Похититель картин - Gadezz

– Я умерла, – шепчет Клара.

От нее исходит тяжелый, затхлый запах стоячего пруда и гниющей листвы.

– Ты знаешь как? – Руби старается не вдыхать глубоко.

Клара шевелит посиневшими губами, но слов не разобрать. Из ее горла вырывается влажный булькающий звук, будто легкие все еще полны воды. Руби опускается перед ней на колени.

– Эй! – Касс стучит по роялю, привлекая к себе внимание. – Не приближайся к ней.

В зале становится холоднее, и изо рта вырывается облако пара.

– Не ты отдаешь приказы. – Руби сверлит его взглядом, под которым расплавился бы даже металл. – Стажер.

– Дело твое. – Касс пожимает плечами и продолжает осматривать зал. Его движения выверенны, как у человека, которому не нужно подсказок, чтобы понять, где искать. Он отслаивает обои, оголяя пульсирующий разлом, затем подсвечивает такой же у окна.

– Здесь все трещит по швам. – Касс отодвигает комод, и за ним скрывается еще один. – Дом в любой момент может провалиться в Изнанку, босс.

Руби возвращает взгляд к Белфорду: грудь едва поднимается, веки дрожат, а по виску стекает тонкая капля пота, хотя губы синие от холода. Кажется, что он выглядит даже худее, чем на фотографиях. Болезненно.

– Что с ним, Клара?

– Он сказал, что устал. Но как бы я его ни будила, не просыпается. И прислуга… – Клара шмыгает носом. – Они как с ума посходили. Клянусь, я не хотела причинить им вреда, но те картины… Те девушки. В них столько боли.

– Это не твоя вина. – Руби поднимает часы. Стрелки на них встали. – Туман влияет на разум. Ты знаешь, как давно он появился?

Клара сжимает подол платья, рассматривая узор на ковре.

Касс запрыгивает на рояль так непринужденно, будто особняк не рушится на глазах.

– Объясни, – в его голосе звенит сталь, от которой даже Руби становится не по себе. Он добавляет чуть спокойнее: – Без деталей мы не сможем… ему помочь.

Клара ищет поддержки у Руби, и та выдыхает:

– Он прав. Разломов много, а нам нужно найти источник – главный узел.

– Узел? – Клара перебирает пальцами, сцепляя их в замок. – Точку отсчета?

– Да. – Касс явно теряет терпение. – Это пошло с картин?

– Нет. – Она опускает взгляд на руки Руби. – Кажется, все началось с меня.

Руби поднимает цепочку, чтобы Касс понял, о чем речь.

– Ты заперта в них?

Клара склоняет голову.

– Дай угадаю. – Касс подгибает под себя ногу, не спуская с призрака холодных глаз. Обращается он к Руби: – Ее отца поглотила обскуризация.

Она приоткрывает рот, но слова так и липнут к языку:

– Как ты понял?

– От него смердит. – Он брезгливо принюхивается. – Запах разложения личности ни с чем не спутаешь. Я запомнил его на всю жизнь.

Дом отвечает на это новым толчком. С комода с грохотом падает ваза, увлекая за собой пепельницу. Осколки разлетаются по паркету, но Касс спокоен.

– Она – одна из причин хаоса. – Он переводит взгляд, полный презрения, с Клары на Белфорда. – Но аномалия явно связана с ним. Узел формирует вокруг себя вторичные очаги, и ни один призрак не способен на такое сам.

Руби осознает: он прав. Особняк разрушается на глазах, а призраки могут жить в аномалиях месяцами, не причиняя настолько серьезный ущерб. Если Чарльз Белфорд – тот последний пазл, без которого не складывается картина, то, возможно, есть шанс все откатить. Но для этого…

– Я разбужу его, – Руби поднимается и делает решительный шаг к Белфорду.

Касс в два счета оказывается рядом и оттягивает ее от софы, схватив за локоть.

– Это исключено. Нельзя так рисковать.

Руби вырывает руку.

– Следи за языком, стажер.

Он устало потирает между бровями.

– Руби, ты на меня злишься. Я понимаю, правда. – Касс сжимает ее плечи, вынуждая выслушать, и наклоняется так близко, чтобы его шепот предназначался только ей: – И обещаю все объяснить позже, но…

Она отшатывается, смеряя его взглядом:

– Ты забыл, кто я? Ходить по снам – моя работа, Кэтлинг.

Уголок его губ дергается, и зрачки настолько расширяются, что радужка кажется почти черной. Касс преграждает ей путь к Белфорду.

– Я не позволю. Дождемся ликвидаторов.

– Будет поздно. – Она закатывает рукава водолазки. – Уйди с дороги.

– Или будешь драться? – Всего на секунду Касс снова прежний, но миг – и веселье испаряется. – Не хочу сделать тебе больно.

– А я хочу, ты даже не представляешь насколько.

Касс поднимает руки в воздух.

– Хорошо, давай по-твоему, но… – Он ныряет в карман куртки, и в его руке тускло поблескивает металлический куб. – Но переиграем.

Руби чувствует, как внутри все сжимается от узнавания. Это куб-ловушка – редкая и крайне опасная проклятая вещь, предназначенная для захвата призраков. Если бы все было так просто, такими игрушками снабдили бы каждого сотрудника Бюро, но Министерство держит их под строгим учетом. Одно неверное движение – и куб не просто поймает призрака, он сделает овощем любого человека, чей разум уже поглощен им.

Касс замахивается, готовясь швырнуть куб к ногам Клары.

– Нет! – вскрикивает Руби.

Она реагирует на уровне инстинктов, отточенных в «Будоквае». Рывок вперед, жесткий захват. Она выкручивает руку Касса. Куб выскальзывает из его пальцев и с металлическим звоном падает на паркет.

Касс ловко выныривает из-под захвата, отталкивая Руби. Она чувствует, что он сдерживается, чтобы не навредить ей, и от этого осознания закипает злость. Касс тянется за кубом, но Руби успевает первая. Она замахивается и бросает его как можно дальше. Попадает прямо в окно. Стекло разбивается, и куб исчезает в ночи. С концами.

– Святой Тауэр, Руби! – Касс вспыхивает, разводя руками. – Что ты наделала?

Руби смотрит на разбитое стекло и спрашивает себя о том же самом: «Что я наделала?» Это было необдуманно. И что, если это был их единственный шанс спастись из особняка? Почему ей вдруг стало не все равно? Почему судьба Чарльза Белфорда, человека, который уже почти перестал им быть, имеет для нее значение?

Ответ приходит мгновенно, сухой и неоспоримый: она не убийца. Руби никогда не обрывала чужую нить жизни и не верит, что способна на это. Риск слишком велик. И пробраться в сон Белфорда – шанс. Пускай и крохотный.

И правда в том, что даже если Руби решится променять Бюро на отряды ликвидаторов, она провалит первый же квалификационный тест. Она уже слышит в голове голос, задающий главный вопрос из анкеты МОРа: «Готовы ли вы пожертвовать меньшим ради спасения большего, мисс Дефф?» И всегда в этих словах сокрыто двойное дно.

Руби тяжело дышит и поднимает на Касса затуманенный взгляд:

– Если запереть Клару, Белфорд обречен. Мы не знаем, насколько глубоко она проросла в его сознании.

Касс криво усмехается, и эта