Мастер алхимии - Александр Гросс

— Тоже мусор, — ошарашил меня старик. — Но куда более приличный мусор, чем у этих двоих.

Затем мастер принялся за пересчет. Он ловко расфасовывал растения по специальным корзинкам и убирал их в ящики стола.

Все цифры Мирон заносил в листок, а закончив с подсчетами, быстро подвел итог.

— Выходит один золотой, пятьдесят одно серебро и двадцать восемь меди, — объявил старик и потянулся куда-то под прилавок за увесистым мешочком.

Глаза у всей группы моментально округлились, в зрачках будто запрыгали значки монет. Судя по их реакции, сумма оказалась для ребят внушительной.

Меня же охватила легкая досада. Фактически половина золотого была принесена в жертву ради призрачного долга в двадцать золотых. Впрочем, унывать не стоило. Уверенность в том, что получится создать нужный эликсир, оставалась непоколебимой.

— Премного благодарны, мастер Мирон, — Алан уже потянулся было к заветному мешочку.

— Но-но, руки прочь, — старик резко отодвинул деньги в сторону. — Этому парню причитается ровно треть от вашей добычи. Если бы не его старания, вы бы тут и на половину золотого не наскребли. Так что вот ваша доля, — он выставил на стол другой мешочек, все еще тяжелый, но заметно меньше первого.

Алан замер, не веря собственным ушам. Он явно ждал, что старик сейчас рассмеется и признает это шуткой. Похоже, Мирон впервые за все время решил вмешаться во внутренние дела отряда.

Лицо Рена в мгновение ока исказилось от ярости. Он метнул в мою сторону свирепый взгляд и едва заметно провел пальцем по горлу. Жест читался однозначно — на улице мне обещали устроить веселую жизнь.

— Ах да, чуть не забыл, — бросил Мирон вслед Алану, который подхватил деньги и уже направился к выходу. — Не дай бог с пацаном что-то случится. Тогда вам всем будет очень худо. Уяснили?

Рен снова обернулся. Теперь в его глазах злость перемешалась с жгучим любопытством. Было видно: ему до смерти хочется узнать, что же такое удалось наплести старику, раз тот решил обеспечить мне такую защиту.

— Да, мастер Мирон, — отозвался Торин, единственный, кто нашел в себе силы заговорить.

Группа дружно потянулась к выходу, оставив нас со стариком наедине.

— Ну что, малец, будешь брать травы для своих опытов? — поинтересовался Мирон.

— А можно завтра? Поход выдался слишком выматывающим. Боюсь накупить лишнего сгоряча, нужно сперва все обдумать на свежую голову.

— Разумеется, заходи завтра, — кивнул он.

Поклонившись со всем почтением, я наконец направиться к выходу.

— И еще кое-что. Даже не вздумай покидать город, пока не вернешь долг. Надеюсь, я выразился доходчиво? — раздалось в спину, стоило руке коснуться дверной ручки.

— Конечно, — утвердительно кивнул я, бросив на него последний взгляд, и вышел наружу.

Глава 21

Дом выглядел как обычно. Все то же серое, приземистое здание, едва пригодное для жилья. Огораживал территорию старый покосившийся забор, местами совсем ушедший в землю. Казалось, дунь ветер посильнее — и эти гнилые доски окончательно рассыплются.

Вернуться в родные стены спустя такое огромное время было невероятным кайфом. Хотя три дня сложно назвать долгим сроком, но по количеству случившихся приключений ощущались они как целая вечность.

Внутри все осталось по-прежнему. Единственная комната, служившая одновременно и кухней, и спальней, встретила привычным запахом пыли и старого дерева. В углу все так же сиротливо валялась куча мусора, которую планировалось выкинуть еще до ухода, но руки так и не дошли.

Честно говоря, были серьезные опасения, что за время отсутствия в дом кто-нибудь заберется. Учитывая бедность района и хлипкость замков, визит незваных гостей казался делом времени. Однако, быстрый осмотр успокоил — вроде бы ничего не пропало. Впрочем, брать здесь было особо нечего, если не считать пары старых кастрюль и дырявого одеяла.

Забросив на стол набитый сеном мешок, я запрыгнул на него и укрылся, погрузившись моментально в сон.

Пробуждение на следующее утро выдалось тяжелым. Организм был совсем истощен. В идеале стоило бы плотно поесть еще вечера, но готовить не хотелось, да и запасов в доме не осталось. Последние крошки исчезли еще на вчерашнем привале. Приходилось расплачиваться за вчерашнюю беспечность, борясь с накатывающей слабостью.

Сначала возникла мысль сразу рвануть на рынок за продуктами, но внешний вид, мягко говоря, оставлял желать лучшего. Запах был еще хуже. Предстояло сперва привести себя в божеский вид и вернуть человеческий облик.

Вчерашние мечты о том, как получится завалиться в бадью и часами наслаждаться теплой водой, разбились о суровую реальность. Хотелось поскорее поесть и заняться делом, поэтому пришлось просто вылить на себя несколько ведер ледяной воды и быстро обтереться, смывая дорожную грязь.

Обязательно нужно сходить в баню в ближайшие дни — последовало твердое обещание самому себе под аккомпанемент стучащих от холода зубов.

Наконец приведя себя в порядок, насколько позволяли скудные средства, удалось выбраться на улицу.

Город только просыпался, поэтому выходило идти по почти пустым переулкам. Путь пролегал мимо таверны «Семь миль». Ноги сами замедлили ход. Появилась мысль — зачем возиться с готовкой самому, если в кармане приятно звенят монеты? Вполне можно позволить себе нормальный завтрак.

Уже на подходе к заведению вспомнилось, как в прошлый раз Дин настойчиво зазывал заглянуть внутрь.

Дин! Он совсем вылетел из головы. Последние пару дней парень никак себя не проявлял.

Пришлось сойти с тропинки в сторону, чтобы не мешать прохожим, и максимально сконцентрироваться на внутренних ощущениях.

Долгое время стояла тишина. В голову закрались подозрения, будто он исчез окончательно. Однако после долгих мучений удалось его нащупать. Состояние Дина было плачевным — он казался совсем слабым и абсолютно не реагировал на попытки достучаться.

Никаких тревожных знаков увядание его духа не подавало. Самочувствие оставалось в пределах нормы, если не брать в расчет общее истощение. Видимо, процесс шел своим чередом. Либо Дин окончательно сливался с моей сущностью, либо моя собственная душа потихоньку вытесняла его остатки.

Меня это совершенно не заботило. Странное состояние Дина я решил просто игнорировать, ведь на жизни оно никак не сказывалось. Я вел себя как типичный мужик. Если выскочила непонятная сыпь, но она не чешется и не мешает, значит, можно забить. Оставалось только надеяться, что беспечность не обернется печальными последствиями в будущем.

Живот внезапно выдал громкую трель. Организм требовал немедленно заняться действительно важными делами вместо бесполезного простоя на дороге.Пришлось согласиться с доводами собственного тела и шагнуть на