Змееловы из Парансана - Ася Фуллер

– Когда я понял, что Кун давит на тебя с этим ядом, я решил, что уйти подальше – не самая плохая идея. Сон Минхи говорил, что ущелье Проклятых находится к северу от Парансана. Шэнь точно в другой стороне. Я не был уверен, что змей в ущелье, но решил перестраховаться. Вряд ли бы он спал далеко от Парансана. А значит, Шэнь… Шэнь нам подходил.

– Но топор? Ты ведь говорил…

– Я мало что понимаю в северных топорах, Акира. Я знал, что у шэньского короче лезвие. Но я понятия не имею, убьет он змею или ранит.

– Ты и Кима в Кадзуро спасал не просто так?!

– Ну ты что! – воскликнул Риви. – Я метнул топор, потому что Киму нужна была помощь! Но я не скрою, что хотел себя проявить! Хотел, чтобы ты увидела, на что я способен! Мне нужно было…

– Втереться в доверие? Войти в мой ближний круг? – Глаза Акиры были печальными.

– Да! – крикнул Риви. – Да, потому что это могло тебя спасти! Акира! Когда я ехал на Север, то думал, просто выполню обещание. Но ты же понимаешь. То, что между нами сейчас…

– Хорошо.

– Хорошо?!

– Хорошо, лейтенант Риви. Твой план осуществился. Как ты собрался меня спасать?

Риви подошел ближе, уткнулся ей в плечо, как маленький.

– Он не осуществился, Акира.

– В смысле?..

– Синь разбудил Хаяни. Уверен, это змей откусил ему голову. А теперь, думаю, Хаяни идет на Парансан. И если ты не явишься, он съест единственного известного ему человека с подходящей кровью – Мину Кун.

– Что?! – прохрипела Акира.

– Пожалуйста, – прошептал Риви. – Пожалуйста, езжайте с Кимом к пристани и сразу же садитесь на корабль до Южного материка. Прямо сейчас.

– Ты предлагаешь трусливо сбежать и отдать кого-то на съедение?

– Акира! – Риви со всей силы хлопнул себя по лицу, и щеку обожгло. – Это она отдала тебя на съедение! Минхи сказал ей, что не только майор Фрост – обладатель нужной крови. Ты тоже! И она предложила тебя вместо себя! Хотя ты вообще не имеешь к этому отношения! Ты даже не знала, кто ты такая!

– Но я пограничник. Как и ты.

– Да. Как и я. – Риви выдохнул. – Поэтому я убью белую тварь.

– Что, появится великий лейтенант Риви и всех спасет? – Акира отвернулась, посмотрела на спящего, постанывающего во сне Кима. – Как и раньше, мы потеряем весь погранотряд.

– Они сдадутся, Акира.

– Что?

– Я написал Кун. Я попросил об одном – дать распоряжение погранотряду сдаться. Ты бы ее не послушала. Но Чхве и остальные послушают. Жители уже сидят в подвалах. Вместе с пограничниками. Никто не вступит в бой. Кун думает, что придешь ты, но вместо тебя приду я. Прикончу тварь. И мы встретимся в Кливлендске уже через несколько дней. Я знаю, как ее прикончить, Акира. У меня получилось с зеленой.

– Ты ставишь мне условие? Я все еще…

– Да, капитан Фрост, – выдохнул Риви. – Ты все еще мой капитан. И – моя женщина.

– Я не сяду на корабль, Маттео. Мой город в опасности – пойду и убью тварь. – Акира отвернулась.

– Нет. – Риви скривился, бросив взгляд на голову Синя, уже укрытую снегом. – Не пойдешь. У меня последний пузырек с ядом. Я отдам его Киму, если ты пообещаешь, что сразу же после этого вы оба сядете на корабль.

– А если нет?

– А если нет – попробуй отбери! – крикнул Риви. – Ты же так хотела со мной посоревноваться! Вперед!

– Что ж, – тихо сказала Акира. – Никто не может перехитрить лейтенанта Риви.

– Можешь меня ненавидеть и презирать. Только сядь на корабль.

Акира молчала. Оглядывала руины дома, которые покрывались горкой снега, прятала руки в рукава серого ханбока, терла указательными пальцами переносицу и виски.

– Ты выиграл, – наконец сказала она. – Только отдай Киму яд прямо сейчас. Он не доживет до завтра.

– Правда? – спросил Риви с сомнением.

– Надо выпить. – Акира поискала взглядом сумку, вытащила из бокового кармана наполовину пустую бутылку соджу.

– Акира…

– Что ты от меня хочешь?! – Акира сделала три глотка подряд, таких жадных, будто пила воду. – Я должна выбрать, кого спасать: брата или мужчину, которого люблю. Ты ждешь от меня нормальной реакции?

– Я вернусь живым. Меня спасать не надо. – Риви мягко взял у нее бутылку, подержал в руках, отхлебнул немного. – Сон Минхи научил меня: надо просто…

Последнее, что он запомнил перед тем, как отрубиться, – запах змеиной вони, глаза Акиры и слова:

– Меня тоже не нужно спасать, Маттео. Это не твоя битва.

Глава 24. Хаяни

Я окружен. Прощай, Серпента, ты так и не стала домом. Кевин, я скоро.

Вася.

Из книги воспоминаний пророка Фо́мина

Запах змеятины сменился дерьмом. Риви пошевелился. Приоткрыл глаз: Джованни шершаво, мокро лизнул подбородок.

– Брат… – Риви привстал кое-как, блеванул под себя, прямо на козлиную кучу. – Ты… это… будил меня, да?

Джованни снова облизал Риви лицо. Тот проморгался, огляделся испуганно. Ни Кима, ни Акиры, ни пузырька с ядом в кармане.

– Твою ж, – прохрипел Риви, сглатывая слюну.

Ледяной ветер уколол спину. Джованни снова высунул язык, лизнул Риви ладони и нос.

«Я стащила у Янги его отраву. Не убьет – но вырубит. Сами знаете, как бывает».

Капитан Фрост все-таки его переиграла.

Чертыхаясь, Риви забрался на спину козла, вдавил пятки ему в бока. Руки дрожали – настолько сильно, что указательный касался большого.

– В Парансан, брат, давай в Парансан, – простонал Риви, борясь с тошнотой.

Сознание было вязким и мутным. Мелькнула мысль, что впервые его козел не следует за капитаном Фрост, а идет сам. Поймет ли он, что надо в Парансан? Джованни поднялся на задние ноги, рванул, и Риви сглотнул подступившую к горлу желчь.

Разрушенный дом с драконами остался позади. Летел снег из-под копыт, скалы сменялись елками, елки – пологими склонами, и длилось это бесконечно. Джованни, пружиня, прыгал через ущелья. Риви сидел прямо, держась одними ногами, и вглядывался в бледно-серое зимнее небо. Руки у него замерзли – перчатки остались где-то в сумках, под завалами. Правая кисть изо всех сил сжимала рукоять топора, и казалось, обезображенная ладонь стала продолжением оружия. Левая рука безжизненно висела вдоль тела. Ни черные ущелья, ни скалистые выступы, ни липкий снег – Риви ничего больше не страшило.

С каждой секундой все сильнее казалось: опоздал. Риви не хлопал козла по боку, не кричал – тот будто понимал без слов и несся быстрее. Так быстро, что закладывало уши. Синяя гора торчала впереди – проклятая, недосягаемая. И как бы ни свистел в