Зло во мне - Джеральд Бром

меня с царапинами и чёрными глазами. Я нашёл немного косметики, бледной, похожей на призрачную. Я натёр её на лице, затем нанёс тушь вокруг глаз. Теперь на меня смотрел упырь. С странной ухмылкой на лице.

– Отлично – сказал я и ушёл.

Эдуардо

Эдуардо въехал на парковку.

– Это оно? Не может быть.

Он въехал на парковочное место, вытащил флаер, и, хотя название «Метроплекс» было написано огромными буквами на боку здания, он снова проверил адрес.

– Что за свалка.

Клуб – старое двухэтажное промышленное здание, покрытое слоями граффити – казалось, готово рухнуть. Было только два входа, спереди и сзади. Окна были либо заколочены, либо зарешечены. К счастью, он не планировал заходить внутрь. С того места, где он припарковался – выставив машину к дороге для быстрого отъезда – он мог следить за людьми, входящими и выходящими. План был прост: в тот момент, когда Руби выйдет из машины, он подскочит, покажет свой значок – это был всего лишь значок поручителя, но эти придурки не поймут разницы – наденет наручники и увезёт её. Если кто-то встанет у него на пути, он разберётся с ними должным образом.

Он перепроверил своё огнестрельное оружие, большой баллончик с перцовым спреем, наручники и свою пару кастетов.

На флаере было сказано, что шоу начинается в восемь. Он посмотрел на часы, было семь тридцать.

Где она? Эти шутники разве не делают проверку звука? Он подумал о том, насколько дерьмово звучал этот панк-рок, и решил, что, наверное, нет.

Приехало больше машин, и люди начали собираться спереди, шутили, смеялись.

– Дегенераты – сказал он, и поймал себя на мысли, что на самом деле надеется, что некоторые из этих отбросов встанут у него на пути, чтобы он мог разбить несколько голов.

Эдуардо отпил своего кофе, включил радио и начал барабанить по рулю в такт Вилли Нельсону. Он удивился, что так взволнован, думал, что наверняка будет нервничать, даже немного бояться. Но нет, он был полон энергии, готов к действию, как ребёнок, который вот-вот выйдет на перемену. Всё, о чём он мог думать, это лица всех в участке, когда он привезёт разыскиваемую беглую преступницу. Но более того, он наконец-то получит историю, которой можно поделиться со своим отцом и братом. Боже, разве это не будет приятно. Наконец-то снова смогу держать голову высоко. Не говоря уже о том, что он станет героем в глазах Марты. Вернёт её ребёнка и всё такое. Слухи разнесутся по городу, как это всегда бывает, и вскоре ему позвонят ребята из Baily’s Bonds.

Он снова проверил часы; было без пяти восемь.

Эдуардо сжал свой крест, склонил голову. – Господи Иисусе, благодарю тебя за то, что присматриваешь за мной, за то, что дал мне шанс, возможность стать лучше. Я Твой солдат. Пожалуйста, дай мне силы, которые мне нужны, чтобы спасти Руби Такер, чтобы вызволить эту заблудшую женщину из окружающего её зла. Во имя Иисуса, Аминь.

Руби

Руби перестроилась, обгоняя более медленный трафик, пока мчалась по Понсе де Леон Авеню.

Вутто теперь не спал, смотрел в окно, трясясь и подергиваясь, рыча на людей на тротуаре. Руби взглянула в зеркало заднего вида, уловив, как лицо демона на мгновение искривилось в нечто зловещее. В её голове мелькнула вспышка, как Вутто рвёт горло Тины. Она прикусила губу при мысли о том, что ей придётся увидеть, как демон ест её лучшую подругу заживо, прямо как Джоша. Ещё один человек, которого она любила, умер из-за неё.

– Бээл, заклинание, которое снимает кольцо, оно также снимает и скверну, верно?

Бээл не ответил.

– Бээл?

«Я не знаю».

– Ты не знаешь?

«Нет. Мне жаль. Я не знаю» **.

– Но есть шанс, верно?

«Есть шанс», – сказал Бээл, но Руби его голос не показался очень уверенным.

Руби крепче сжала руль. «Я никогда не выберусь из этого». Она снова взглянула в зеркало на Вутто, поймав, как он голодно смотрит на её затылок. «Я просто обманываю себя. Ничего из этого не сработает». Её руки начали дрожать; ей становилось всё труднее и труднее дышать.

«Прекрати это», – подумала она. «Просто прекрати».

Она сосредоточилась, сконцентрировалась на том, чтобы успокоиться, начала снова дышать, медленными глубокими вдохами, и с каждым вдохом она чувствовала себя всё более собранной. Её руки перестали дрожать, и впервые с тех пор, как умер её отец, она почувствовала некоторый контроль над собой. И снова она почувствовала благодарность за то, что сделал или разделал Бээл, поняв, что именно так, должно быть, чувствуется быть целостной.

«Хорошо», – подумала Руби. «Хорошо. Держись. Если ты когда-нибудь захочешь увидеть свою мать снова, ты должна держаться».

И она действительно хотела увидеть свою мать снова – более того, она ждала этого, ждала второго шанса в их отношениях. Теперь она могла видеть, как многие из её проблем, не только с матерью, но и со многими другими людьми, могли быть предотвращены всего лишь небольшим сочувствием и пониманием с её стороны. «Боже», – подумала она. «Если я смогу пройти через это, есть столько людей, с которыми я хотела бы второй шанс».

Медленная, мелодичная песня доносилась из радио, затрагивая печаль глубоко внутри неё. Её горе по Джошу подкралось к ней, и она глубоко вздохнула. «Мне нужно поговорить с Пэм. Обязательно. Не смогу этого сделать, пока не поговорю».

Она включила поворотник и заехала на заправку.

– Что ты делаешь? – спросила Тина. – У нас много бензина.

– Нужно кому-то позвонить.

– Что? Нет. Мы уже пропустили проверку звука. Давай. Что бы это ни было, это может подождать.

– Нет, не может – сказала Руби и подумала: «Потому что может не быть другого шанса».

Она припарковалась, вышла, зашла в телефонную будку и набрала номер. Телефон звонил и звонил. – Давай, Пэм, возьми трубку. – Руби начала вешать трубку, когда услышала голос Пэм.

– Алло. – Она казалась немного запыхавшейся.

Руби начала отвечать, но не смогла найти слов.

– Алло … там кто-нибудь есть?

– Пэм – сказала Руби, едва слышным шёпотом.

– Алло?

– Пэм – сказала Руби немного громче, – Я… Я…

– Руби? Руби, это ты?

– Пэм, я не хотела, чтобы это случилось.

– Руби, где ты? Скажи мне. Я сразу же приеду за тобой.

– Пэм, мне так жаль … твой отец, он…

– Он мёртв – вставила Пэм, её голос был мрачным. – Мне позвонили из полиции сегодня утром. Сказали о пожаре.

– Мне так жаль. Это не так, как кажется. Есть это кольцо. Я просто…

– Руби, хватит. Послушай меня. Это моя вина. Ты