Дело о красавицах и чудовищах - Лариса Куницына

частных сведений клиентов, к коим относятся сведения, запрашиваемые судами и полицией королевства и города Сен-Марко. Указом о тайной полиции короля Ричарда установлено, что любые сведения, запрашиваемые тайной полицией, в том числе, устно и непосредственно, должны быть ей предоставлены немедленно и без оговорок. Указом короля Жоана о введении должности комиссара тайной полиции, коим являюсь я, мне предоставлено право получать любую информацию, необходимую мне для расследования дел. Требования комиссара тайной полиции обязательны для выполнения немедленно после их оглашения. Ваши возражения, господин Босежюр, я считаю помехой следствию, о чём сегодня же извещу королевскую палату адвокатов и прослежу, чтоб вас избавили и от лицензии, и от мантии, поскольку ваш уровень образование слишком низок для столь высокого статуса, хотя соответствует требованиям, предъявляемым к стряпчим. Так что к моему облегчению, без куска хлеба вы не останетесь.

— Постойте, постойте… — забеспокоился тот. — Я вовсе не отказывал в предоставлении сведений, но по уложению короля Генриха необходим письменный запрос. Однако если вы являетесь комиссаром, — я как-то пропустил это мимо ушей, прошу меня простить! — то я с удовольствием отвечу на все ваши вопросы.

— Ах, вот как, — проворчал Марк. — Если королевский адвокат способен пропускать важную информацию мимо ушей, да ещё нарушает законы…

— Ну, будет вам… — адвокат расплылся в елейной улыбке, и его румяное лицо на мгновение стало похоже на личико престарелого младенца. — Присаживайтесь вот сюда, в кресло. Так о чём вы спрашивали? Нет, нет, позвольте я сам вспомню. Да, барон де Кларен! Я могу присесть? — он боязливо покосился на своё место за столом.

— Извольте! — небрежно махнул рукой Марк.

— Благодарю! — Босежюр хлопнулся на сидение и замер, собираясь с мыслями. — Он приходил ко мне сегодня утром. Сперва я не совсем понял его ситуацию, поскольку он просто заявил, что его жену удерживает некое лицо благородного происхождения и не пускает его в дом. Я посоветовал ему обратиться в полицию, но потом выяснилось, что и дом не его, а жены, и жена — не совсем жена, и то лицо, скорее всего, вовсе не удерживает её, а просто живёт в доме на правах гостя или друга… Тут я не очень понял. В этой ситуации я посоветовал ему обратиться с иском к неверной жене и вообще лучше с ней развестись. Но он заявил, что он рассчитывает получить хотя бы часть её имущества, а лучше наследство. Тут я снова запутался, поскольку он не сказал, что она смертельно больна. Но если это так, то ему остаётся ждать её смерти и потом уже истребовать наследство. Он спросил, что для этого нужно, и я честно сказал: брачная запись из храмовой книги и брачный договор, или хотя бы одно из двух. Он сказал, что договора нет, как и брачной записи, хотя брачная церемония была завершена. Тогда я предложил ему установить через суд магистрата факт брака, обязав храм сделать соответствующую запись на основании показаний свидетелей, которые подтвердят, что церемония была завершена. После этого следующим иском он может требовать права на наследование на основании предыдущего решения. Это будет не так сложно, просто нужно представить суду брачную запись и именные грамоты супругов. Он сказал, что у него нет её грамоты, к тому же она является главой-хранителем рода вассалов Сен-Марко. Но вы же понимаете, что тогда всё сильно осложняется! Я не говорю, что королевская власть не расположена выпускать из рук имущество своих вассалов. Но справедливости ради следует отметить, что в случае признания имущества выморочным, оно отойдёт в казну. Значит, этот второй иск будет рассматриваться королевским судом и к нему нужно готовиться очень тщательно. Необходимо будет представить дополнительные документы, свидетелей, и без именной грамоты супруги не обойтись. Однако я заверил его, что попытаться стоит, и я возьмусь за это дело, поскольку уже дважды вёл подобные тяжбы и добился успеха. В частности, после смерти маркиза де Туржона его вдова…

— Постойте, — остановил его Марк, не имея желания выслушивать подробности других дел. — Обсуждая с ним возможности получения имущества его супруги, вы исходили из того, что к тому моменту она будет мертва?

— Конечно! — всплеснул ручками Босежюр. — Она же сейчас является хозяйкой этого имущества на правах наследования от отца. Оснований для признания её недееспособной нет. Стало быть, на данный момент у него нет никакой возможности получить её деньги и земли. Другое дело, если она умрёт! Ведь наверняка её именная грамота хранится в надёжном месте в её доме. В ином случае дубликат может быть истребован в палате, ведущей родословную семьи, а это королевская гербовая палата!

— Разве туда сообщаются сведения о рождении дочерей в семьях вассалов короля? — насторожился Марк.

— Обычно нет, но если девица становится женой другого вассала или представляет свою семью перед королевской властью как глава-хранитель, конечно сведения о ней там есть! Как иначе она сама могла получить наследство от отца!

— Я об этом не подумал… — пробормотал Марк.

— Таким образом, — с воодушевлением продолжал толстяк, — если при наличии доказательств свершившегося брака, королевская гербовая палата подтвердит, что она являлась наследницей, то её наследником станет супруг. Соперником в этом деле может выступить как раз гербовая палата, но если она даст дубликат именной грамоты, да ещё получит брачную запись храма, у герольдов не будет возможности оспорить иск. Ещё противной стороной может оказаться казначейство, но что оно сможет противопоставить документам, выданным гербовой палатой? — мэтр Босежюр радостно рассмеялся и потёр ладошки. — Таким образом, я смогу выиграть для него это дело! Хотя это займёт немало времени и будет стоить дорого, но, согласитесь, оно того стоит!

— Блестяще, — холодно кивнул Марк. — Но вся проблема в том, что его жена жива и здорова.

— Вот как? — адвокат озабоченно взглянул на него. — Значит, она не больна?

— Нет. К тому же она собирается оспорить факт свершения брака.

— Что ж, — Босежюр деловито кивнул, — я могу ей помочь! Де Кларен сказал, что во время церемонии она упала в обморок. Можно сказать, что она находилась в состоянии, не позволяющем ей осознавать суть происходящего. Тогда её согласие на брак, данное в ходе церемонии, можно признать ничтожным, а сам брак несостоявшимся. Свидетели, а особенно свидетельницы наверняка подтвердят какие-нибудь странные симптомы: бледность, рассеянный взгляд, нетвёрдую походку! Будьте любезны, посоветуйте