Цена весны. Книга 1 - Анна Рогачева

Торкель присел рядом. Его не по-детски крепкие руки с обкусанными ногтями и замерли над бороздой. Он взял горошину из мешочка и начал укладывать их в бороздку. Язык непроизвольно высунулся от усердия, и я увидела, как он шевелит губами, рассчитывая расстояние. Ладонь, ещё ладонь, ещё. Он справился, идеально рассчитав расстояние между горошинами.

— Очень хорошо, Торкель — я тронула его за плечо. — Продолжай. Астрид, ты несёшь мешочек с горохом, а ты, Эрик, будешь поливать. Я покажу, как.

— А я? — подал голос Свейн, не желая оставаться за бортом.

— А ты, — максимально торжественно проговорила я, — мой личный ассистент.

— Это кто?

— Это очень важный человек, который всегда рядом и всегда готов помочь. Иди сюда, мы с Оддом сажаем картошку.

Я повернулась к Одду, который всё это время наблюдал за нами.

— Одд, я объясню один раз подробно, а потом начнём, договорились?

— Договорились.

— Смотри, — я она начала объяснять.

Я рассказала о глубине посадки, о расстоянии между клубнями, как правильно класть картофель в лунку.

— Между рядами должно быть больше, чем кажется нужным, — объясняла я, разводя руки в стороны. — Картофелю нужно место, ведь ему нужно дышать и расти в стороны. Если его стеснить, то он не даст крупных клубней. Он вырастет, конечно, но будет мелким, а нам этого не нужно.

Одд слушал меня, не перебивая, и я видела, что, судя по тому, как двигались его косматые брови и как он переступал с ноги на ногу, время от времени хмыкая, что он думал и запоминал этот важный урок.

— Ясно? — спросила я, когда закончила.

— Ясно, — произнёс он после паузы. — Значит, расстояние между рядами шаг с половиной?

— Нет, ровно шаг. Шаг с половиной будет уже много.

— Шаг, — повторил он и посмотрел на свои ноги, примеряясь. — А у тебя нога короче моей, значит мой шаг шире.

— Одд.

— Что?

— Ориентируйся на свой шаг, дальше видно будет.

— Хорошо, госпожа, — улыбнулся он.

С посадкой картофеля мы управились минут за двадцать, не больше. Я больше говорила, чем мы сажали.

Работа шла споро.

Солнце поднималось всё выше, заливая поле мягкими, но ещё не палящими лучами. Ветер с фьорда сегодня лениво перебирал волосы и трепал подолы платьев. Невесть откуда появившиеся птицы расселись на каменной ограде и с любопытством наблюдали за нами, словно и они понимали, что сегодня происходит что-то важное.

Закончив с картофелем, я ходила вдоль рядков, поглядывала за детьми и изредка их поправляла. Торкель командовал своей маленькой бригадой очень уверенно. Астрид подносила ему мешочек с горохом и каждую горошину провожала словами, которых я не слышала, но подозревала, что девочка напутствует каждую отдельно и поимённо. Эрик поливал, высунув язык от усердия.

Свейн считал рядки. Он ходил вдоль поля, загибая пальцы, и время от времени подбегал ко мне с докладом.

— А Хильда сидела и смотрела на своих деток. О чём она думала, я не знаю, но гордость за своих деток была написана на её лице. Она выбрала правильное поведение, отдав старшинство Торкелю.

А я смотрела на всё это и думала, что вот так, наверное, и должна выглядеть настоящая жизнь. И я поняла, что ни капельки не жалею о прошлой жизни, бабушка, наверное, меня поймёт.

Остановившись посреди поля, я закрыла глаза и положила ладони на землю. Дар откликнулся немедленно и коснулся каждого посаженного клубня, каждой горошины, каждой фасолинки, и я почувствовала, как они отзываются. Земля с радостью приняла их, значит, всё будет хорошо!

Гудрун сегодня состряпала обед с большой буквы. Она извлекла из погреба небольшую репу, остатки вяленой рыбы и, добавив сушёные травы, сотворила очень вкусный суп. Вприкуску с ещё теплым хлебом, настоящий праздник живота. Ели она так готовит из ничего, то как мы заживём, когда у нас появятся продукты?!

— Где ты научилась так готовить? — спросила я её, поднося ложку ко рту.

— Где научилась? — она подошла и присела ко мне за стол. — Мне думается, что всегда умела. Вот я уверена, что каждый человек рождается с чем-то своим. Вот у вас умение с землёй работать, а у меня на кухне душа расцветает.

— И то, и другое, — заметила Эльза, — одинаково кормит людей.

— Вот именно, — кивнула Гудрун.

В этот момент мимо нас прошла Ингрид с охапкой чистого постельного белья.

— Ингрид, а куда ты это несёшь? — окликнула я.

— В ваши покои, госпожа Лиза, — не замедляя шага, ответила она. — Там надо кое-что прибрать, — и, не дождавшись ответа, скрылась, повернув к лестнице.

После обеда меня потянуло заняться цветами. Я шла по двору, придерживая подол платья, строя в голове план цветника, уже почти дошла, как со стороны причала вдруг раздался такой крик, что я умудрилась споткнуться на ровном месте.

— Корабль!! «Быстрая» идёт!!!

На причале стоял один из дружинников и орал так, что все кинулись на его голос, не понимая ещё, бояться им или радоваться.

Я тоже развернулась и посмотрела вниз, на воду.

«Быстрая» входила в нашу бухту.

Парус был убран, она шла на вёслах, но шла уверенно, и даже с такого расстояния я видела, что в лодке что-то есть. Она была переполнена рыбой!

Я пошла к причалу быстрым шагом, стараясь не переходить на бег, всё-таки у меня было достоинство.

Ладно, я почти бежала.

— Что там?! — я перехватила на ходу Хальвдана, который нёсся навстречу мне.

— Рыба, госпожа! — выдохнул он. — Рыбы — о-го-го!

На причале уже собирался народ. Стейн и Гудмунд, красные, взъерошенные, пропахшие морем и счастьем, швартовали лодку, и оба орали что-то на разные голоса, перебивая друг друга.

— Стейн! — я протиснулась к самому краю. — Сколько?!

— Столько, госпожа, — Стейн повернул ко мне совершенно безумное лицо, — что у нас не хватало рук выбрать сеть! Я думал, сеть порвётся!

Я посмотрела в лодку. Она была полна, как бочка. Рыба поблёскивала чешуёй в послеполуденном свете, и казалось, что лодка светится изнутри серебряным светом.

— Треска, — сказал Гудмунд, — и сельдь, и ещё что-то, я таких рыб сроду не видал. Здоровенные! Дня два они там были, внизу, и такое ощущение, что именно нас ждали!

— Как будто их позвали, — тихо добавил Стейн.

Они оба на секунду задержали на мне взгляд, а я сделала самое невинное лицо из своего арсенала.

— Бывает, — сказала я.

Вот честно, я понятия не имею, позвала ли я их. Может, и позвала. Дар ведь такая штука, что иногда действует сам, пока ты занята другим. Может, когда я стояла на поле и просила землю