Змееловы из Парансана - Ася Фуллер

– А помните, – Бьянки нарушил тишину, – помните, лейтенант Риви, как мы в прошлом году попали в заваруху в лесу?

– С этой долбанутой змеей, которая била шипованным хвостом? – хохотнул Ринальди, и парни встретили его реплику улыбками. – И как вы всадили меч ей прямо в горло?

– А помните, лейтенант Риви, как вы меня вытащили из-под желтой твари? В последний момент? – сказал Бертелли.

– …Как мы стащили у Моранди из погреба бутылку вина, а вы соврали, что это не мы?

– А помните?..

– Хватит, парни, – Риви задрал голову. – Шли бы вы.

– Надерем змеям задницу! – крикнул Де Лука высоким голоском, и все загоготали.

Риви так и остался стоять с поднятой головой – рассматривал голубое небо без единого облачка и ставни родной казармы. Ветерок принес запах жухлой травы. В тот момент Риви верил, что чувство, царапающее ему грудь и переворачивающее сердце, отступило.

Верил, что они переживут этот день.

…Первым умер Бертелли. Змея разодрала ему грудь, кровь брызнула на светлые усы, а большие голубые глаза распахнулись, будто от удивления.

Риви помнил только горький привкус на языке – и то, что хотел кричать, но не мог.

Жалкие минуты назад они стояли в обмелевшей реке, по щиколотку в воде, с мечами наготове, и смотрели на дрожащую линию горизонта. За спинами – вымершая деревня и городская стена Реджо, бесполезная, дурацкая городская стена, как ни укрепляй, змея перелезет, раскрошив камень. Риви в очередной раз подумал, что ошибся и нужно пойти к южным воротам – туда, где ровными квадратами начали построение солдаты погранслужбы.

«Не боитесь вылететь за дезертирство, лейтенант Риви?» – пробормотал Моранди, когда они встретились на рыночной площади. Риви промолчал.

И вот он стоял за северными воротами и вглядывался в горизонт. Справа и слева горбились холмы с редкими кипарисами, дорогами, убегающими вдаль, и частоколом полысевших виноградников. Солнце лизало Риви виски и кончик носа. Поблескивала зеленоватая река.

Вдруг все – и холмы, и линия горизонта – накренилось и размазалось, словно художник, недовольный получившимся пейзажем, вылил на невысохшие краски стакан воды.

По реке пошла рябь, и стопы у Риви задрожали.

На горизонте появилось темно-серое размытое пятно. Через секунду Риви увидел змеиные морды и желтые, изголодавшиеся по крови глаза.

Риви не понял, сколько их – точно больше сорока. Но что было ясно сразу – это не змеи, сбившиеся в стаю. Это войско под предводительством капитана. Точнее, зеленой капитанши с красным треугольником на узкой, вытянутой морде.

Капитанша шла на задних лапах первая – остальные ползли за ней строем.

– Бьянки, – крикнул Риви. – Быстро к южным воротам, ищи Моранди.

– Есть!

– Мочите зеленую, парни! Убьем ее – они свалят!

Но стоило змеям приблизиться, зеленая тварь отступила назад, просочившись в середину, и найти ее было невозможно. Змеи вскинулись и рванули.

…Первым умер Бертелли, за ним Де Анджело. Черная длинная змея полоснула ему когтем по животу. Подползла зеленая, лизнула кровь раздвоенным языком. Отвернулась, и черная, получив добычу, вгрызлась в Де Анджело, еще живого, острыми клыками. Истекающий кровью Манчини исчез в пасти с хрустом, а больше Риви ничего не видел. Умытый кровью меч резал чешую то одной твари, то другой.

Продираясь вперед, Риви заметил зеленый хвост, побежал.

– Прикрою! – крикнул Конте.

Это были последние его слова.

– Ах ты сука, – прошипел Риви.

Он прыгнул, полоснул зеленой змее мечом по горлу, чувствуя, как под лезвием крошится чешуя. Конте, лицом вниз, лежал на земле сломанной куклой. Тварь распахнула мерзкую пасть, и Риви увидел, что у нее нет нескольких передних зубов. Зажала лапой рану – жуткий, человеческий жест.

«Посмотрите ей в глаза без страха быть съеденным. Посмотрите так, чтобы ей стало страшно. И если она вас испугается – она лишится разума», – вспомнились Риви слова Минхи.

И он смотрел на змею – да только она его не боялась.

– Тварь, – хрипел Риви. – Тварь.

– Лейтенант Риви! Моранди поверил! Наши идут сюда! – послышался над ухом голос Бьянки.

– Молодец, – Риви сжал его кисть.

Да так и остался с этой кистью в ладони – зеленая змея за секунду поглотила Бьянки почти целиком, даже вместе с клинком, и теперь в его бордовой крови была вся ее вытянутая морда.

Желтые глаза взглянули на Риви. Рот с просветами между зубами изогнулся в подобии улыбки – будто змее нравилось не столько убивать, сколько видеть чей-то утробный ужас. Риви отпустил руку Бьянки, она упала в пыль.

– Тварь, – повторил Риви, впиваясь взглядом в желтые глаза с вертикальными зрачками. И на секунду – лишь на секунду – ему показалось, что глаза змеи стали чуть менее человеческими, а жуткую улыбку заменил обычный животный оскал.

Он занес меч – хотел ударить, как давно учил Фролов, слева направо, но перепутал. Меч чиркнул змею по горлу справа налево, она захрипела и завалилась набок. Риви подскочил ближе.

Жива.

Внутри Риви кипела ярость. Он запрыгнул змее на грудь, пнул по морде сапогом.

– Парней моих, значит…

Повинуясь странному порыву, занес меч над змеиным сердцем, сделал три неуверенных надреза, разрывая чешую и мягкие связки.

– Вот тебе. – Риви убрал оружие и сунул руки в распоротую змеиную грудь.

Змея завопила, высунула язык и плюнула ядом из последних сил. Левый глаз обожгло. Риви заорал и потянул на себя змеиное сердце, но не смог оторвать – оно повисло на толстой белой жиле. Он дернул снова. Упал, перепачкавшись в пыли и грязи. Сердце осталось в ладонях. Перед левым глазом плыли серые пятна.

Идиот – он так хотел отомстить, что даже не подумал об основном: бутылке для яда. Вдруг осенило: граппа! Превозмогая боль, Риви сел, привалился к змеиному боку, вытряхнул бутыльки из внутреннего кармана кителя. Открыл зубами один за другим. Смял змеиное сердце ладонями, сливая кровь.

Кровь перестала течь, но яда не было. Сердце стремительно засыхало. Риви упал на землю, поставил бутыльки в ряд, смял сердце ладонями еще сильнее.

Ничего.

Вытекла одна капля – но мимо. Левый глаз снова полыхнул болью и закрылся. Риви сцепил зубы, сдавил сердце между локтей. Наконец в бутылек шлепнулась маленькая капелька яда. Риви выдавил еще по капле в два оставшихся. Закрутил крышки, убрал бутыльки в карман.

Поднялся, отошел, уверенный, что опасность миновала. И вдруг увидел морду зеленой змеи прямо перед носом.

Стеклянные глаза. Челюсть с просветами между передними зубами.

«Она же сдохла», – пронеслось в голове. Отчего-то вспомнились рассказы о курицах, бегающих с отрубленной головой. Он даже не успел поднять оружие – только неуклюже выставил руки. Острая боль резанула их, тут же стихла, а потом возникла снова –