Змееловы из Парансана - Ася Фуллер

– Нет. Но испугались. И проголосовали «за».

– Так, а почему вы оба в лейтенантских ханбоках? Нужна ведь другая вышивка на рукаве. – Акира задумалась.

– Как-то было не до вышивки.

– И что, никому из вас не предложили место командира в Парансане?

– Киму.

– И?

– Отказался.

– Поговорю с ним.

– Никто из нас не займет твое место. Это решено. Пусть высылают командира откуда угодно. Но знаешь, майор Моранди говорил: дают деньги – бери. Так что теперь у нас с братишкой Кимом капитанская прибавка. И, заметь, без лишних обязательств.

– Я знаю, ты заплатил за моих врачей, Маттео. И лекарства. И отдельную палату. – Голос Акиры был еле слышным. – Фролов предлагал, но ты сказал «нет». Ты согласился на капитана, потому что… нужны были деньги на меня.

– Нет, Акира. Просто мы, южане, очень жадные. Особенно реджийцы.

– Ты же римлянин.

– Это почти одно и то же.

– У меня есть деньги, Маттео. Ким ведь знает, где они лежат, вы могли бы взять их. Нет, вы должны были их взять.

– Если Ким знает, я бы не был так уверен, что они еще там.

Акира прижалась крепче.

– И чем мне теперь отплатить?

– Вообще-то у меня список. Свидание в приличной шэньской лапшичной, например. Постараюсь съесть столько, чтобы тебе пришлось брать в долг.

Она помолчала, закрыла глаза.

– Ты заслужил капитана, Маттео. Даже не думай, что это не так. Хотя если снова прыгнешь в глотку змее без оружия, обещаю, я тебя оттуда достану. И задушу.

– Согласен.

– Так о чем я. Ужасно соскучилась, капитан Риви. И ужасно горжусь.

– Я тоже, капитан Фрост.

Кливлендск, начало апреля.

Год спустя

Железная будка с надписью «Кливлендск» виднелась меж полосатых стволов. Ставни открылись – смуглая рука высунулась и приняла у Риви стопку документов.

– Капитан Риви? – В окне показалась кудрявая голова молодого пограничника. Моргнули круглые ореховые глаза.

– Капитан Риви.

– Так, капитан Риви. – Пограничник огладил синюю гимнастерку с мангустом на нагрудном кармане, застегнутую на все пуговицы. – Выезжали вы, значит, два месяца назад.

– Или три.

На полосатых деревьях зеленели липкие листочки. Риви вспомнил, что прошел год – год с того момента, как он проснулся в больничном коридоре.

– Вы же приехали не один, капитан Риви? – Кудрявый пограничник переворачивал бумаги. – Простите, я новенький, перевели из Петербурга неделю назад. Вот это отдать майору Фролову. Так. А это откуда взялось?

Риви выругался про себя, напряг слух. Руслиш давался невероятно трудно.

– Нет, не один, – произнес он медленно, обернулся и заорал на северном. – Брат! Где ты, черт подери?!

Ким сидел, прислонившись к полосатому стволу, и прижимал к себе что-то рыжее и меховое.

– Представляешь, тут кот! – крикнул он в ответ. – Настоящий! Реально в Кливлендске их не всех сожрали. Давай с собой возьмем, а?

– Нам через весь материк переться. К тому же, кому его потом? Когда снова поедем за ядом?

– Во-первых, – Ким почесал недовольному коту лоб, – Фролов сказал: принесем яд – можем хоть целый год отдыхать. Во-вторых, даже если уедем, я отдам Ники. Мне кажется, она порадуется. Хён! Хён, ну давай, а?

– Ники, – процедил Риви. – Ее имя Вероника, как тебе известно. У нас и так козлы.

– Простите, я немного понимаю северный, – оживился кудрявый. – Вы бы взяли и правда, капитан Риви. Сожрут ведь тут. Вы же потом на Изола Белла, судя по документам. Да, документы…

– Ладно! – почти крикнул Риви, теряя остатки терпения. – Забираем кота! Только поставьте уже свои долбаные печати!

Кудрявый отвел глаза:

– Кое-что не сходится.

– Что у вас там не сходится?! – Риви окончательно разозлился.

– Дело в том, что оборона Кливлендска… – начал кудрявый неуверенно, – полгода назад. Под командованием капитана Риви.

– И что оборона Кливлендска?!

– Я был уверен, что капитан Риви – женщина. И в документах это указано. Но вы ведь не женщина.

– А ну дайте! – Риви привстал на цыпочки и сунул голову в окно. – Это сюда, а это сюда, – сказал он, перекладывая бумажки перед носом кудрявого.

Когда же это кончится. Месяцами таскаться с Юга на Север, ночевать в лесу, толком не спать. Пятнадцать змей, пятнадцать бутылок яда. Пять получит Кливлендск – Фролов взял их на службу, защищал от генералов, но и своего не упускал. Одну отдали Парансану. Новым главой выбрали выращивающего картошку фермера – и уже в третий раз он, к восторгу Кима, расплачивался едой. Одну в Реджо – остаток можно продавать как вздумается. Желающих купить было много, но Фролов, конечно, хотел процент.

Риви с тоской подумал, что вечером они с Кимом будут сидеть без трусов в бане, безуспешно пытаясь отыграться в подкидного, и что потом Фролов непременно потащит на площадь слушать, как поет Кун Сонджу.

Младшего Куна они встретили прошлым летом в Кливлендске и рассказали о смерти матери как есть. Тот принял новости стойко, шепнув: «Жаль, что она так и не узнала, как я пою». Риви было жаль парня. Беззлобный, немного неуклюжий, не умеющий держать в руках оружие и вылетевший из военной школы, в общем, ужасно не подходящий генеральской династии Кунов, он сбежал на Юг подростком и все это время верил, что хоть кто-то из родственников будет его искать.

Землю на Изола Белла он все-таки принял в наследство, но уезжать туда не спешил. В Кливлендске любили музыку и хорошо за нее платили. А после того как Кун узнал, что он из тех, у кого яд заживляет змеиные раны, страх перед змеями у него, кажется, немного утих.

Риви тоже любил слушать музыку на площади, но в этот раз не был уверен, что не заснет прямо на улице – путь из Шэня в Кливлендск был тяжелым, на воде болтало кошмарно. Риви мечтал об одном – вручить Фролову бутылки с ядом, отоспаться хотя бы сутки и отправиться на Изола Белла, чтобы какое-то время пожить без змеиной вони.

А тут этот! Этот – Риви даже не мог подобрать слово – никак не разберется с бумагами.

– А! Понял, капитан Риви! – Кудрявый хлопнул себя по лбу. – Капитан Риви, капитан Риви и капитан Ким. Как я не заметил, что тут три человека указаны.

– Сообразили.

– А Джованни, Донсу и Макото – это что, козлы?! На них что, тоже нужны бумаги?

– Только с козлами давайте не будем разбираться, рядовой.

Риви почувствовал, как рука Акиры легла ниже ремня.

– Ты как? – спросил он шепотом.

– Не очень. Надеялась, перестану блевать, когда сойдем с долбаного корабля. Но не в этот раз.

Риви протянул флягу с водой.

– Точно укачало? Просто позавчера, когда мы были в Шэне… – Риви кашлянул.

– Мы же решили: ничего не говорим Киму про его рагу. Ты ведь сам всю ночь