Змееловы из Парансана - Ася Фуллер

Когда впереди показалась долина, небо заволокло низкими тучами. Риви заскочил в распахнутые ворота и пролетел по пустынным, мертвым улицам Парансана. Ни шороха, ни скрипа – только раздавленные картофелины, присыпанные снежной манкой, и углы загнутых крыш, прорывающие мутное небо. У храма Джованни занервничал, привстал на задние ноги, принюхался, издал жалобный блеющий звук.

– Беги, – прохрипел Риви, слез с козла, прижался лбом к мохнатой вонючей морде. – Прощай, брат.

И направился по широкой улице, не оглядываясь и постепенно переходя на бег.

В сотне метров от храма он остановился. Протер слезящийся, едва видящий глаз, плюнул желчью в снег и, вытащив топор, пошел дальше по дороге – меж рядов змей.

Там были красные змеи и черные змеи. Змеи с треугольниками на мордах, с клыками и без. Ползающие на брюхе и стоящие на лапах. Вонь стояла такая плотная, что казалось, ее можно потрогать. Но Риви смотрел только вперед – туда, где на ступенях храма сидел, раздвинув блестящие чешуйчатые лапы, огромный белый змей. Нетерпеливо ходил туда-сюда хвост с острыми шипами. А перед змеем, занеся топор для удара, замерла Акира.

На секунду глаза змея полоснули Риви по лицу, он поднялся на лапы, растянул пасть – и бросился на Акиру. Риви и сам не понял, как прыгнул вперед, выставил топор и чиркнул змею по белому брюху. Он отскочил – на морде появилась издевательская человеческая ухмылка.

– Отойди, Акира! – сказал Риви. – Я его добью.

Но в ответ услышал взволнованный, едва знакомый голос:

– Вы опоздали, лейтенант Риви.

Госпожа Кун придерживала на плечах черную шаль. Риви понял, почему не заметил ее раньше: благородная госпожа трусливо пряталась за змеиным телом.

– Вряд ли, – криво улыбнулся Риви, занеся топор для нового удара.

Госпожа Кун задрала голову к храму, и ее взгляд стал задумчивым и немного печальным.

– Акира, – прошептал Риви. – Убьем белого – выгоним тварей из города.

Но ему никто не ответил – только ухмылка змея стала шире. Риви испуганно оглянулся: он же видел Акиру с оружием, она же была в порядке…

Акира стояла, опираясь на воткнутый в землю топор, будто на посох. Под правым ребром по шерстяной ткани ханбока расползалось неровное темное пятно.

– Прикончи меня, Маттео, – прошептала она, и струйка крови потекла из уголка рта к подбородку.

Внутри у Риви что-то оборвалось: все потеряло резкость, в висках застучало.

– Вы же никогда этого не сделаете, лейтенант Риви, – сказала госпожа Кун. – Вы же не Сон Минхи.

– Держись, Акира! – Риви зажмурился. – Держись, пожалуйста.

Он подскочил к змею, со всей дури рубанул ему по задней лапе, но отлетел назад – снег вперемешку с кровью размазался по нижней губе.

– Убить разумную змею гораздо сложнее, чем обычную, лейтенант, – пропела госпожа Кун. – Она видит ваши удары. Ее не обмануть. А это – еще и самец, которого разбудили. Сдайтесь, как остальные пограничники, и не пострадаете. Змеи не тронут город.

– Пошла ты, – сказал Риви и встал.

– Так ведь вы сами просили только об одном – сдать город! Так сдайтесь уже, лейтенант Риви!

«Где Ким?» – мелькнуло в голове.

Риви снова занес топор, яростно прыгнул на белого змея. Отлетел от удара в грудь. Оружие выскользнуло из рук. Риви упал на ступеньки храма – с глухим стуком, едва успев прикрыть ладонями переносицу. Приподнялся, попробовал пошевелить левой ногой и не смог.

Акира все так же стояла на полусогнутых, опираясь на топор, в луже собственной крови – будто гордость не позволяла ей умереть на коленях. Хаяни подошел к ней, раскрыл пасть.

Завыл ветер, проплыло где-то сбоку лицо госпожи Кун – бледное, полное страха. Она пятилась назад, к спасительным дверям храма. Того, где когда-то оставлял ей послания в книге пророка влюбленный Сон Минхи, того, где…

– Хаяни! – заорал Риви. – Слышь, Хаяни!

Змей помешкал секунду. В глазах мелькнуло удивление.

– Хорошо! – крикнул Риви снова. – Хорошо! Но что ж ты за тварь такая, что даже не даешь нам помолиться перед смертью? Что ж ты, Хаяни, за мразь!

Удивление в змеиных глазах стало более ощутимым – Риви чувствовал его всем телом. Змей молчал, потом в голове у Риви все загудело, и откуда-то издалека ясно проступили сказанные басом слова:

– Помолись.

– Но мне нужна книга! – снова заорал Риви, приподнявшись на локтях. – Книга пророка!

Госпожа Кун остановилась, вытянулась в струну и посмотрела на Риви затравленно – будто это она, окровавленная, лежала на ступеньках, а не он.

– Хаяни! – гаркнул Риви, напрягая легкие. – Вели своим тварям принести мне книгу пророка! Это моя последняя воля!

«Единственное, на что разумная змея готова пойти – выполнить последнюю волю того, кого она хочет сожрать».

– А что, без книги уже молиться не умеешь? – послышался насмешливый голос где-то в затылке.

– Представь себе, – так же насмешливо ответил Риви. – Помолюсь, и так и быть: жри и живи еще двадцать пять лет. Только меня тоже не забудь сожрать. Кровь у меня обычная, но уж не подавишься.

В голове раздался лающий смех.

– Сам принесу. Все равно никуда не убежишь.

Хаяни упал на четыре лапы и запрыгал по ступенькам, кроша камень.

Риви кое-как поднялся, превозмогая боль, пополз вниз, нашарил топор и, падая, добрался до Акиры – в тот самый момент, когда она начала заваливаться на спину. Риви поймал, вытер кровь с подбородка.

– Не отпускай оружие, – прошептал еле слышно. – Только не отпускай оружие.

Госпожа Кун смотрела на раскуроченную дверь храма с ужасом. Сначала снова показалась белая плоская башка, потом передние лапы, а потом и все длинное тело Хаяни. Риви убрал топор за спину.

Хаяни стек обратно по ступенькам на брюхе и, распахнув пасть, выплюнул мокрую тетрадку.

– Молись уже.

Риви аккуратно положил голову Акиры себе на колени, взял книгу и распахнул на середине. Пятна синих чернил. Квадратные парансанские буквы, сомкнутые в одну плотную, едва различимую линию. Запах старой бумаги.

– Пророк Донсу, – четко проговорил Риви, не разбирая ни строчки. – Прими нас в объятия свои, прости нам прегрешения, вольные и невольные, и даруй жизнь вечную на Земле, и вечный покой, и вечную память. – Он откашлялся и поднял на Хаяни прищуренный глаз. – Но лучше, дорогой пророк Донсу, не сегодня.

Риви посмотрел на змею, посмотрел так, как учил Минхи, – без страха быть съеденным. Так, как однажды получилось в Реджо. Желтые глаза поначалу казались живыми, человеческими, но вдруг взгляд Хаяни потерял ясность.

– Не отпускай топор, Акира, – повторил Риви, бросил книгу и вытащил оружие из-за спины.

Хаяни заметался, повернулся к госпоже Кун, и – не успел Риви опомниться – раскрыл пасть и