мускул на его лице дернулся. Боль наступила мгновенно. Когда усилитель действительно начнет использовать его магический резерв, агония станет невыносимой. Я взглянула на Софи. Она кивнула. Мы заключили договор, и я рассчитывала, что она его выполнит.

Я опустила свой посох на пол. Он раскрылся, разделившись на три длинные гибкие металлические ветви. Ветви метнулись к трем существам, стоявшим передо мной, и схватили их за свободные руки.

Это будет больно. Очень больно.

Я подняла взгляд.