Дом Зверя - Мишель Вон

сурово объяснил он, – свидетелей практически нет. Все узнают, что ты убила матушку-мейстера, и твой отец непременно воспользуется шансом. Он набросится с обвинениями, и тогда тебя отстранят от Похода, чтобы предать суду. Его тоже могут задержать – в этом случае наследником Дома Авера станет твой кузен. Если же нет, им двоим придется сражаться за титул. Но в любом случае все, ради чего мы восемь лет старались, пойдет прахом.

Слышать это было невыносимо, но я знала: Астер говорил правду. Я уже заколола мечом не одного главу Дома, а двоих, и никто не даст мне выкрутиться без последствий. Отправление в путь назначено на завтра. У меня нет времени на очередной допрос инквизитора – или, что хуже, на суд. Если я попытаюсь обвинить отца – тот легко увернется, мол, ничего о планах Олиссы Голдмерси не знал. А мне без веских доказательств ничем его к стенке не припереть.

Я все еще считала, что зря оставила трупы и убежала, никого не оповестив. Будто что-то скрывала – и страх разоблачения оказался ничуть не легче вины.

– Когда-нибудь все равно выяснится, – слабо запротестовала я. – Севиль уже знает. Ее служанки в курсе. Кто-нибудь проболтается, а уж пропажу главы Дома Голдмерси заметят все.

– Заметят, но ничего поделать не смогут до конца Похода, – объяснил Астер невозмутимый, как островок спокойствия в буре моих эмоций. – Самая лучшая защита для тебя – та роль, которую ты все это время играла. Истово верующее орудие Зверя. Тебя преследовали, испугавшись твоей силы, но ты не сдалась и ради своего божества уничтожила комету. – Он коснулся моей щеки. – После этого они не посмеют тебя и пальцем тронуть.

В его изложении все было так просто. Хотя моего дядю, например, избавили от наказания за гибель людей на празднестве. Впрочем, тот все еще не пришел в себя и не мог ответить за свои преступления. Но Совет охотно принял версию о его безумии как справедливой расплате за все годы службы Кугаре. Если я тоже ради отечества убью Скитальца Тихих Вод и стану Первой Десницей, есть шанс, что и меня не осудят.

– Похоже, у меня нет выбора, – с несчастным видом заключила я. – Ответить за свои преступления или сделать так, чтобы о них боялись даже спрашивать.

– Альма, – ласково, но твердо сказал Астер, заправив мне за ухо прядь влажных волос. – Мы всегда знали: этот путь будет залит кровью, и все равно решились. Помни, зачем ты здесь. Если сейчас сдашься – значит, все эти смерти оказались напрасными. Не время трусить. Нужно идти до самого конца.

Он был прав. Я уже несколько раз отвергла возможность отступить. Я вспомнила о маме, укоряющей меня за избиение мальчика, который ее обзывал. Тогда я считала свой поступок оправданным, но она уверяла, что его слова не имеют значения, покуда мы с ней счастливы.

Тот покой теперь для меня был недостижим. Я опустилась ниже некуда. Вина не исчезнет – слишком много ужасного я совершила за эти годы. Осталось лишь стремиться к нашей с Астером цели. Без нее меня ждет лишь пустота.

Завтра я пройду сквозь Врата и завершу свою миссию.

– Просто обещай мне кое-что… – попросила я.

– Что?

Я медленно выдохнула. Руки, которыми я неосознанно пыталась прикрыть грудь, напряглись было сильнее, но затем расслабились. Хотелось спрятаться, но я знала: пришло время открыться, выложить все начистоту, пока я еще хоть как-то контролирую ситуацию. Черные метки с прошлого не стереть, но, возможно, получится не добавить новых.

– Не убиваем никого без крайней необходимости, – сказала я, с усилием встречая взгляд Астера. – Не причиняем боль без веской причины.

– Альма… – вздохнул Астер.

– Я серьезно, – не отступала я. Сердце гулко билось в груди. Казалось, я сдираю с себя кожу заживо, обнажаю собственную слабость. Мне стало страшно – ведь из-за этого мой бог может от меня и отвернуться. И все же я собрала остатки мужества и продолжила: – Мне не по душе то, что я сегодня испытала. Словно я наслаждалась, отнимая их жизни. Знаю, тебе все равно, но мне – важно. Как будто я теряю последнее воспоминание о маме – а если и его лишусь, тогда я не понимаю, зачем мне вообще все это. Пожалуйста, Астер…

Лицо Астера казалось пугающе равнодушным. Я не отводила взгляд, хотя внутри что-то кричало, требуя сдаться. Я переступила черту, осмелившись диктовать условия высшему божеству. Он – Вестник гибели и тьмы. Какое ему дело до моих чувств?

Но сегодня я уже кое-что потеряла – и внутри разверзлась зияющая пустота. Из головы никак не шло то сияющее ликование, что охватило меня, когда меч пронзил плоть. Горячий восторг от попавшей мне на кожу крови. Прежде такого не случалось. Мелких животных в поместье я убивала с сожалением – лишь по необходимости, а не по собственному почину. Иногда мне чудилось, что кроме этого ничего хорошего во мне не осталось.

Сегодня все было иначе.

А теперь я испугалась – прямо перед началом Похода.

Бояться я не хотела. Особенно того единственного, кому доверяла. Если страх перед ним возьмет верх – я снова останусь совсем одна. А это хуже всего на свете.

Я не отвела взгляд. Я смотрела ему в глаза, и те, наполненные звездным светом, изучали меня в ответ, будто оценивая. Тишину нарушал лишь плеск воды о край ванны, мое собственное дыхание гремело в ушах. Но я не сдамся. И от него не откажусь.

И вдруг Астер улыбнулся. Подался ближе и прижался лбом к моему лбу.

– Хорошо, – согласился он. – Не будем никого убивать, пока у нас не останется иного выбора. Странная просьба к богу смерти… но я приму твои условия. Только потому, что это ты просишь.

От облегчения я едва к нему не прильнула. Но понимала – нужно закрепить успех, пока есть шанс.

– И Севиль… – добавила я. – Будь к ней мягче. И к Фиону. И к Шестому.

– Может, мне тогда отречься от всего и уйти к последователям Церкви?

– Астер.

Он добродушно закатил глаза.

– Ладно-ладно. Буду с ними мил. А теперь давай-ка тебя отмоем. Сразу полегчает.

Я позволила ему полить водой волосы и оттереть кровавые пятна на спине; вода стала грязно-красной. Потом он сидел на краю ванны, вежливо отвернувшись, а я наполняла ее свежей водой и повторяла до тех пор, пока не почувствовала себя чистой. После оделась, и Астер промокнул мои волосы полотенцем; я чуть не заснула. За окном сиял в небе Скиталец Тихих Вод, Врата Тьмы медленно вращались, описывая мерцающие