Злодейка, перевернувшая песочные часы. Книга 4 - СанСоБи

Он, видимо, знал о них только по слухам и потому задал вопрос с недоумением. Арья слегка приподняла бровь, будто удивившись.

– …Да, они есть. Но я посчитала, что нет нужды брать их с собой на занятия. Поэтому разрешила им проводить время свободно.

– А… вот как, – пробормотал юноша, но выражение его лица оставалось смущенным. Арья внимательно следила за ним, все больше подозревая неладное. Ей было непонятно: зачем молодому дворянину вдруг интересоваться ее служанками?

– А почему вы вообще об этом спрашиваете? – холодно осведомилась девушка. – Они чем-то провинились?

В ее голосе зазвенела сталь. Благодаря тому, что недавнее недоразумение с Асом было улажено, Арья снова могла позволить себе быть спокойной и уверенной.

– А-ах, нет-нет! Ни в коем случае! – тут же заторопился дворянин, заметно растерявшись. – Просто… Просто стало любопытно, почему вы больше не берете с собой тех служанок, которых привели во дворец…

Он, похоже, не ожидал такой резкой реакции. Арья по-прежнему славилась как добрая и внимательная принцесса – и теперь юноша, кажется, осознал, что задал совершенно неуместный вопрос. Что ж, а она тем временем все сильнее убеждалась: здесь крылось что-то неладное.

– Понимаю, – сказала принцесса, вновь улыбнувшись – так ласково, будто и не было минуту назад той ледяной настороженности. – Любопытство, если его не утолить, может стать ядом.

Улыбка ее была ослепительной, почти святой и всепрощающей – и именно этим она сбила собеседника с толку. Он замешкался, затем неловко улыбнулся в ответ, будто решил, что все это оказалось лишь недоразумением.

Но Арья не собиралась отпускать.

– Кстати, если вы решили спросить у меня лично, значит, что-то уже слышали? – как бы между прочим продолжила она, внимательно наблюдая за его реакцией. Он, похоже, был из тех, кто теряется от одного сурового взгляда, и потому Арья заранее говорила мягко, чтобы не спугнуть его раньше времени. – Я не видела их уже около месяца. Что-то случилось за это время?

В ее голосе слышалось спокойствие, почти рассеянность, словно ее действительно не слишком заботила судьба служанок, но посыл был ясен: если с ними что-то произошло – ей лучше знать об этом первой.

– Вы… уже месяц с ними не виделись?

– Почти, – безмятежно кивнула Арья. – С тех пор как я вошла во дворец, меня окружают другие, более опытные служанки, так что особой нужды в их помощи я не видела.

– Ах, понятно… Тогда, выходит…

Что-то было. Арья тут же прищурилась, но снова улыбнулась – тепло, по-доброму.

– Да, они ведь из графского дома и пока еще не до конца освоились. Я надеялась, что, пока я учусь, они тоже адаптируются к дворцовой жизни. Но, похоже, что-то пошло не так?

Вопрос прозвучал так, словно она ни о чем не догадывалась. Но в глазах юного аристократа мелькнула тень. Не насмешки или пренебрежения – сочувствия. Будто он уже слышал или видел что-то неприятное. Лоб его невольно нахмурился, и в ту же секунду у Арьи сжалось сердце. Все было серьезнее, чем она думала.

Она больше не могла медлить.

– Поэтому, если вы что-нибудь знаете, пожалуйста, скажите мне, – тихо произнесла девушка. – Если с ними действительно произошло что-то плохое… Это моя вина. Я сама привела их сюда, и, значит, ответственность лежит на мне.

После таких слов не захотеть помочь было невозможно. Даже не зная всей правды, Арья ясно давала понять: ей небезразличны ее служанки, и она готова сама во всем разобраться. И поскольку за это время принцесса уже стала во дворце символом доброжелательности и справедливости, скрывать от нее информацию казалось почти неприличным.

Впрочем, именно из-за этой доброжелательности кое-кто и осмеливался судачить о Джесси и Энни – служанках, которые не имели дворянского титула, но были приближены к принцессе.

– Дело в том, что… – нерешительно начал юный дворянин, не выдержав ее взгляда.

И едва он заговорил, лицо Арьи стремительно похолодело.

«Говорят, что служанки, которых вы, ваше высочество, привели с собой, зазнались. Расхаживают в дорогих платьях, пьют чай, будто считают себя аристократками… А ведь все это, поговаривают, оплачено из вашего кармана. И знаете, немало тех, кто смотрит на них с осуждением».

Эти слова, прозвучавшие совсем недавно, эхом отдавались в голове Арьи. Она неспешно сделала глоток свежезаваренного чая, только что поданного служанкой. Каждое ее движение было безупречно – изящное, сдержанное, полное достоинства.

Стоило Арье пригубить чай, сидящие напротив дамы немедленно последовали ее примеру. Все трое излучали радость: наконец-то им вновь было позволено видеть наследную принцессу. После недавнего запрета на визиты – последствия интриг Лейна и недоразумений с Асом – встреча с ней вновь стала возможной.

– Я так долго ждала этой встречи… Уже начала бояться, что больше не увижу вас, ваше высочество!

– И я. Вы и так – настоящая жемчужина в этом дворце, а тут еще запрет. Мы были искренне озадачены.

– Хоть встреча и откладывалась, я несказанно счастлива снова быть рядом с вами.

Позади них, чуть в стороне, стояли их любимые служанки, аккуратно причесанные, украшенные лентами и брошами. Это были не простые девицы: дочери мелких дворян, отправленные служить в дома повыше с надеждой однажды вырваться в свет.

Одна из девушек встретилась взглядом с Арьей. Почувствовав пристальное внимание, она сначала опустила глаза, затем, поняв, кто именно на нее смотрит, побледнела… но тут же взяла себя в руки, мягко улыбнулась и изящно склонила голову в приветствии.

Такой учтивости, такому безошибочному чувству момента их специально обучали. И в этом не было ничего предосудительного – наоборот, умение мгновенно подстроиться под обстоятельства считалось ценным достоинством для тех, кто стремился подняться по социальной лестнице.

– Прелестные девушки, – заметила Арья, будто бы между прочим.

Стоило ей заговорить, как одна из дам с гордостью кивнула:

– Вы и правда так думаете, ваше высочество? Это моя любимица. Для меня честь услышать от вас такие слова.

Когда-то Арья почти не общалась со знатными женщинами. Несмотря на происхождение, жизнь в доме Карин не оставляла ей места для настоящих знакомств или союзов. Но теперь она понимала: связь между дворянкой и ее любимой служанкой – это не просто личное предпочтение, а политический ресурс.

Для девушки без рода и поддержки такой союз мог стать единственным шансом пробиться наверх. А для покровительницы – способом укрепить влияние, вырастив своего человека в центре будущих событий.

– Да, выглядит умной и способной. Думаю, она принесет вам немало пользы, – произнесла Арья с легкой улыбкой.

– Ох… – Дама смущенно покраснела. – Даже не знаю, как реагировать. Для меня это великая честь.

– Полагаю, вы хотите, чтобы она была счастлива?

– Конечно. Что может быть важнее, чем видеть, как твоя любимая служанка обрела счастье?

Арья думала точно так же.

Для нее такими людьми были Джесси и Энни. Они сопровождали ее с самого начала – не просто служанки, а спутницы, союзницы, опора. Арья искренне хотела,